СЕВЕРНАЯ АМЕРИКА | ВЕЛИКИЕ РАВНИНЫ | Пятнистый Хвост. Вождь Брюле Сиу 6

МЕСОАМЕРИКА глазами русских первопроходцев

 

 

 

 

 

 


 


 


 

Loading

 

 

 

 

Великие Равнины > Переводы и статьи по истории и этнографии >

Народ Пятнистого Хвоста: история Брюле Сиу.

ГЛАВА VI. ВЕТСТОУН

Ветстоун-Крик - маленькая речка, впадающая в Миссури с запада в 23 милях выше форта Рендал в Южной Дакоте. На северном берегу этой реки летом 1868 года было построено агенство для размещения Брюле и Оглала-Сиу р.Платт. Когда эти индейцы в апреле и мае подписали мирный договор у форта Ларами, у Ветстоуна были проведены приготовления по их приему и кормлению, хотя Сиу вероятно не подозревали, что от них ожидается, что они покинут свои собственные земли и уйдут к отдаленной Миссури. Конгресс отдал контроль над Ветстоуном и другими новыми агенствами Сиу на Миссури в руки военных, и зловещий старый генерал Харни возглавил один из районов со штаб-квартирой в Сиу-сити. Исключая возраст, с 1855 года Харни почти не изменился. Во время интервью в Северо-западном отеле Сиу-Сити в 1869г. он высказал о Сиу невысокое мнение. «Индейцы - это дети, - сказал он, - и с ними надо обращаться как с детьми». Он являлся членом договорной комиссии, но вероятно относился ко всем серьезным встречам и подкупам Сиу подарками на сотни тысяч долларов, как к хорошей шутке. Он говорил, что не собирается снова очутиться среди Сиу, так как индейцы возможно начнут спрашивать его, где же лошади, коровы, курицы и прочие подарки, обещанные договорной комиссией.

Когда лагеря Пятнистого Хвоста достигли Ветстоуна (в конце лета 1868г.), вынужденные оставить свои охотничьи земли к югу от Платт из-за угроз военных, обещавших атаковать их, если они тотчас же не двинутся к Миссури, они не обнаружили никаких прекрасных подарков, которые мирная комиссия так щедро обещала им. Вместо этого они получили ассортимент незнакомых машин, указывающий на то, что правительство не шутило, говоря Сиу, что они вдруг должны перестать быть охотниками и воинами, и начать работать, зарабатывая на жизнь фермерством. В новом агенстве находились батареи тяжелых разрыхляющих плугов для взрыхления целинной степной почвы (плуги были слишком тяжелы для маленьких индейских пони), поперечных плугов, культиваторов, конных грабель и борон, дорогих молотящих машин и патентованных зерносажалок. Были мельницы для изготовления муки, лесопилка и огромные телеги с громадными колесами, причем основание колес было слишком широким для любых дорог Дакоты. Эти телеги предназначались для транспортировки больших бревен в больших лесах. Для чего они были нужны в степи у Ветстоуна, мог объяснить только правительственный закупочный агент. Газеты сообщили, что еще до прихода первых индейцев, генерал Харни приказал вспахать тысячи акров у Ветстоуна. Все было готово для фермерствования. Ручная мотыга являлась как раз тем орудием, сложность которого допускала, чтобы им овладели индейцы, а большая коллекция фермерского снаряжения оказалась бесполезной и доказывала, что официальные лица в Вашингтоне ничего не знали о Сиу.

Сиу пришли к Ветстоуну в мрачном настроении. Только часть Зерновой Общины Быстрого Медведя имела какое-либо желание жить на ненавистной Миссури. Район около Ветстоуна находился в восточном конце индейского рая, в который войнолюбивые Брюле вошли около 1780г., и где они начали гнать Арикаров вверх по Миссури, овладевая их охотничьими землями. Родители и родители родителей Пятнистого Хвоста жили на этих землях, но к 1868г. бизоны в старом охотничьем рае исчезли, и хотя вдоль по р.Уайт к западу еще можно было обнаружить оленей и антилоп, жить охотой индейцам в этой стране было невозможно. Брюле и Оглала проделали долгий путь с тех пор, как столетие назад они перешли к западу от Миссури и стали народом высоких и сухих равнин. По их представлениям, низкие земли около Ветстоуна были абсолютно чужими и неприятными. С момента прибытия на Миссури их главным желанием было вернуться в свою собственную родную высокую страну.

Во время неприятностей и опасных ситуаций 1865-1868 года Пятнистый Хвост и Быстрый Медведь соединили свои лагеря, но как только Быстрый Медведь достиг Ветстоуна, он покинул Пятнистого Хвоста с большей частью своей Зерновой Общины и поселился около нового агенства. Так поступили и 75 белых людей, которые были связаны с племенем Сиу в результате женитьбы на индеанках, 500 метисов, Ларамийские Бездельники и маленький лагерь Оглала, возглавляемый вождем Огненным Громом. Пятнистый Хвост с основным лагерем Брюле, остановился на р.Уайт, в 30-40 милях к западу от агенства. Здесь его народ остался, упрямо отказываясь близко подойти к ненавистным реке и агенству.

