МЕСОАМЕРИКА глазами русских первопроходцев

 

 

 

 

 

 


 


 


 

Loading

 

 

 

 

Великие Равнины >

Виндигокан, или культ каннибалов

Alanson Skinner "Political Organization, Cults, and Ceremonies of the Plains-Ojibway and Plains-Cree Indians".

 

Определенные люди видели во сне пагока, Существо в виде Скелета, с горящими глазами, который иногда виден проносящимся в воздухе,1 и получали от него право быть Виндигоканами, или танцорами-каннибалами. Такой человек делал себе костюм из тряпья со страшной маской, у которой был огромный клювоподобный нос, весь обмазанный краской. (Рис. 5). Он также делал себе убор из перьев, подобный убору окичиты, за исключением того, что на нем висели погремушки из копыт оленя; более того, у него был свисток того же типа, что у окичиты.
Рис 5. Виндигоканы, или танцоры-каннибалы в своих характерных костюмах.
Такой человек мог, и почти всегда, когда бэнд разбивал лагерь, собирал вокруг себя группу последователей, для всех из которых только он один делал костюмы. Они ставили для себя полатку, подобную полатке окичит, и на самом деле, хотя я не помню, чтобы какой-либо старый индеец заявлял мне это, у меня создалось впечатление, что к виндигоканам относились как к более или менее пародии на окичит.

Функции танцоров-каннибалов были двух видов - исцеление больных и изгнание демонов болезни, как это делалось танцорами общества Поддельного Лица у ирокезов. Когда заболевание больного было диагностировано врачем или прорицателем как заражение демонами болезни, посылали за главой виндигоканов, который приводил свое войско в палатку пациента, где они танцевали перед ним, стуча своими погремушками о землю, распевая, свистя и танцуя. Они подходили, глядели на потерпевшего, отступали назад, убегали, снова появлялись, со всевозможными гротескными и фантастическими действиями, пока демоны болезни не были напуганы и изгнаны.

Когда виндигоканы жили в своей полатке, они получали еду совершая обход лагеря, и все кто хотел пожертвовать им что-либо, выыешивали съестное снаружи своих полаток, свисающим с шестов около четырех футов высоты.

Когда виндигоканы приближались, один из их числа с луком и стрелами искусно подкрадывался к пище. Он ложился, полз на животе, вставал, разглядывал, припадал к земле и полз, пока не подбирался совсем близко. Затем он натягивал свой лук и в упор стрелял в дар. Если он промахивался, группа проходила мимо и больше на этот дар не претендовали. Но если он попадал, он неистово звал и махал остальным, которые бросались к нему и нюхали наконечник стрелы, с бурными обсуждениями и жестикуляцией. Наконец одиному из них поручалось нести провизию, и эта обязанность исполнялась наемным слугой, как и среди окичит. Затем компания продолжала свой обход, к большому удовльствию народа, который следовал за ними плотной толпой, чтобы посмотреть на это развлечение. Когда они приходили к своей собственной палатке, они никогда даже и не думали проносить провизию в дверь, но вместо этого кидали ее через дымовое отверстие. Если что-то не попадало в отверстие и падало снаружи, они никогда не пытались поднять это, и оно становилось законной добычей любого наблюдателя, знание о чем держало веселую толпу всегда qui vive.

Виндигоканы всегда использовали речь наоборот, то есть, они говорили прямо противоположное тому, что имели в виду. Если, например, человек объявлял что он не голоден, он имел в виду, что хотел бы, чтобы его накормили; и если кому-либо запрещали танцевать, он тут же начинал это делать.

О группе виндигоканов рассказывают следующую историю:

Был однажды лагерь, в котором была организована компания из двенадцати виндигоканов. Однажды они пришли к полатке вождя и танцевали перед ней. Когда он вышел, их глава обратился к ним следующим образом: «Я не собираюсь идти на войну. Я не буду убивать сиу. Я не сниму четыре скальпа и не дам остальным убежать. Я пойду днем».

