МЕСОАМЕРИКА глазами русских первопроходцев

 

 

 

 

 

 


 


 


 

Loading

 

 

 

 

Народы Северного Вудленда > Лига Ирокезов > Переводы и статьи >

Кампания Салливана 1779 г.:
Как малоизвестная военная операция сокрушила мощь индейских племен

Стенли Адамяк, статья из журнала «Early America»; перевод А. Абакумова

 

Кампания Салливана 1779 г. была одной из самых крупных наступательных операций американской Континентальной армии в годы Войны за независимость США. Однако до сих пор известно о ней сравнительно немного1. Это был акт возмездия, имевший целью разгром конфедерации ирокезов - индейского политического и военного союза племен сенека, кайюга, мохоков, онондага, онейда и тускарора. Во время Революции ирокезы, за исключением онейда и тускарора, открыто приняли сторону англичан, надеясь с их помощью отстоять свои земли. Вместе с белыми лоялистами они совершали опустошительные набеги на поселения в Пенсильвании и Нью-Йорке. Самым кровавым из них подверглись в 1778 году долина Вайоминга в северо-восточной Пенсильвании и Долина Вишен в Нью-Йорке.

В начале 1779 г. главнокомандующий вооруженными силами колонистов Дж. Вашингтон подготовил в своей ставке в Миддлбруке (Нью-Джерси) план очередной кампании. Хотя боевые действия в основном сместились к югу, на севере армия Вашингтона застряла у Нью-Йорка, где закрепились англичане.

По мысли Вашингтона, стремительный удар по владениям ирокезов в центральном Нью-Йорке мог бы лишить англичан главного союзника, притом без нужды оттягивать от Нью-Йорк-Сити дополнительные войска2. Эта экспедиция должна была стать единственной масштабной кампанией на Севере. Во главе ее Вашингтон видел опытного офицера-ветерана, и, отклонив несколько кандидатур, остановил свой выбор на уроженце Нью-Гэмпшира, Джоне Салливане3.

Генерала Салливана план командующего устроил. По его мнению, это была подходящая возможность убедить ирокезов, что «в наших силах перенести войну в их страну». Если бы его войска уничтожили индейские запасы продовольствия, у англичан появились бы новые трудности - кормить своих союзников надвигающейся зимой.

Однако Салливану было над чем поразмыслить. Ему предстояло действовать вдалеке от линий снабжения, а это значило, что рассчитывать он мог только на себя. Вашингтон обещал ему полную поддержку и позволил самому сформировать экспедицию4.

Экспедиция составила 4 бригады общей численностью около 4500 человек. Предметом особой гордости Салливана была бригада Э. Пура, состоявшая из трех нью-гэмпширских и одного массачусетского полка. «Они все отменные стрелки и знают, как воевать с индейцами», - заявлял командующий5. Другие были нью-джерсийская бригада У. Максвелла, бригада Э. Хэнда (в основном из Пенсильвании) и бригада Дж. Клинтона в 4 нью-йоркских полка. Вдобавок Салливан получид роту виргинских стрелков и две артиллерийские батареи. Власти Пенсильвании обещали также выделить отряд ополченцев.

План был прост. Салливан намеревался собрать свои силы у Истона (Пенсильвания) и выступить вверх по долине р. Сусквеханна. Одновременно бригада Клинтона должна была быстрым маршем идти на запад из долины р. Мохок и вниз по Сусквеханне, чтобы объединиться с главными силаму в Тиоге. Оттуда следовало двигаться в страну ирокезов, уничтожая все на своем пути. Вашингтон рассчитывал, что будет сформирована дополнительная колонна, которая вторгнется на ирокезскую территорию из западной Пенсильвании, от р. Аллегени6.

Обеспечить экспедицию припасами оказалось непросто. Провизия, особенно солонина, поступила плохого качества. Не хватало фургонов, чтобы доставлять припасы вовремя. Салливан даже отправил президенту Пенсильвании Дж. Риду просьбу снять вето с закона о реквизиции фургонов. Власти Пенсильвании отказались, обвинив Салливана в превышении полномочий.