Генерал Харни основал агенства Сиу у Ветстоуна, р.Шайен и р.Гранд и в каждое назначил ответственного офицера. Майор Чемберс из форта Рендал отвечал за Ветстоун во время прибытия Сиу, но вскоре был заменен А.Э.Вудсоном, также из гарнизона Рендала. Отношения Пятнистого Хвоста с обоими офицерами были скверными. Вождь вел величайшую битву в своей жизни, пытаясь удержать своих диких людей вместе и предотвратить игнорирование ими правительственных приказов, уход из резервации для возвращения к охотничьей и воинской жизни. Чувствуя, что он и другие вожди были обмануты договорной комиссией, Пятнистый Хвост не собирался слушаться военных майоров и капитанов. Майор Чемберс, а позднее капитан Вудсон приказывали вождю привести своих индейцев к агенству, чтобы облегчить доставку пайков в отдаленный лагерь, куда с приходом зимы будет невозможно послать фургоны, груженные припасами. Пятнистый Хвост объяснил, что его народ отказался подойти более близко к Миссури, а если попытаться оказать на людей давление, они уйдут вообще. Также существовала проблема пьянства. В лагеря около агенства уже текло виски, которое предприимчивые граждане Дакоты контрабандно переправляли через Миссури на индейские земли. Вождь решил, что его народ не должен быть деморализован и отказался расположиться ближе к Миссури.

Другим вопросом, обострившим отношения между вождем и армейскими офицерами, был приказ из Индейского Управления в Вашингтоне о лишении вождей специального статуса и ведении дел с Сиу через глав семей. Этот план низложения вождей был придуман «умными» людьми из христианских и гуманистических групп Восточных Штатов, которые лезли в правительтвенную индейскую политику. Не зная ничего о Сиу, участники общественной компании решили, что вожди индейцев являлись эгоистичными тиранами, богатеющими за счет своего народа и тормозящими движение к цивилизации. Пятнистый Хвост, который день и ночь проводил советы, убеждая индейцев не сбегать от первого знакомства с цивилизацией в Ветстоуне, был взбешен, когда ответственный за агенство армейский офицер попытался игнорировать его позицию и власть, как верховного вождя Брюле. У Сиу существовало племенное правительство, которое управляло и поддерживало необходимый порядок в каждом лагере. Это правительство поддерживали простые люди племени, и вероятно, во всех отношениях оно было таким же демократичным, как и американское правительство. Вождь не мог предпринимать важные действия до того, как они одобрялись советом. Далекие от того, чтобы жиреть за счет простых индейцев, вожди (по старому обычаю Сиу) должны были отдавать большую часть своего имущества для поддержания своей репутации и утверждения занимаемого места. Среди Сиу великим был тот, кто проявлял радушие и гостеприимство по отношению ко всем посетителям. Во времена свободной жизни в охотничьем лагере у Пятнистого Хвоста всегда были большие запасы бизоньего мяса, красивой одежды, сделанной из выделанных кож, с рисунком из крашенных игл дикообраза и бисера, лошадей, захваченных у Пауни и других племен. Он гостеприимно встречал всех визитеров и, по обычаю, дарил всем красивые подарки. Правительственные чиновники признавали, что вождям необходимо поддерживать такое гостеприимство. С 1865 по 1868гг. договорные комиссии выдавали вождям дополнительные запасы пайков и товаров, чтобы те укрепляли свою позицию лидеров. Теперь же индейским агентам было приказано обращаться с вождями, как с простыми индейцами. Индейское общество было разгневано и встревожено. Идеалисты с востока, выдумавшие этот план свержения вождей для пользы простого народа, упустили из виду, что индейцы не могли думать за самих себя. Они постоянно ходили к вождям, чтобы спросить у них совета и помощи, теперь сама мысль потери покровительства испугала их. А почему нет? В конце-концов, если бы эту теорию, которая должна была принести пользу простым индейцам, предложили американцам, она бы вызвала отвержение мэров и всех гражданских лидеров. Это означало анархию, вожди Сиу в Ветстоуне понимали это и боролись против нее.

До прихода в резервацию большинство из вождей Сиу были честными и довольно хорошими людьми. В Ветстоуне они тотчас же поняли, что для выживания необходимо сражаться - это будет новый вид войны, в которой важную роль играет хитрость. Вожди ничего не знали о американском правительстве и его методах, но в каждом лагере было несколько белых, женатых на женщинах Сиу, и этим людям также нравилось повышать свою значимость давая советы вождям. Некоторые из этих людей были действительно гениальны, выдумывая планы обхода правил агенства, приказов агента и обмана правительства. Пятнистый Хвост изредка пользовался советами нескольких женатых на индеанках людей. Однако он предпочитал вести дела со своим агентом прямо и откровенно. Но во время пребывания в резервации обстановка менялась, и он ухитрялся различным образом получать дополнительные припасы продовольствия и товаров, необходимые для поддержания его позиции верховного вождя.

