МЕСОАМЕРИКА глазами русских первопроходцев

 

 

 

 

 

 


 


 


 

Loading

 

 

 

 

Великие Равнины > Высокий Бизон, вождь шайеннов >

Высокий Бизон, вождь шайеннов

Статья Л.Р. Пайла из журнала «Wild West», 2002; перевод Аркадия Абакумова.

 

Высокий Бизон был великим воином своего народа. Его гибель в бою при Саммит-Спрингс ознаменовала закат южных шайенов.

... Лето 1853 г. День близится к концу. Шесть молодых воинов-шайенов из общества Солдат-Псов прячутся в траве у стоянки пауни на р. Красный Щит (Рипабликен). Разведчики выполнили свою задачу и уже собрались возвращаться к главному отряду, когда один из них остановился и предложил: «А давайте завернемся в одеяла и войдем в их лагерь как ни в чем не бывало. Мы застанем их врасплох и посчитаем ку». Но собратья не поддержали смельчака. Им наказали лишь найти вражеский лагерь, а атаковать его будет весь отряд, - напомнили они ему.

Того смельчака звали Высоким Бизоном. Десять лет спустя, в 1864 г., он стал признанным вождем Солдат-Псов, искуснейших и храбрейших воинов племени. Более сотни палаток, около полутысячи человек кочевали за ним и другими вождями по Колорадо, Канзасу и Небраске.

А в конце того года резня на Сэнд-Крик положила начало войне с бледнолицыми. Историки называют ее «Войной с шайенами и арапахо 1864-65 гг.». Но Высокий Бизон считал эту войну бессмысленной. И он увел своих людей на север, к реке Паудер, - подальше от белых. Но вскоре они затосковали по дому и вернулись в родные края, в долину рек Рипабликен и Смоки-Хилл.

Они вернулись - и не поверили своим глазам. Бизоны, основа их жизни, уходили, теснимые фермами и железными дорогами белых. А сами белые становились все наглее. И Солдаты-Псы снова начали военные пляски. Зимой-весной 1867 г. они совершили целую серию налетов на главную караванную дорогу, желая заставить белых увести свои фургоны и дилижансы подальше от бизонов. Движение оказалось почти парализованным. В ответ в Канзас были посланы 1400 «синих мундиров» под началом генерал-майора Уинфилда Хэнкока. Его штаб-квартирой стал форт Ларнед. Тем не менее, главной миссией Хэнкока было не воевать с индейцами, а попытаться договориться с ними. Поэтому в апреле 1867 г. он пригласил вожаков Солдат-Псов на «совет» в форт Ларнед.

Агент в резервации шайенов Эдвард Уинкуп убедил Высокого Бизона и других вождей принять приглашение. Индейцы откочевали поближе к форту, но и разбили лагерь в 500 типи поодаль - в 35 милях к юго-западу. Они еще не забыли Сэнд-Крик. Только вожди поехали в форт Ларнед на встречу с белыми.

Подполковник Джордж Кастер, который присутствовал на встрече, описал Высокого Бизона как «приятного индейца, настоящего воина». В отличие от большинства вождей, которые щеголяли в трофейной форме «синих мундиров», Высокий Бизон надел свой лучший, шайенский наряд. К своему головному убору он прикрепил ленту с нанизанными на ней серебряными долларами, сплющенными до размеров чайного блюдца. Эта лента, позвякивая, развевалась за его спиной. Вождь был закутан в темное одеяло и обут в мокасины, обшитые мелким бисером.

То, что Высокий Бизон был самым влиятельным военачальником племени, несомненно. После того, как выступил Хэнкок и отгремел салют из солдатских пушек, именно он встал и заговорил от имени индейцев. Вот как запомнилось это лейтенанту 7-го кавалерийского полка Альберту Барницу: «Один из их главных вождей, некий Высокий Бизон, произнося речь... или, точнее, пока говорил переводчик... стоял, ковыряя носком землю, в самой вызывающей манере.»

Но вождь Солдат-Псов не собирался никого оскорблять. С другой стороны, унижаться перед белыми он тоже не собирался. «Все, о чем я мечтаю, - это справедливый мир», - сказал он, но подчеркнул, что именно белые начали войну - значит, им ее и заканчивать. Однако, по воспоминаниям Кастера, Хэнкок прибыл сюда не увещевать, а приказывать. «А он /Высокий Бизон/ не сказал ничего важного», - писал Кастер.