Тем временем Вашингтон, обеспокоенный задержками, требовал от Салливана решительных действий - «пока противник не готов помешать нам». Салливан парировал тем, что хочет выступить максимально подготовленным, при этом «ни одна мелочь не останется без внимания», - заверял он главнокомандующего7. Тот же советовал Салливану не ждать припасов, поскольку они все равно поступят. «Не только вы, но и вся Континентальная армия страдает от проблем со снабжением», - говорил Вашингтон8.

Салливан смог добраться до Истона в начале мая. Солдаты сидели без дела и поедали драгоценную провизию. Вдобавок связь Истона с Вайомингом - городом выше по реке, где можно было поправить положение - оказалась нарушенной, и солдатам пришлось прорубать тропу сквозь лесные дебри - «такие густые, что пройти там можно было только на четвереньках»9.

Вашингтон предполагал, что Салливан выступит к началу июня, и задачей экспедиции видел «полное разорение» ирокезских деревень - с тем, чтобы «эту страну не просто завоевать, но уничтожить». Салливану было запрещено вступать с индейцами в мирные переговоры до того, как «все их поселения не обратятся в руины» - Вашингтон опасался, что ирокезы попытаются выиграть время, «заговорив» Салливана. «Только террор - залог нашей будущей безопасности», - писал главнокомандующий. Он убеждал Салливана действовать агрессивно и решительно: «необходимо донести до солдат мысль бросаться в атаку с боевыми кличами и штыками наперевес при первой возможности… чтобы вселить ужас» и деморализовать неприятеля.

В инструкциях Салливану предлагалось также поручить уничтожение отдельных индейских деревень специальным небольшим отрядам, чтобы не отвлекать главные силы10. Салливан последовал этому совету и провел среди своих солдат учения по лесной войне против умелого и неуловимого противника, который избегал традиционной тактики11.

12 июня открылась дорога на Вайоминг, куда свозили припасы, и солдаты направились туда. Все сроки уже вышли. Постоянные задержки и невыполненные обещания начальства приводили Салливана в бешенство12.

Однако в отношении трудностей американцы были не одиноки - то же самое испытывали и их противники. Лидер лоялистов полковник Д. Батлер осознавал всю глубину надвигающейся угрозы, но имел в своем распоряжении всего 300 рейнджеров. А его ирокезские союзники были совершенно не готовы противостоять континенталам. Батлер засыпал просьбами о помощи ближайшую английскую базу - форт Ниагара, поскольку без припасов его люди не могли ни драться, ни даже отступить. К началу июля Батлер уже «совершенно точно» знал, что «мятежники» поднимаются по Сусквеханне. Знал он и то, что ему не выстоять13.

В то же время Вайоминг наводнили более 2 тысяч континенталов. Маркитантские лодки прибывали почти каждый день и привозили для нужд экспедиции сотни вьючных лошадей и мясного скота. Вид Вайоминга и его округи, разоренных лоялистами год назад, привел солдат Салливана в трепет. Кое-кто из нью-джерсийских полков посетил место «резни в Вайоминге», где, как вспоминал ее ветеран З. Батлер, полегло более 200 ополченцев14. Это был жестокий урок, который получили колонисты в пограничной войне.

Июль близился к концу, а Салливан до сих пор сидел в Вайоминге, посылая бесконечные жалобы Вашингтону и в Военную палату о нехватке припасов. Палата «сильно извинялась за задержки экспедиции, успех которой зависел в первую очередь от секретности и скорости». Жалобы Салливана она признавала «несомненно обоснованными»15.

В своем желании снять с себя всякую вину за возможный провал, Салливан дошел даже до Конгресса. В ответ пенсильванские власти еще раз обещали выставить отряд добровольцев, поскольку экспедиция была выгодна самому штату16.

Летучие отряды тори и ирокезов нападали на близлежащие поселения, однако Салливан не дал сбить себя со следа. Его пикеты прочесывали лес в поисках мародеров, не ввязываясь в серьезные столкновения17. Салливан отклонял даже прямые просьбы местных властей о содействии. Одному такому просителю Салливан ответил так: «Обратитесь лучше в Совет вашего штата, и он вам обязательно поможет - так же, как помог нам.» Примерно с тем же сарказмом он отвечал и другим18.