Строения агенства располагались на северном берегу Ветстоун-Крик, на второй террасе нижних земель Миссури. Склады и другие строения были сооружены из грубых неокрашенных досок. Под одной крышей находились контора агента и большая комната для совета, там же были плотницкая и кузнечная мастерские, и маленькие грубые дома служащих агенства. С 1868 по 1870гг. их насчитывалось от 4 до 5 тысяч человек, и правительство обеспечивало всем необходимым. Припасы доставлялись вверх по Миссури на пароходах. Между строениями агенства и пристанью на берегу реки было бывшее ложе реки или заливная степь в четверть мили шириной и густо поросшая ивами, переплетенными лозами. На реке сразу выше агенства находился остров Ветстоун, заросший лесом, из которого и было построено большинство сооружений агенства. На Ветстоун-Крик было немного леса. Остальной район представлял собой открытую степь с рядом низких утесов, находившихся в миле или более от реки. Агенство на некотором протяжении было укрыто утесами, которые подступали к реке в двух высоких местах, примерно в четырех милях друг от друга. Между этими утесами у агенства было около двух тысяч акров хорошей низкой земли, пригодной для фермерства, и часть этой земли белые служащие вспахали еще до прибытия индейцев.

Сразу к западу от строений агенства располагались несколько грубых хижин, занятых некоторыми скво-менами (белыми людьми, женатыми на индеанках) и их семьями. Остальные из 77 скво-менов и 500 метисов жили в индейских лагерях. Ларамийские Бездельники, чувствовавшие себя несчастными, когда их отделяли от белых, жили в лагере из типи к западу от хижин скво-менов. Примерно в полмиле далее на запад, на северном берегу Ветстоун-Крик, находился маленький лагерь Оглалов Огненного Грома - не более дюжины типи. Быстрый Медведь с частью Зерновой Общины расположился к северу от агенства в лагере из типи, примерно напротив северного конца острова Ветстоун. Лагерь Стоящего Лося из Зерновой Общины был к югу от агенства.

Первая зима в Ветстоуне (1868-1869г.г.) для всех оказалась трудной. Сиу были несчастны. Они скучали по жизни в охотничьих лагерях и им не хватало еды. Индейцы любили хорошо поесть, особенно мяса, и жаловались на скудность выдаваемых пайков. Часть правительственных продуктов, например, пшеничная мука и соленая свинина, была им противна или же женщины не знали, как такую пищу готовить. Вы не сможете многое сделать из муки, если не имеете ничего, кроме подвешенного над открытым огнем котла. Пайки выдавались раз в пять дней, и гостеприимные, но непрактичные Сиу приглашали друзей, устраивали пиршества и все съедали. Затем они голодали до следующей выдачи пайков, обвиняя в своих лишениях правительство.

Так как люди Пятнистого Хвоста не переселились к агенству, пайки доставлялись им в лагерь, находившийся на расстоянии 30-40 миль. Когда снега были глубокими, груженые продуктами фургоны, не могли пройти через них. Иногда индейцы приходили к агенству с лошадьми и сами отвозили пайки в лагерь. Крупный рогатый скот пригонялся к лагерю, где Сиу отпускали животных на свободу, чтобы поохотитья на них, как на бизонов, убивая из луков и ружей. Из-за трудностей с транспортировкой, пайки для людей Пятнистого Хвоста выдавались раз в десять дней и обычно за день или два до выдачи, он вместе со своими вождями приходил в агенство, чтобы убедить агента изменить рацион. Эти разговоры происходили в конторе агента. Пятнистый Хвост говорил, что его народу не нравится пшеничная мука, и он хочет вместо нее получать очищенную кукурузу. Армейский капитан, выступавший в роли агента, отвечал через переводчика, что пайки установлены законом и у него все равно нет кукурузы. Пятнистый Хвост долго спорил, а затем говорил, что вместо ненужных продуктов его людям надо выдать на двадцать коров больше и дюжину дополнительных порций бекона. Агент снова объяснял, что пайки установлены законом и не могут быть изменены. Это продолжалось до тех пор, пока усталый агент не сдавался и не разрешал вождю получить (помимо официального рациона для его лагеря) пару коров и две-три порции бекона. Затем Пятнистый Хвост, одержав маленькую победу, уезжал домой, оставляя неудачливого агента выслушивать ворчание вождей, находившихся у агенства лагерей : Пятнистый Хвост получил дополнительные пайки, и агент должен добавить пайки всем лагерям.

Споря с армейским капитаном о пайках для его лагеря, ссорясь с ним из-за отказа выдавать дополнительные припасы, чтобы он мог поддерживать свои позиции верховного вождя, Пятнистый Хвост, тем самым, оказывал услугу правительству, удерживая своих диких людей от ухода из резервации. Он делал это не для правительства - он еще злился за обман, в котором была виновата мирная комиссия, в результате которого вожди подписали документ, думая, что это мирное соглашение, а затем получили приказ идти в резервацию. Он пытался удержать своих людей в Ветстоуне, считая, что если они покинут резервацию, то будут атакованы солдатами.