То, что так задело лейтенанта Барница, было, возможно, просто знаком нетерпения. Вождь просто устал от долгих и бесполезных разговоров. «Больше мне нечего сказать тебе /Хэнкок/ - ни здесь, ни где-либо еще. Я сказал все, что хотел», - так закончил свою речь Высокий Бизон. Он не боялся войны - недавно он побывал в долине р. Паудер и встречался с вождем сиу Красным Облаком, который собирал силы, чтобы изгнать белых. Доклады с севера показывали, что слова Красного Облака не расходились с делом. А шайенам на Смоки-Хилл ничто не мешало последовать его примеру. Сам Высокий Бизон по меньшей мере дважды предотвращал столкновение, не дав Солдатам-Псам напасть на солдат, а прославленному Римскому Носу - убить Хэнкока.

Проявив еще большую предусмотрительность и осторожность, Высокий Бизон увел своих людей прочь от опасного места, бросив все имущество - настолько он не хотел рисковать жизнями женщин и детей. Хэнкок счел это оскорблением и в ярости приказал сжечь индейский лагерь. Эта глупая выходка стала сигналом к возобновлению войны. А Хэнкока отозвали с равнин. Осенью 1867 г. на р. Медисин-Лодж в Канзасе белые собрали новый совет. Пригласили все племена - и почти все пришли.

Став лагерем в трех днях пути до места совета на р. Симаррон, Высокий Бизон и его люди выжидали шесть дней. Когда в полдень 28 сентября они, наконец, прибыли, то показали, что не считают себя покоренным народом. Остановившись в 150 ярдах от белых чиновников, Солдаты-Псы быстро построились, подражая американским кавалеристам. Затем по звуку горна они ринулись вперед, паля в воздух из ружей и пистолетов и потрясая луками со стрелами на тетивах. Чуть не доскакав до белых, они остановились, как вкопанные, спешились, и, смеясь, пошли пожимать руки.

А на переговорах Высокий Бизон, один из главных индейских делегатов, снова подчеркнул, что шайены хотят мира, но если белые хотят войны, то получат ее. Переговоры зашли в тупик. Американцы хотели обменять мир на индейские охотничьи угодья к северу от р. Арканзас. Зная, что индейцы никогда на это не пойдут, глава американской делегации Д. Хендерсон, сенатор от Миссури, сделал устное заявление: никто не тронет шайенов, пока между реками Арканзас и Рипабликен еще есть бизоны. Так ему удалось выбить согласие индейцев подписать договор. Показательно, что американцы с самого начала знали, что это авантюра. Как писал жене лейтенант Барниц, индейцы «отказывались от своих прав... не ведая, что творят».

Весной 1868 г. Высокий Бизон «нарушил» договор и увел своих воинов на север от Арканзаса, за охотничьей и военной добычей. Именно он набирал воинов для набега на племя кау в Каунсил-Гроув (восточный Канзасе). Против индейцев были посланы солдаты, и вождь (его сопровождало около 300 воинов с семьями) отошел к устью р. Рипабликен. В августе 1868 г. индейцы стали лагерем на ее притоке Арикари. Они спокойно занялись охотой и заготовкой припасов на зиму. К ним присоединились другие группы шайенов, а также сиу и арапахо, и численность группы выросла до семисот воинов.

На поиски «мятежных» индейцев отправились 50 разведчиков под началом полковника «Сэнди» Форсайта. 16 сентября 1868 г. они остановились на Арикари, не подозревая, что те, за кем они пришли, находятся всего в двадцати милях. Индейцы же не дремали. Охотники, заметив белых, тут же вернулись в лагерь и доложили обо всем Высокому Бизону. Вождь свернул лагерь и обратился к союзникам за подмогой.

Как проявил себя Высокий Бизон в последующей битве, известной как «бой на острове Бичера», неизвестно. Никто из опрошенных шайенских очевидцев не видел его «на передовой», хотя все признают, что он все время был где-то рядом. Высокий Бизон пытался отговорить Римского Носа идти в бой с нарушенной магией, а вместо этого пройти очистительные обряды. Однако, после первых утренних неудач, он присоединился к группе старейшин, которые пошли уговаривать Римского Носа возглавить решающую атаку. А когда это великий воин пал, именно Высокий Бизон собирал осколки деморализованного воинства.