К концу июля терпение Вашингтона истощилось окончательно - он замышлял стремительный удар, а не долгую, методичную кампанию. «Снова и снова повторяю Вам: начинайте действовать со всей возможной скоростью», - писал он. Вашингтон доказывал Салливану, что его экспедиция по плану должна была двигаться налегке, а слишком большой обоз ее не только задержит, но и помешает глубоко вклиниться в индейские владения.

В первоначальный план кампании против индейцев были внесены коррективы. Была софимирована еще одна экспедиция из континенталов и дружественных индейцев. Во главе ее был поставлен полковник Д. Бродхед. Он должен был выступить из форта Питт на север, по р. Аллегени, уничтожить все обнаруженные индейские поселения и идти на соединение с Салливаном. Если бы последняя задача не удалась, то экспедиция Бродхеда могла сойти за диверсионную вылазку19.

К этому времени армия Салливана уже находилась на пути к Тиоге - деревне, находившейся на стрелке рек Кайюга и Сусквеханна. Большая часть припасов уже прибыла и грузилась на 120 лодок. Главные силы должны были идти вдоль одного берега Кайюги, охраняя почти 1200 вьючных лошадей и 800 голов скота; два полка охраняли флотилию с другого берега20. Бригаде генерала Хэнда отводилась роль прикрытия от возможных внезапных нападений противника.

Приняв все меры предосторожности, армия начала переход вверх по Сусквеханне. Колонна растянулась почти на шесть миль; солдаты постоянно ожидали нападения, особенно когда проходили особенно узкий и гористый порог. Они знали, что за ними следят, и даже удивились, когда им дали пройти невозбранно - несмотря на «столько удобных позиций, откуда они могли досадить нам»21. 11 августа армия пришла в Тиогу.

Салливан перешел к более активным действиям. Выше Тиоги находилось индейское селение Чемунг, и он выслал туда разведчиков. Те обнаружили там несколько сот (200 или 300) ирокезов, но «не могли сказать, собираются ли они оставить деревню или защищать ее». Чтобы захватить индейцев врасплох, солдаты выступили ночью; в темноте многие отстали или заблудились в лесу22. Наконец континенталы штурмовали селение, но оно оказалось покинутым. Солдаты разграбили и сожгли 40 домов и прилегающие поля.

Бригада Хэнда выследила и вступила в перестрелку с маленьким отрядом ирокезских воинов; бой закончился быстро, но обстановка накалилась. С одного поля прогремели выстрелы, и несколько солдат были ранены. Однако, по словам одного офицера, было «непонятно, кто стрелял, - враг или свои». Армия выполнила свою задачу и вернулась в Тиогу, покрыв за сутки 40 миль. Американцы потеряли за день семерых убитыми и тринадцать ранеными. О потерях врага Салливан не знал, заявив только, что видел «несколько простреленных шапок, вьюк и окровавленную рубаху».23

В Тиоге Салливан решил дождаться бригады Клинтона (численностью в 1500 солдат), которая выступила несколькими неделями раньше и около месяца ждала на ирокезской территории, у озера Отсего. Салливан отправил на соединение с Клинтоном бригаду Хэнда - около 900 человек. Обе бригады двинулись навстречу друг другу, сжигая по пути индейские деревни. Они встретились 19 августа, и теперь в распоряжении Салливана оказалось около 4500 человек24.

Пока Салливан ждал Клинтона, у американского лагеря появился ирокезский снайпер. Солдаты вырубили кустарник на 100 ярдов от лагеря и усилили патрули. Однако военный отряд ирокезов проник туда, где пасся скот. Индейцы убили и скальпировали пастуха, прежде чем их оттеснили в лес25.

Готовясь к маршу вглубь вражеской территории, Салливан оставил в Тиоге 250 солдат под началом полковника У. Шрива, и поручил им выстроить серию блокгаузов для обороны и хранения припасов. Солдаты перегрузили довольствие из бочек, лучше подходивших для лодок, в мешки для перевозки на вьючных лошадях. Поскольку мешков катастрофически не хватало, их пришлось шить из армейских палаток26. Пушки часто застревали и переворачиваясь, вызывая у солдат дополнтельную головную боль27.