Зимой к Ветстоуну приходили некоторые Сиу из охотничьих лагерей, и они рассказывали, что бизонов хватает и в стране реки Паудер, и на Репабликан. Люди Пятнистого Хвоста половину времени голодали, их одежда из кож износилась, покрышки для типи истрепались. Сидя в лагере и бездействуя, люди скучали, сердились, и требовали, чтобы вождь разрешил им охотиться. Пятнистый Хвост и совет лагеря приказывали оставаться на месте и в который раз объясняли, что в случае ухода из резервации к Репабликан солдаты нападут на них.Если же они уйдут к р.Паудер, где можно не опасаться атаки солдат, тамошние Сиу не окажут им радушного приема. Предполагалось, что все охотничьи земли свободны для любых Сиу, но если большая группа из лагеря Пятнистого Хвоста пришла бы на Паудер, местные Сиу посчитали бы их захватчиками. Пятнистый Хвост и его лагерный совет привели в готовность индейских солдат, охранявших лагерь, чтобы помешать какой-либо группе улизнуть. Несмотря на принятые предосторожности, несколько маленьких отрядов воинов ускользнуло и ушло вниз в Небраску, чтобы совершить набег на Пауни. Они вернулись с несколькими скальпами Пауни и захваченными лошадьми, поэтому остались безнаказанными. Пятнистый Хвост и другие вожди ненавидели Пауни и наивно было бы полагать, что воины могли спокойно оставаться в лагере, зная о деревне Пауни на Луп - на удобном для набега расстоянии. Примерно в то же время старший сын Пятнистого Хвоста, еще юноша, тайно уходил с военным отрядом и вернулся со скальпом Пауни. Вождь был горд и устроил большое пиршество в честь ставшего воином сына.

С приходом весны, несмотря на бдительность индейских солдат, группа семей ушла из лагеря и отправилась охотиться к р.Репабликан. Пятнистый Хвост был обеспокоен, потому что другие группы могли последовать за первой и вскоре разбежался бы весь лагерь. Но до того, как нечто подобное произошло, бежавшие семьи вернулись домой отрезвленные. На Репабликан их лагерь был захвачен врасплох скаутами Пауни и обращен в паническое бегство к северу от Платт. Несколько человек погибло, а некоторые получили ранения. Им пришлось бросить лагерь и пожитки.

Произошедшее повысило авторитет Пятнистого Хвоста среди его людей. Он оказался прав, предупреждая, что уходить из резервации опасно. Это еще более очевидно продемонстрировано в следующие несколько месяцев. Генерал К.К.Оугер, командующий военным отделом Платт, послал большие силы кавалерии и скаутов Пауни, чтобы очистить страну Репабликан от индейцев, пренебрегших требованием уйти в резервацию. Южные Оглала, оставшиеся в охотничьих лагерях, когда Пятнистый Хвост и его Брюле, скрепя сердцем ушли в резервацию, оказались застигнуты в своих лагерях и изгнаны на север от р.Платт. Они потеряли свои лагеря и имущество, и вскоре многие из них появились в лагере Пятнистого Хвоста - голодные, лишенные всего и разочарованные в своих возможностях сопротивляться американской армии. Их прибытие временно положило конец настойчивым требованиям его людей разрешить уйти охотиться. Не охота на бизонов, а земледелие стало животрепещущим вопросом дня.

Христианские и благотворительные группы, планировавшие жизнь индейцев, а также вашингтонские чиновники, пытавшиеся претворять эти планы в жизнь, совершили ошибку: Сиу с незапамятных времен были охотниками и воинами, и план их быстрого превращения в фермеров был фантастичен. Однако правительство приняло этот план и посылало большие суммы на приведение его в действие. У большинства Сиу было врожденное неприятие к жизни за счет нанесения ранений Матери-земле металлическими орудиями - духи могут наказать племя еще более сурово. Некоторые общины Сиу, например Зерновая Община Брюле, в прошлом пытались заниматься земледелием и хотели повторить этот эксперимент снова, но они представляли свое фермерское будущее в виде маленьких полей, возделанных женщинами с помощью мотыги и засеянных кукурузой и небольшим количеством овощей. Даже в этих, так называемых прогрессивных лагерях, мужчины не собирались браться за фермерские орудия. Это была женская работа. Что до очень дорогих больших плугов, конных борон, конных грабель, зерносажалок и молотильных машин, которые правительство закупило и доставило к Ветстоуну - это просто доказательство того, как чиновники любили разбрасываться общественными деньгами.

В 1868 году правительственные служащие вспахали общее поле и обнесли его изгородью из крепких досок, тянувшейся на полторы мили. Весной 1869 года некоторые из скво-менов возделали поля, находящиеся в пределах этой изгороди, и Сиу рассердились. Эти люди считались членами племени, и согласно взглядам Сиу, работая своими руками, они оскорбили племя. Но еще хуже было то, что Быстрый Медведь из Зерновой Общины взялся за свои старые штучки. Он всегда слушал советы своего зятя Бордо, и даже в прежние времена, у форта Ларами, хотел испробовать руки своей жены и дочерей в возделывании почвы, и теперь, в 1869 году, он отважился сделать это. Некоторые из разъяренных Сиу хотели, чтобы за подобное оскорбительное поведение индейские «солдаты» разрушили его типи и перестреляли его лошадей, но другие вожди не хотели начинать вражду и остановили своих рассерженных людей.

Однако духи не поддержали фермеров. Они позволили женщинам Быстрого Медведя засеять свое маленькое поле зерном женщин Арикара, тыквами, кабачками и бобами. Затем, следуя индейским обычаям земледелия, Быстрый Медведь оставил поле на произвол судьбы, и его община ушла кочевать в поисках оленей и антилоп. Когда они вернулись к агенству, чтобы собрать урожай, оказалось, что на поле ничего не взошло. Пока они были далеко в Дакоте произошла засуха, затем налетели горячие ветры и рой голодных кузнечиков, и по возвращении индейцев домой, они обнаружили свои поля пустыми. Быстрый Медведь стоял посреди запущенного поля и грустно смотрел вокруг себя, и в этот момент в военном укреплении, охранявшем агенство, один из офицеров выстрелил, и пуля поразила Быстрого Медведя, тяжело раня его. Несомненно это была чистая случайность, но Сиу так не считали. Духи, которых интересовали дела племени, наказали Быстрого Медведя за отступление от старого образа жизни и нанесение ран Матери-земле1.