Следующей ночью они все выступили пешком; они не успели далеко уйти, прежде чем встретили большое количество сиу, численность которых намного превосходила их. Вместо того, чтобы бежать, банги начали танцевать в прерии. Сиу были изумлены и подумали, что это должно быть маниту, и потому они сели на траву и стали наблюдать за их сумашедшими ужимками. Виндигоканы подходили все ближе и ближе, пока наконец глава отряда сиу не набил и не предложил им трубку, обращаясь к ним, как к духам, говоря, что он на тропе войны в поисках врага, и попросил у них удачи. Он и его отряд предложили им также много подарков, которые свалили в кучу перед ними. Виндигоканы банги, однако, танцевали, размахивая своими палками, свистя в свистки, и распевая, и не обращая ни малейшего внимания на дакота. Песня, которую они пели, была такова: «Хуйе, хуйе, хаийо». Они двигались в танце вперед, размахивали руками, крутились и вертелись, ложились, поднимались по сигналу главаря и снова подходили.

Наконец они оказались очень близко к наблюдающим сиу. Затем они повернулись к дакота, выхватили свои ружья и луки из-под своих одежд, где они их прятали. По слову своего вождя они внезапно закружились и выстрелили в сиу, убив четырех. Оставшеся в страхе бросились бежать, пока виндигоканы оскальпировали тех, кого убили. Затем они начали танцуя уходить. Между тем сиу, которые остановились на небольшом расстоянии, наблюдали за ними, поэтому когда они поднялись, глава сказал: «Теперь, мои старцы (они все были молодыми), вы не должны бежать домой так быстро как можете». И они побежали изо всех сил и убежали. Когда люди в их собственном лагере услышали их песни, они поняли, что отряд был удачлив и вышли им навстречу.

Клоуны кричали женщинам: «Никто не должен забирать у нас наши скальпы!» И женщины подошли и забрали у них их трофеи. Видигоканы раскрасили лица девушек, которые взяли их, темной краской, которую носили с собой. Затем виндигоканы разбежались и спрятались, но когда их вождь свистнул, снова появились и собрались в группу, как и раньше. В такой манере они вошли в деревню. Тем временем народ избавил их от их винтовок и всего ценного, что у них было с собой, потому что было обычаем забирать у виндигокана вещи, и он не смел сопротивляться.

В Лонг Плэйнс у Ненавигабо, Пизики и Энемоуи есть право организовать виндигокан. Последний из них позвал четверых других, чтобы помочь ему на недавней выставке в Портаж Ла Прайри, где они шли парадом по улицам. От этих людей были получены представленные здесь данные, а после церемониальной просьбы и четырех свяшенных подношений табака, они пришли к выводу, что не могут отказать в просьбе сделать костюмы и устроить представление. Поэтому 1 июня 1913 года, после небольшого совета, они согласились показать представление тем же вечером, хотя это было очень необычно, потому что в наши дни эти вещи больше не делаются, за исключением случаев изгнания болезни.

В тот вечер проводились танцы для мужчин, и с наступлением сумерек, когда танцы в бревенчатой хижине, используемой для этих целей, уже начались, показались трое. Один держал трость, украшенную совиными перьями и пухом, другие несли зеленые ветки с привязанными к ним полосами цветной ткани. Приближаясь, они останавливались, танцевали в кругу, исполняли нелепые вращения, делали вид, что пугаются пней, убегали от собак и были охвачены ужасом от рож, которые им строили наблюдатели, так что у них заняло много времени, чтобы преодолеть сто ярдов прерии между ними и дверью. Здесь вид детей, или сильные удары барабана, издаваемые музыкантами вечера вызывали у них припадки. Приглашения войти заставляли их убегать прочь.

Наконец, по указанию каких-то людей, они вошли, свистя, бормоча свои песни и танцуя, сидя на полу, кувыракаясь и вскакивая. Они не говорили, но пели песни виндигоканов и пугали детей. Они присоединились к обычным танцорам, а затем танцевали сами. По завершению их ужимок, люди подошли и дали им табак с молитвами об удаче. Клоуны приняли табак с пантомимами страха. Затем они претворились, что нюхают дар,
Рис 6. Маски виндигоканов.
и когда каждый из них уверился, что это был драгоценный табак, они стали гнуться назад и вперед, трясясь от хохота, к всеобщему удовольствию. В соотвествии с традицией, что бы им ни говорили не делать, они тут же делали, что добавляло веселья. Вскоре они прекратили представление, но позировали достаточно долго, чтобы позволить писателю сфотографировать их (Рис. 5). Костюмы сейчас в музее. Они были сделаны из старой брезентовой полатки и дополнены тряпичными масками (Рис. 6), леггинами и мокасинами, которые были вымазаны краской. Это общество также есть среди кри и ассинибойнов.2