Армия выступила из Тиоги 26 августа, опоздав, по меньшей мере, на два месяца. Легкая пехота Хэнда и виргинские стрелки шли в авангарде, Клинтон - в аръергарде, а две другие бригады - на флангах, охраняя с боков обоз. Во все стороны выслали пикеты. Это произвело впечатление даже на англичан. Д. Батлер писал в форт Ниагара, что их «дезинформировали» относительно состава вражеских сил - это была не «зеленое» ополчение, а «отборные силы Континентальной армии, под началом лучших генералов мятежников»28. Значительно проигрывая в численности, Батлер намеревался устроить засаду и рассеять силы Салливана прежде, чем они углубятся на территорию ирокезов.

28 августа колонна вышла к истлевшим руинам Чемунга. Солдаты, посланные довершить разгром, выжгли то, что осталось от посевов. Одним из плюсов осенней кампании было то, что индейцы уже собрали урожай; победители устроили роскошный пир из разграбленных запасов фасоли, кабачков и тыквы29.

Пока армия пировала, англичане и ирокезы начали действовать. Батлер и вождь мохоков Джозеф Брант решили устроить засаду у деревни Ньютаун и смогли собрать около семиста человек, включая триста королевских рейнджеров. Маршрут американцев должен был пройти через излучину реки между двумя высокими холмами; лоялисты соорудили на одном из них бруствер и замаскировали его ветками и листьями. Они рассчитывали заманить Салливана к холмам и деморализовать неожиданным огнем с флангов. Батлер окопался и принялся ждать.

Утром 29 августа американские стрелки подошли к укрытию лоялистов. Накануне разведчики доложили о присутствии врага, и стрелки были наготове. Когда перед ними появилась небольшая группа индейцев, командир континенталов, подозревая засаду, поручил одному из своих солдат влезть на дерево и разведать обстановку. Затем он предупредил основные силы30. В ожидании их подхода стрелки при поддержке легкой пехоты Хэнда вступили в бой. Салливан прибыл к 11 часам и отправил бригады Клинтона и Пура обойти индейцев слева и выйти им в тыл; Хэнду следовало остаться спереди, а Максвеллу - в резерве. Там же пока находилась и артиллерия - она должна была вступить в дело, когда Пур и Клинтон ввйдут на свои позиции. Батлер еще не подозревал, что его замысел раскрыт.

В 3 часа пополудни орудия американцев открыли стрельбу, однако солдаты Пура угодили в болото и сильно задержались. Пур и Клинтон услышали канонаду и ускорили шаг. Орудийный залп рассеял примерно половину лоялистов, однако, бросившись на штурм, континенталы натолкнулись на стойкое сопротивление оставшихся. Под прикрытием стрелков американцы построились для штыковой атаки. Как вспоминал подполковник Г. Дирборн, нью-гэмпширцы «быстро наступали с примкнутыми штыками, не отвечая на плотный неприятельский огонь».

Приблизившись к неприятелю, континенталы дали убийственный залп. После жаркого, но короткого рукопашного боя тори и ирокезы дрогнули и отступили, оставив холмы американцам31.

Бой при Ньютауне обошелся Салливану недорого - он доложил всего о троих убитых и 35-ти раненых. Сколько потерял противник, снова осталось неизвестным. Победители вошли в Ньютаун и разграбили его. Солдаты сожгли около 150 акров курурузных полей; один солдат вспоминал, что это была «лучшая кукуруза, что я видел»32

33.

Эта победа воодушевила даже Салливана, столь сильно опасавшегося провала кампании. В своем рапорте он доложил, что уже уничтожил 14 индейских городов. Причем даже если его люди «с великим воодушевлением» разрушали Ньютаун, на «работу» им потребовался целый день33.

После Ньютауна Салливан принял несколько важных решений. Во-первых, он решил, что артиллерия слишком замедляет продвижение армии, и отправил тяжелые орудия назад. Он оставил только три пушки, самой большой из которых была трехфунтовка. Во-вторых, застав изобилие продовольствия во взятых городах, он урезал солдатские пайки и приказал своим людям «кормиться» за счет ирокезских складов34.

Рота легкой пехоты была отправлена преследовать отступавших ирокезов, а еще один небольшой отряд - сжечь деревню в нескольких милях выше по реке. Посчитав, что индейцы отступают на север, к Кэтринстауну, Салливан решил застать их врасплох, и 31 августа заставил своих солдат следать еще один ночной переход.