Сиу находились в лучшем положении, чем неудачливые пионеры Дакоты, также потерявшие в результате засухи и саранчи свои урожаи. Сиу, отказавшись от жизни свободных охотников и уступив большую часть земель, по договору годами получали бесплатные пайки, одежду и другие необходимые вещи. Правительство обязалось заботиться о них, и урожай им не был нужен. Но Сиу жаловались, что пайки слишком малы и содержат не то, что надо. Больше всего их не устраивала ежегодная рента, в которую входили одеяла, одежда, лагерное снаряжение, парусина для покрышек типи и множество других статей. В прежние времена Сиу охотились и обменивали на торговых постах необходимые им товары. Еще тогда они получали подобные товары по договору от правительства в ежегодном платеже. В 1868 году в Ветстоуне ежегодная рента не выдавалась, и индейцы были рассержены и озадачены. Их одежда износилась, а покрышки типи и лагерное снаряжение обтрепались. У них было мало вещей для обмена на новые товары на двух торговых постах агенства, и с тех пор, как на Миссури сошел лед, они с наблюдали за каждым приходящим вверх по реке пароходом, надеясь, что он везет ежегодные товары. Но весна, лето, осень медленно проходили, а ежегодных товаров не прибыло. Конгресс даже не выделил денег. Но Сиу получали пайки, и день выдачи скрашивал монотонность жизни в агенстве. Выдача пайков еще не успела стать скучным заведенным порядком - это была азартная игра. Чтобы получить для своего лагеря больший и лучший набор пайков, каждый вождь плел интриги, не пробыв в резервации и года, Сиу начали хитрить, преувеличивая численность своих людей. Без помощи пальцев или меченых палочек Сиу не могли сосчитать до десяти, но вожди претендовали на большее количество пайков, чем было людей в их лагере, а семьи одалживали соседских детей, чтобы потребовать больше продовольствия. Агент и его клерки, пытавшиеся бороться с подобными требованиями, не добились успеха. Все Сиу были вооружены, и те, кто мог засвидетельствовать правду, не делали этого, опасаясь быть застреляными.

В 1869 году в Ветстоуне пайки выдавались вождям лагерей (за исключением Ларамийских Бездельников) и простые индейцы хотели, чтобы они выдавались именно так. Они рассчитывали на заботу своих вождей и с прохладцей относились к планам белых низложить вождей и предоставить каждому главе семьи самостоятельность.

В день выдачи пайков, обычно находившиеся по домам женщины, выходили на передний план. Каждая община образовывала круг возле складских помещений, где хранились пайки, и женщины в этом круге садились впереди. Мужчины находились позади, так как им не нужно было принимать в этом активного участия. Это была женская работа. Потом белые служащие приносили пайки и складывали их в центре круга. По мере того, как это продолжалось, женщины начинали восклицать, а затем восхвалять белых людей. При этом они называли их именами, которые дали им Сиу.

- Смотри, смотри, Красная Голова несет порции бекона.
- Смотри, смотри Большой Нос несет сумки бобов.
- А вон идет Маленький Белый Человек с мешками сахара.
- Чатка несет пакеты кофе!

Мужчины сидели спокойно, но если им казалось, что их семья получает недостаточную долю, они позже жаловались вождю, и тот представлял вопрос на рассмотрение агента. Говядину эти общины получали еще бегающей. Техасские лонгхорны были очень дикими и могли носиться быстро, как лоси, и Сиу устраивали хорошую охоту, догоняя их и убивая. Этого не делали только Ларамийские Бездельники, для которых наняли белого мясника, снабжавшего их освежеванным и разделанным мясом. Остальные Сиу смотрели на них с жалостью.

Вождь Бездельников Большой Рот (Е-Тонка) был большим и толстым индейцем. В молодости он был выдающимся воином, а после смерти старого Дыма в 1864 году стал контролировать лагерь Бездельников у Ларами и от жизни у форта стал жирным, мягким, и очень полюбил виски. Но он был родственником великого Красного Облака и, возможно, наиболее эффектным оратором среди Сиу равнин. Большой Рот был амбициозным человеком, и когда индейцы пришли к Ветстоуну, он начал предъявлять претензии, что агенство - его собственность, а он сам - верховный вождь. Фактически он пытался свергнуть Пятнистого Хвоста и, вероятно, ему предоставилась хорошая возможность сделать это, так как Пятнистый Хвост находился в своем лагере далеко на западе - в одном или двух днях пути от агенства.

Несмотря на свои громкие притязания, Большой Рот не был сильным вождем. Его собственные люди не доверяли ему делить пайки и другие бесплатные припасы, и община Бездельников у агенства была единственной, в которой распределение проводилось напрямую через глав семей. Ни Сиу, ни агент не доверяли этому вождю, а несколько семей, считавших, что для заботы о них, им требуется честный вождь, покинули его лагерь и присоединились к другим. Несмотря на это, Большой Рот настойчиво продолжал требовать, чтобы агент признал его верховным вождем и всячески пытался принизить роль Пятнистого Хвоста. Последний, в свою очередь, игнорировал Большого Рта, но был начеку. Каждый большой вождь Сиу знал, что рано или поздно ему придется столкнуться с человеком типа Большого Рта, который попытается низложить его.