Потерпев поражение, большая часть индейцев ушла на север, но Высокий Бизон собрал отряд из Солдат-Псов, сиу и арапахо и снова занялся набегами на западный Канзас и Небраску. Однако продолжалось это недолго. Хотя индейцам сопутствовал успех, зимняя стужа заставила их вернуться в резервацию южных шайенов у форта Кобб.

Когда весной следующего года индейцев переселяли от форта Кобб к форту Сёпплай, Высокий Бизон повздорил с вождем Короткой Рубахой. Высокий Бизон хотел, как только пони откормятся, увести молодежь с собой на север от Арканзаса, и жить там, как раньше. Но Короткая Рубаха не видел в этом ничего хорошего. Так Высокий Бизон со скандалом покинул резервацию, и около 165 палаток Солдат-Псов последовали за ним. «Я лучше умру, чем останусь в этой клетке», - заявил вождь.

Высокий Бизон сперва отправился в Колорадо и собирался объединить все группы соплеменников, кто не ушел зимовать на юг. Но «синие мундиры» сорвали его планы. Когда индейцы остановились у Бобрового ручья, на них напали солдаты 5-го кавалерийского полка под командованием майора Юджина Карра. Последовал долгий, изнурительный бой, и индейцам пришлось спасаться бегством. Они потеряли почти все припасы и палатки.

Высокий Бизон отомстил, уйдя к Смоки-Хилл и организовав серию налетов на поселенцев. Когда он утолил жажду мести и восстановил запасы, то снова отступил в пустынную и труднодоступную местность между Рипабликен и Платтом. Он собирался двигаться на соединение с еще свободными северными шайенами.

У Белого Утеса, как шайены называли Саммит-Спрингс, Высокий Бизон решил сделать привал. «Мы передохнем пару дней», - сказал он своим сторонникам, - «а затем двинемся дальше через южный Платт.» Полагая, что они оторвались от солдат, а вода в Платте слишком высока для переправы, индейцы разбили лагерь. Но в полдень 11 июля 1869 г. разведчики-пауни из полка Карра нашли их. Подкравшись на 1200 ярдов, солдаты напали на сонную деревню. Вой пауни и грохот копыт здоровенных армейских лошадей быстро посеяли панику в шайенском лагере. Об обороне нечего было и думать, и индейцы побежали, хватая первых попавшихся пони. Два Ворона, воин из Солдат-Псов, бросился к лошади, которая выскочила прямо на него... и узнал боевого пони Высокого Бизона, благородного и отлично выдрессированного скакуна. Недолго думая, он вспрыгнул на него, ухватился за гриву и поскакал прочь.

А Высокий Бизон схватил другого пони, гнедой масти с белой гривой и хвостом. Он посадил за собой жену и ребенка и поскакал к узкому, крутому ущелью. Около 20 воинов последовали за ним. Спрятав семью, он вернулся на равнину, спешился и заколол своего коня. Он решил дать последний бой и принять смерть, как подобает Солдату-Псу.

Тем временем разведчики-пауни под началом братьев Фрэнка и Лютера Нортов окружили ущелье. Когда Норты подъехали поближе, индеец высунулся из укрытия и открыл огонь. Фрэнк быстро спешился и передал брату поводья, сказав: «Скачи прочь, и он снова высунет голову.»

Лютер выполнил приказ, а Фрэнк взял ружье наизготовку. Индеец снова высунул голову, и Норт сразил его одним выстрелом. А затем из ущелья вышли женщина и ребенок, знаками умоляя о пощаде. Норт отправил их в тыл и бросил пауни штурмовать ущелье. В считанные минуты все было кончено. В ущелье не осталось никого живого.

После боя переводчик выяснил, что та женщина была одной из вдов Высокого Бизона. Она рассказала, как погиб ее муж. Но нашлись и другие охотники присвоить себе славу Норта; среди них лейтенант Мейсонс и «Баффало Билл» Коди. Дескать, именно он выследил Высокого Бизона, убил его и завладел его лошадью, которую потом опознала вдова.

Неважно, кто из них прав. Ведь у Высокого Бизона было много лошадей. Одна из них попала к Двум Воронам; возможно, он и стал жертвой Баффало Билла. Но так или иначе, к концу битвы в Саммит-Спрингс Высокого Бизона уже не было в живых. Уже год как погиб Римский Нос. Убили и Черного Котла. С уходом Высокого Бизона гордый народ южных шайенов лишился своего последнего защитника. Его былому могуществу пришел конец.

 

«« назад