Он оказался сущим кошмаром - местность была иссечена болотами и оврагами. По словам одного офицера, «порой мы шли по колено в грязи и угадывали путь на ощупь, упираясь в тех, кто шел впереди». Колонна двигалась с черепашьей скоростью, и, как вспоминал другой офицер, «если бы дикари воспользовались нашим жалким положением, для нас все бы кончилось катастрофой»35.

Аавнгард прибыл в город на рассвете и обнаружил его покинутым. Полковник У. Батлер с 300 человек отправился в погоню за женщинами и детьми, которые, казалось бы, не могли уйти далеко, но потерпел неудачу. На то, чтобы собрать в городе всех извалявшихся в грязи солдат, ушел весь день36.

Салливан встретился с группой индейцев онейда - американских союзников в Конфедерации ирокезов. Они попросили, чтобы американцы пощадили их братьев-кайюга, поскольку они тоже хотят дружить с Соединенными Штатами. Салливан ответил - исполняя полученный приказ - что кайюга проливали кровь поселенцев на границе, и, хоть он и уважает их просьбу, уже поздно. Щадить он никого не будет. Салливан пожурил онейда за то, что они обещали поддержку, но не прислали никого, кроме нескольких проводников, которые к тому же «совершенно не знали местность». Онейда извинились, обещая помогать в дальнейшем37.

После дня отдыха армия двинулась дальше, вдоль берега озера Сенека к городу Кендайя. По дороге американцы сожгли несколько нбольших хижин. Из одной деревни индейцы ушли так быстро, что даже «оставили на огне свои котелки с варящейся похлебкой»38.

5 сентября солдаты взяли Кендайю без боя. Там они обнаружили белого пленника, от которого узнали об отряде почти в тысячу воинов, собиравшемся у Каданасаги, в верхней части озера Сенека. Однако солдаты продолжили жечь дома, поля и сады39.

«Природа не могла придумать лучшего места для засады», - писал один офицер об участке, где в озеро Сенека впадала река. По пути на Канадасагу солдаты Салливана должны были переправиться через стремнину двадцать ярдов шириной и глубиной по пояс, и индейцы, напав в этот момент, сильно бы спутали планы Салливана. Перед переправой армия остановилась и «внимательнейшим образом разведала местность». Для отражения возможной атаки постоянно были наготове отряды прикрытия. Однако атаки так и не последовало40.

Солдаты быстро оркужили город, но он тоже оказался покинутым. Канадасага оказалась самым крупным ирокезским селением из попавшихся американцам. Оно состояло из 60 домов с большими персиковыми и яблоневыми садами41. Пока американцы жгли его, Салливан выслал несколько отрядов для уничтожения близлежащих деревень.

Салливан собрал своих офицеров обсудить положение. Они уже далеко продвинулись, проходя в среднем по 10 миль в день. Припасов хватало, и единственный вопрос был, стоит ли продолжать кампанию, и если да, сколько еще продолжать. И на совещании была определена конечная цель кампании - самый большой город ирокезов, Генеси-Касл. Его взятие обеспечило бы армию достаточным провиантом для возвращения в Тиогу. Чтобы ускорить марш, в Тиогу отослали раненых и больных.

10 сентября солдаты вошли в Канандаигуа, на северной оконечности одноименного озера. «Это был красивейший город из виденных нами», - вспоминал один солдат. На многих домах висели таблички: «Того, кто разрушит этот дом, покарают мои потомки» - слабое утешение для «подлых злодеев», показалось другому солдату. Американцы принялись за рутинную работу - жечь пустые дома. Уничтожив 30 домов и 50 акров полей, они двинулись дальше42.

В маленькой деревне Хониайе, 11 сентября, стрелки застали врасплох группу индейцев, которые обратились в бегство, бросив свои «мешки, одеяла и картофель, жарящийся на огне»43. Здесь Салливан решил оставить большую чатсь припасов под охраной, чтобы его солдаты смогли выиграть время для внезапной атаки на Генеси. Туда был выслан отряд разведчиков под началом лейтенанта Т. Бойда. Тот настоял, чтобы ему дали не трех-четырех, а целых двадцать шесть44.