На это лето было намечено, что правительство заключит мир между Сиу Ветстоуна и маленьким племенем Понка, жившим в резервации в северо-восточной Небраске в дне пути вниз от Ветстоуна. Брюле и Понка находились в состоянии войны в течении столетия, и христианские Друзья Индейцев желали, чтобы этому был положен конец. Агент Понков убедил своих подозрительных индейцев согласиться, а затем привел 200 Понков к Ветстоуну. Брюле не хотели мира, но вожди пытались удовлетворить чиновников. Они согласились на мир и, приняв эту идею, заключили мир с пышной церемонией, потчевали Понков в течение недели, а в качестве мирного подарка дали каждому из них по лошади.

Тянулось лето. Сиу томились в бездействии у Ветстоуна, и вскоре военный отряд ускользнул и предпринял набег за лошадьми Понка. Это племя получило от правительства некоторое количество крупных американских лошадей - считалось, что индейские лошади не годятся для таскания плуга, и Понка, каждая семья у которых возделывала ручными мотыгами от одного до двух акров земли, нуждаются в больших лошадях для работы. Брюле угнали несколько животных и вернулись домой. Довольные успешным походом, они посылали один отряд за другим, пока не угнали всех находившихся у Понка лошадей. Затем они выкрали всех скакунов Сиу, которые были даны Понкам в качестве мирных подарков. Это представление очаровало редакторов определенных газет Небраски и Дакоты, и они рекомендовали Братии (как они называли христиан, вмешивашихся в индейскую политику) заключать побольше мирных договоров между Сиу и соседними племенами. Это осчастливит Сиу и займет их свободное время, чем сократит набеги на белых поселенцев.

Летом капитан Вудсон был освобожден, а капитана Де Витт Клинтон Пул из второго пехотного полка вызвали из Джорджии исполнять обязанности агента в Ветстоуне. Пул сразу же проникся симпатией к Пятнистому Хвосту. Он обнаружил, что у этого вождя больше здравого смысла и доброй воли, чем у других вождей агенства. Пятнистый Хвост предъявлял требования, но был открыт в убеждениях, и когда вопрос ему разъяснялся, он с юмором и дружелюбием принимал честное урегулирование. Он полностью отличался от Большого Рта, претендовавшего на то, чтобы агенство Ветстоуна принадлежало ему вместе со всеми хранящимися на складе припасами, и угрожавшего применить силу, взять все желаемое в случае отказа.

Сиу были недовольны Большим Ртом. Ежегодные товары - одеяла, одежда, парусина для покрышек типи - не поставлялись в течение целого года пребывания индейцев у Ветстоуна. Большой Рот играл на этом и, живя у агенства, доставлял Пулу бесконечные хлопоты. Сиу сердито ворчали, что если правительство не выполнит договорных обещаний и не снабдит их одеждой и прочими необходимыми вещами, они вернутся на свои охотничьи земли, где смогут себя прокормить и добыть одежду. В итоге, Пул обратился к Ньютону Эдмундсу, суперинтенданту по делам индейцев Территории Дакота, а Эдмундс, чтобы заплатить Пулу, поступил в соответствии со старым грабительским способом Потера. Брюле Ветстоуна были дикими и грозились уйти из резервации, а выше по Миссури, у Кроу-Крик, у Эдмундса было много прирученных Сиу. Он позаимствовал у них ежегодные товары, и Пул выдал их Сиу Ветстоуна. Количество этих товаров не составляло и пятой части необходимого индейцам Ветстоуна, но выдача одеял и прочих вещей успокоила их и сняла угрозу ухода из резервации.

Во время первого года пребывания Пятнистого Хвоста в резервации очень быстро проходило его образование. Он узнавал о различных типах белых людей и путях их жизни. Вождь познакомился и с несколькими весьма мерзкими типами. Одним из них был герой фронтира Джон Нельсон, который последовал за Сиу в Ветстоун, где, живя с индеанкой этого племени, был внесен в список членов племени с полным пайком, одеждой и правом на другие товары. Как он утверждает в своей книге, ему тотчас нашелся партнер по имени Клиффордс, и они начали переправлять виски через Миссури, поставляя его в индейские лагеря. Пятнистый Хвост, чтобы держать этих людей подальше от лагеря, использовал индейских солдат. В индейских лагерях не было денег, и торговля на виски была меновой - главным образом за правительственные пайки, одежду и другие товары. Пристрастившийся к алкоголю Сиу, дабы удовлетворить свою жажду, раздевал свою семью догола и оставлял умирать с голоду. Некоторые из белых скво-менов проводили все свое свободное время, изыскивая возможности обмануть агента или вождей. Но они не все были такими. С Сиу жило много честных и работящих людей, и когда практичный и деловой скво-мен работал всерьез - иметь его работающим на вас было щедрым приобретением. Также Пятнистый Хвост понял, что для свободных людей означает попасть под опеку правительственного чиновничества. Уже в 1869г. чиновники вмешивались во все стороны жизни Сиу, пытаясь повернуть их к цивилизации. Пятнистый Хвост был против этих усилий, направленных на то, чтобы разбить племенную форму правительства, поставить Сиу под контроль белых и заставить их изменить свой жизненный путь. Красивые обещания не обманывали его. Когда народ Сиу уловками заставили подписать договор, он был свободен и сам обеспечивал себя. Договор вынудил их оставить охоту и предоставить правительству заботиться о них. Правительство не выполнило своих обещаний. Его люди были плохо одеты и питались хуже, чем в охотничьих лагерях. Пятнистый Хвост негодовал по поводу позиции чиновников и конгресса, считавших, что Сиу - нищие, нуждающиеся в заботе доброго правительства люди, которым следовало бы стыдиться жаловаться или противостоять правительственным приказам. Его племя вынудили отдать обширную территорию, лишиться средств к существованию и уйти в резервацию - все для того, чтобы удовлетворить белых. Выдаваемые одеяла и пищу правительство задолжало ему по договору.