Название соответствующего общества у ассинибойнов, сообщенное Лоуи, похоже на попытку произнесения термина банги, которая может означать, что ассинибойны заимствовали идею последних. Костюм танцоров не без сходства с костюмами, которые надевают во время танца собак, или анамовивина у меномини.

Интересно и возможно примечательно отметить близкое сходство клоунов в масках банги с танорами поддельного лица ирокезов. Доступ в ирокезское общество обретается через сны, подобно этому и глава виндигоканов банги должен получить свое право во сне. Основной функцией ирокезского общества является изгнание демонов и исцеление больных, это - одна из важных обязанностей виндигоканак.i Во время публичных танцев ирокезы просят табак, который они нюхают и получают с неуклюжими демонстрациями удовольствия, так же делают и клоуны банги. Ирокезские танцоры совершают походы по деревне, чтобы получить еду; это также характерно для банги. Оба племени носят грязную и оборванную одежду и держат слуг.

С другой стороны ирокезские танцоры в масках не ходят на войну, так же они не используют речь наоброт, на самом деле, они вообще не говорят, а только издают неясные звуки. У них, насколько я знаю, нет специальной полатки, их маски деревянные, их погремушки сделаны из черепашьего панциря.

Но погремушки из черепашьего панциря было бы трудно достать на равнинах, а, возможно, также и деревянные маски. Использование специальной палатки на лагерном кругу и речь наоборот являются скорее широко распространенным явлением равнинной культуры, тогда как об этом конкретном типе клоунов, насколько нам известно, сообщается только в трех племенах, населяющих северные равнины: у ассинибойнов, кри и банги. Не может ли это тогда быть следствием влияния ирокезов? В самые ранние времена, о которых нам известно в этом регионе, ирокезские гребцы каное и трапперы были задействованы в торговле пушниной, в действителньости Маккензи говорит:

На берега Саскачевана в 1799 переселилась небольшая группа ирокезов, которые с младенчества росли под опекой католических миссионеров, и были наставляемы ими в деревне в девяти милях от Монреаля.3

Ирокезы известны не только своей большой консервативностью в традициях, но они принесли общество подделного лица в Оклахому, где оно до сих пор существует. У самого восточного бэнда оджибвеев, наиболее удаленного от банги, я имею в виду миссисога, была группа поддельного лица, достаточно очевидно, заимствованная от ирокезов. Конечно, следует иметь в виду, что ни о чем подобном не сообщается между этими двумя регионами, и что у меномини есть церемония поддельного лица,4 которая, однако, достаточно отличается от обсуждаемых. Общество хейока восточных дакота тоже имеет много схожих моментов с обществом каннибалов банги.

Перед тем как перейти к танцам и церемониям, стоит заметить тот факт, что у банги есть культ, называемый джисакид, члены которого не состоят в обществе, но строят коническую колдовскую полатку и прорицают. Или эта группа, или, что возможно, другая, называемая нибикид, высасывает болезнь при помощи костяных трубок. Так как их обычно рассматривают в связи с Мидéвин, или Медицинской Палаткой, хотя они отдельны от нее, я не буду касаться их здесь, но подожду другой возможности в будущем.

Банги отрицают все знание о культе Вабано, находимом среди настоящих оджибвеев и равнинных кри. Эта группа, подобно сиуанским хейока, исполняет хот дансii, глотает огонь, глотает палки и является мастерами во всех родах трюков.


1 Среди меномини этот же самый персонаж известен под названием Пахках. Это хорошо известный людоед центральных алгонкинов. See vol.13, 83.

2 See this series, vol. 4.

3 Mackenzie, Vol. 2, 345.

4 Peter Jones, 87.

i Виндигоканы (оджиб.) [прим. перевод.]

ii Церемония, при которой из кипящего котла вытаскивают куски мяса. [прим. перевод.]

 

«« назад