Люди Бойда дошли быстро, однако проявили самовольство. Сначала они напали на деревню выше Генеси, убив и скальпировав двух индейцев. Затем Бойд доложил Салливану, что подождет его у Генеси, но, видимо, передумал и решил вернуться к главным силам. 13 сентября Бойд наткнулся на индейскую засаду из 400 воинов. В лесу завязалась оживленная перестрелка.

В расположении главных сил услышали стрельбу, когда строили мостик через ручей. Легкая пехота бросилась вброд и оттеснила атакующих; отряд Бойда погиб почти полностью, однако план индейцев раскрылся. Тела Бойда и еще нескольких человек так и не нашли45.

Американцы быстрым маршем двинулись на Генеси. В полдень 14 сентября они переправились через р. Генеси и вышли на равнину. Трава там была такая высокая, что скрывала пехотинцев высокой, что всадник «ничего не видел, только стволы ружей над травой»46.

Они обнаружили Генеси покинутым, однако на главной площади нашли изуродованные тела Бойда и одного из его отряда.

«Они надругались над ними самым зверским образом, вырвали м-ру Бойду ногти, отрезали нос и язык, выкололи глаз, истыкали копьями и применили другие пытки, слишком отвратительные, чтобы о них говорить. В конце концов они отсекли ему голову и бросили тело на земле»47.

Эта сцена привела людей в ярость, и они принялись громить город «с великой радостью»48. Чтобы разорить его дотла, потребовалось целых два дня. Продовольствие, которое солдаты не могли унести с собой, сжигали или топили в реке49.

Салливан оценил ситуацию. Освобожденный белый пленник рассказывал, что индейцы полностью деморализованы и в полном смятении отходят к форту Ниагара50. Но континенталы не стали их преследовать - припасы были на исходе. 17 сентября они вернулись в Хониайи, где их радостно встретил оставленный там маленький гарнизон. Там было только 50 человек и раненые, под началом капитана Д. Каммингса. Они построили «форт Каммингс», большую хижину, куда сложили «бочки и мешки с мукой, коробки с боеприпасами, и получилось весьма прилично»51.

Армия возвращалась по своим следам к озеру Сенека, сжигая поля и дома, которые пропустила в прошлый раз. Это была земля племени кайюга. Снова перед Салливаном ходатайствовали индейцы онейда, но тот даже не принял их всерьез52.

С ликвидацией основной угрозы Салливан разделил свою армию, чтобы покрыть большую территорию. Полковник П. Гейнсвурт должен был взять сто человек и идти на восток, в долину Мохока, сжигая все на пути в Олбани. Полковник Г. Дирборн и 700 человек делали то же самое вдоль западного берега озера Кайюга, а 500 солдат полковника У. Батлера - вдоль восточного; они должны были объединиться над Тиогой. Четвертая группа под командованием полковника У. Смита прочесывала западный берег озера Сенека, а оставшиеся силы во главе с самим Салливаном - восточный. 24 сентября западная армия прибыла в Тиогу и основала форт Рид; там же американцы отпраздновали новость о том, что в войну против Англии вступила Испания53.

26 сентября в Тиогу прибыл Дирборн, а 28-го - Батлер. Снова объединившись, армия двинулась в обратный путь. 30 сентября она без особых происшествий достигла Вайоминга. Кампания была завершена. Несколько дней солдаты праздновали победу, пока от Вашингтона не поступили дальнейшие указания - и участники кампании не отправились по другим делам54.

Салливан считал свой поход исключительным успехом. «Мы прошли все реки и ручьи, прочесали всю эту страну в поисках индейских поселений», - с гордостью рапортовал он Конгрессу. - «Ни одного города не осталось в стране пяти народов». Солдаты уничтожили, по меньшей мере, 40 деревень и 160 тысяч бушелей кукурузы55. Полковник Д. Бродхед, руководивший другой экспедицией вверх по Аллегени, писал в поздравлении Салливану: «У лесных волков будет повод повыть, потому что есть им будет нечего»56.