Пятнистый Хвост не сидел без дела. Ему нравился капитан Пул, и он хорошо с ним ладил, но был готов к тому, чтобы выступить на защиту интересов своего народа, если чиновники попытаются их ущемить. Он не верил в план внезапного превращения Сиу в преуспевающих фермеров. Это дело не нескольких лет (как считали чиновники), а поколений. Янктон Сиу приняли резервацию ниже Ветстоуна на Миссури в конце 1850-х годов, и правительство, чтобы превратить Янктонов в фермеров, поработало почти 20 лет. Все честные люди в Дакоте знали, что если выдача пайков остановится, Янктоны умрут с голоду. Они были не фермерами, а огородниками. Тоже самое было с несколькими племенами, которые на берегах Миссури выращивали зерно (кукурузу) в течение двух-трех столетий. Эти племена, получавшие главную часть своей пищи на полях, оставались огородниками, несмотря на все попытки правительства обучить их. Они все еще зависели от правительственных пайков и говядины.

Неверно было бы изображать Пятнистого Хвоста в этот период согнутым под ношей заботы о своем народе. Он относился к обязанностям верховного вождя серьезно, но во время, свободное от забот и дел племени, находил в Ветстоуне интересные занятия и удовольствия. Вероятно, раз в десять дней или в две недели он совершал длинное путешествие к агенству, проводил там день-два, а затем возвращался в лагерь. Он вошел в дружеские отношения со Стефаном Эстсом, молодым человеком, выполнявшим обязанности главного клерка. Всякий раз, когда у Ветстоуна останавливался пароход, вождь поднимался на борт, чтобы посмотреть на удивительную машину, пообедать с капитаном и постоять, наблюдая за шутовством негров - палубных матросов. Он ходил вниз к форту Рендалл, чтобы продолжить знакомство с офицерами и их женами, так как он еще ставил армейских офицеров более высоко, чем какую-либо другую группу белых.

Он не возражал, когда энергично подталкиваемый вашингтонскими чиновниками, капитан Пул открыл маленькую школу, где его жена была первой учительницей. Мисс Пул не могла понять Сиу, а дети не могли понять английский, поэтому одна из метисок - дочерей старого Бордо - была нанята в качестве помощницы учительницы и переводчицы. Вероятно, Пятнистый Хвост и другие вожди думали, что школа, это место, где добросердечные белые люди кормили и заботились о детях, чьи семьи были слишком бедны, чтобы делать это как следует. Возможно, верховный вождь рассердился, если бы кто-нибудь попытался открыть школу в его лагере. Его люди были способны кормить и одевать своих детей, и школа была им ни к чему. Ученики школы агенства были из лагеря Бездельников. Только Бездельникам нравилось глотать собственную гордость Сиу и принимать предложенную помощь. Школа давала детям еду, и когда пришла зима, для многих Сиу стало популярным посещать школу регулярно, чтобы посидеть около горячей печки и, поглощая бесплатные ленчи и кофе, основательно дополнить растрату школьных обедов.

Пятнистый Хвост был наслышан о делах своего племени больше, чем какой-либо другой из здравствующих Сиу. Его посещали лидеры многих агенств Сиу, простиравшихся от прирученных христианских Санти, которые жили в маленькой резервации в Небраске, до диких Сиу на р.Гранд, высоко вверх по Миссури. Эти вожди часто приходили для обсуждения кризиса, вызванного вторжением в их страну белых. Даже в 1869 г. некоторые из них искали способы объединения всех Тетонов в единую группу с верховным вождем и советом, но было уже слишком поздно это делать. Правительство никогда не разрешит каких-либо объединенных действий, осуществляя политику раскола племенных групп и обращения с этими индейцами, как с личностями, находящимися под правительственным контролем.