Остался доволен и Вашингтон. Не зная об успехах Салливана, он постоянно твердил о «необходимости отогнать индейцев как можно дальше от их собственных поселений, и от наших поселений и наших границ», чтобы «они оказались совершенно бессильны»57. Но когда главнокомандующий отдал эти распоряжения, армия уже выполнила свою задачу. Салливан точно выполнил распоряжения Вашингтона, наголову разгромив ирокезов.

Исход операции зависел и от тщательного планирования, и от удачи. Помогла и погода. Во главе армии стояли опытные офицеры, которые руководили дисциплинированными, хорошо обученными солдатами. Они справились с задачей управления большими силами в лесной глуши. Это была необычная кампания, поскольку она была направлена не против одной вражеской армии, а против целого народа.

Главными трудностями были проблемы со снабжением. Припасы требовалось перевозить на большое расстояние, они часто приходили в негодность от небрежного хранения. Неспособность быстро собрать все необходимое приводила к задержкам, которые могли быть успешно использованы англичанами. Однако эти задержки привели к тому, что кампания началась в сезон урожая, что позволило найти выход из положения.

Превосходство американцев в численности и организованности сильно усложнило лоялистам и ирокезам борьбу с ними. Им несколько раз выпадал шанс задержать или даже остановить Салливана, однако американцы прошли по индейской территории почти невозбранно.

Хотя экспедиция лишила ирокезов продовольствия и жилья и поставила их в зависимость от англичан на грядущую зиму, один офицер заметил: «Гнезда разорены, но птицы все еще на крыле»58. Война для ирокезов не закончилась, они не отказались от своих опустошительных набегов. Тем не менее, могущество Конфедерации ирокезов оказалось подорванным. В последующие годы большая часть ее владений отошла к Соединенным Штатам.

Что до Салливана, эта кампания стала одновременно и венцом, и концом его военной карьеры. Ухудшающееся здоровье и желание вернуться к своей семье ускорили его отставку.

 


КОММЕНТАРИИ

 

1 This paper is based on a longer graduate research paper completed at Penn State. The author was unable to take advantage of a recent work, Joseph R. Fischer, A Well-Executed Failure: The Sullivan Campaign against the Iroquois, July-September 1779 (Columbia: University of South Carolina Press, 1997).

2 Charles Whittenmore, A General of the Revolution: John Sullivan of New Hampshire (New York: Columbia University Press, 1961), 117-8.

3 Whittenmore, 119-120.

4 John Sullivan to George Washington, 15 April 1779, in Otis G. Hammond (ed.), The Letters and Papers of Major General John Sullivan, Continental Army 3 vols. (Concord: New Hampshire Historical Society, 1939), 3:1-5. Hereafter JSP.

5 John Sullivan to George Washington, 16 April 1779, ibid, 5-9.

6 Whittenmore, 121.

7 Lt. Col. Adam Hubley to Sullivan, 2 July 1779, JSP, 3:69-70; Sullivan to Joseph Reed, 11 May, 21 May 1779, ibid, 19, 28; Sullivan to Washington, 23 May 1779, ibid., 3:33-4.

8 Washington to Sullivan, 28 May 1779, ibid., 3:44-5.

9 Sullivan to Washington, 31 May 1779, ibid., 3:47.

10 Washington to Sullivan, 31 May 1779, ibid., 3:50

11 "Journal of Captain Daniel Livermore," 10 June 1779, in Frederick Cook (ed.)Journals of the Military Expedition of Major General John Sullivan ... (Freeport, NY: Books for Library Press, 1972 reprint of 1887 edition), 180. Hereafter Journals.

12 Whittenmore, 125.

13 Walter Butler to John Haldimand, 20 May 1779, in Alexander Flick (ed.) "New Sources on the Sullivan-Clinton Campaign, Quarterly Journal of the New York Historical Association 10(3) (1929), 218; Butler to Col. Mason Bolton, 18 June 1779, ibid., 265; Butler to Bolton, 3 July 1779, ibid., 266.

14 "The Journal of James Norris," 2 July 1779, Journals, 225.

15 Board of War to Sullivan, 21 July 1779, JSP, 3:78-9.

16 Sullivan to Jay, 21, 26 July 1779, ibid., 3:84,86.

17 "Order Book of Lt. Col. Francis Barber, 3rd New Jersey, 8 July 1779, in Louise Murray, (ed.) Notes from the Craft Collection in the Tioga Point Museum ... (Athens, PA: Tioga Point Museum, 1929), 28.

18 Sullivan to John Cook, 30 July 1779, JSP 3:88-9 John Sullivan to Col. Sam Hunter, 30 July 1779, ibid. 3:89

19 Washington to Sullivan, 29 July 1779, ibid., 3:88.

20 Order of March, 24 May 1779, ibid., 3:36-8.

21 "The Journal of Rev. William Rogers, D.D.", 5 Aug. 1779, Journals, 256-60.

22 Sullivan to Jay, 15 Aug. 1779, JSP, 3:95; Almion Lauder (ed.), Orderly Books of the Fourth New York Regiment, 1778-1780 ... (Albany: State University, 1932), 78; "The Journal of Lt. William Barton", 12 Aug 1779, Journals, 6.

23 "The Journal of Major Jeremiah Fogg," 13 Aug. 1779, ibid., 92; Sullivan to Jay, 15 Aug. 1779, JSP 3:95-8.

24 Sullivan to James Clinton, 6 Aug. 1779, ibid., 90.

25 Fogg, 15 Aug. 1779, Journals, 92.

26 Sullivan to Colonel William Shreve, 24 Aug. 1779, JSP 3:101-3; Fogg, 24 Aug. 1779, Journals, 92.

27 "The Journal of Sgt. Moses Fellows," 27 Aug. 1779, Journals, 87.

28 John Butler to Mason Bolton, 26 Aug. 1779, in Flick, 281.

29 Fogg, 27 August 1779, ibid., 94.

30 Hubley, 29 Aug. 1779, ibid., 155; The generalities of the battle appear in Sullivan's report, 30 Aug. 1779, JSP 3:107-112. For a British perspective, see John Butler to Mason Bolton, 30 Aug. 1779, in Flick.

31 "The Journal of Lt. Col. Henry Dearborn," 29 Aug. 1779, Journals, 72.

32 "The Journal of Lt. Erkuries Beatty," 30 Aug. 1779, Journals, 27; Fogg, 30 Aug. 1779, ibid., 95.33 Sullivan to Washington, 30 Aug. 1779, JSP 3:113.

33 Sullivan's Address to Soldiers, 30 Aug. 1779, ibid., 113.

34 Barton, 1 Sept. 1779, Journals, 8-9.

35 Fogg, 1 Sept. 1779, ibid., 89.

36 John Sullivan to the Oneida Indians, 1 Sept. 1779, JSP 3:114.

37 Beatty, 3 Sept. 1779, Journals, 28.

38 Dearborn, 5 Sept. 1779, ibid., 74; Barton, 5 Sept. 1779, ibid., 11.

39 Fogg, 7 Sept. 1779, ibid, 97.

40 Fogg, 7 Sept. 1779, ibid, 97.

41 "The Journal of Major John Burrowes," 9-10 Sept. 1779, ibid., 45-7.

42 Beatty, 11 Sept. 1779, Journals, 31.

43 Sullivan to John Jay, 30 Sept. 1779, JSP 3:129-30.

44 Ibid.

45 Dearborn, 14 Sept. 1779, Journals, 75.

46 Sullivan to Jay, 30 Sept. 1779, JSP 3:130-31.

47 "The Journal of Sgt. Major George Grant," 15 Sept. 1779, Journals, 112.

48 Fellows, 15 Sept. 1779, ibid, 91.

49 Sullivan to Jay, 30 Sept. 1779, JSP 3:132.

50 Barton, 17 Sept. 1779, Journals, 12.

51 Sullivan to Oneida Indians, 18 Sept. 1779, JSP 3:118.

52 Beatty, 24 Sept. 1779, Journals, 33.

53 "The Journal of Lt. William McKendry, 30 Sept. 1779, ibid., 209.

54 Sullivan to Jay, 30 Sept. 1779, JSP 3:134.

55 Daniel Broadhead to Sullivan, 10 Oct. 1779, ibid, 148.

56 Washington to Sullivan, 15 Sept. 1779, ibid., 121.

57 Fogg, 30 Sept. 1779, Journals, 101.

58 Whittenmore, 150.

 

«« назад