Одно из обвинений, предъявляемых Пятнистому Хвосту писателями, заключается в том, что в 1868г. он сдался белым и ушел в резервацию, тогда как Красное Облако не подчинился белым и остался в своих охотничьих землях. Армейские приказы должны были действовать только против индейцев, живших к югу от Платт, предоставляя Красному Облаку жить на р.Паудер по своему усмотрению. Один из лагерей народа Пятнистого Хвоста не поверил в угрозы военных и весной 1869 г. ускользнул охотиться, но находясь к югу от Платт был захвачен врасплох. Они потеряли несколько человек убитыми, несколько было ранено, утратили всю свою собственность и бежали назад к лагерю Пятнистого Хвоста. Затем Южные Оглала, игнорировавшие приказ покинуть земли к югу от Платт, были атакованы кавалерией и разведчиками Пауни и обращены в паническое бегство к северу. Ведомые Маленькой Раной, Убийцей Пауни и другими вождями, они соединились на р.Уайт с Пятнистым Хвостом и осели на бесплатных правительственных пайках. Находившийся в безопасности Красное Облако терял людей, которые уходили к Пятнистому Хвосту. Красный Лист и его Важажа покинули Красное Облако и присоединились к Пятнистому Хвосту 26 августа, затем Большой Сторонник с частью Зерновой Общины Брюле, жившей с Красным Облаком с конца 1850-х годов, присоединились к Пятнистому Хвосту, принеся сообщение, что лагерь Красного Облака находится около Черных Холмов, и что Красное Облако пытается уговорить свои лагеря двинуться в резервацию. Имея налицо подобное развитие ситуации, для многих горячих умов действительно трудно сказать: «Это малодушный вождь, который сдался, а этот - держался до конца».

В 1869г. и Пятнистый Хвост, и Красное Облако стояли за мир с американцами. Для Пятнистого Хвоста главной трудностью было то, что его люди требовали права на охоту, а главная неприятность Красного Облака заключалась в прекращении торговли. На Верхней Платт военные остановили всю торговлю с Сиу летом 1864г., когда началась индейская война. Несмотря на все разговоры о мире и дружбе, члены договорной комиссии забыли возобновить торговлю. Несомненная истина в том, что главной целью правительства являлось удержание Сиу подальше от Платт и новой железной дороги Юнион Пасифик. Был разговор об основании для охотничьих лагерей страны Паудер торгового центра в Черных Холмах, но этот план затерялся в лабиринте вашингтонских учреждений. Лагерь Красного Облака отчаянно нуждался в ружьях, снаряжении, одеялах и палатках, а не пойдя в резервацию, его люди ничего из этого получить не могли. В течение последних пяти лет они накапливали шкуры бизонов и другие продукты охоты и настойчиво требовали торговли, но большинство из них были слишком дики и подозрительны по отношению к белым, чтобы идти в резервацию.

Когда вожди с р.Паудер - Красный Лист, его заместитель Черный Рог, старый Большой Сторонник и дикий вождь Миннеконжу Римский Нос (иначе Вороний Нос) - пришли к агенству для торговли в магазинах Джона У.Смита и семьи Бодро, их встретил капитан Пул. На него произвело большое впечатление различие во внешнем виде между индейцами его агенства и дикими людьми из свободных лагерей. Сиу, жившие около агенства, были самыми ручными общинами, а жизнь в резервации и год бездействия изменили их. Принесенная из их охотничьих лагерей одежда из шкур обтрепалась, из-за пренебрежения правительства они получили совсем немного новых вещей и одеял, и теперь, продав свои лучшие вещи поставщикам виски, выглядели грязными и оборванными. Люди с р.Паудер были одеты в превосходную одежду из кожи, красиво украшенную иглами дикообраза и бисером. Они были худыми, настороженными и дерзкими, наблюдавшими за белыми людьми живыми глазами, готовыми в случае столкновения немедленно сражаться. Люди лагеря Пятнистого Хвоста стояли между индейцами агенства и индейцами с р.Паудер. Из-за недостатка охоты они пооборвались, но были также дерзки и независимы, как и люди из лагеря Красного Облака. Часть индейцев с р.Паудер после торговли в агенстве ушла домой, но Красный Лист и его Важажа зазимовали с Пятнистым Хвостом.

Большой Рот, вероятно, имел мало здравого смысла. Будучи не в состоянии контролировать индейцев своего собственного лагеря Бездельников, он решил свергнуть Пятнистого Хвоста и занять место верховного вождя в Ветстоуне. Вряд ли его лидерство привело бы к чему-нибудь хорошему. В 15 милях выше агенства Янктон Сиу и в 15 милях ниже Ветстоуна, на восточной стороне Миссури, находилось ранчо, где можно было достать виски. У белого, управлявшего этим ранчо, жена была из Янктон Сиу. Здесь добывал виски Большой Рот. Его кредит был совершенно плох, поэтому как-то ночью с отрядом своих храбрых воинов, он спустился к ранчо и выгнал владельца и его жену в кустарник. Индейцы выпили целую бочку виски, вышли поохотиться за хозяином и его женой, и несколько раз выстрелили в них. Они устроили в хижине погром, сорвали дверь и в конце-концов ушли. Когда Большому Рту предъявили обвинения за этот разбой, он, признавая, что все это было, представил дело как хорошую шутку2.

27 октября 1869 года в лагере Бездельников Большой Рот устраивал пир и пьяную вечеринку, и агенство вновь огласилось пением, боем барабанов и воплями Сиу. Пятнистый Хвост по делам находился в агенстве. Для его лагеря грузились пайками фургоны, и вождь с агентом готовил их отправку на следущее утро. С ним было два человека из лагеря (возможно, Два Удара и другой младший вождь). Днем позднее Пятнистый Хвост и его друзья ушли в лагерь Бездельников. Неясно, где был пир: в большом типи или в бревенчатой хижине, во всяком случае, несколько часов группа Пятнистого Хвоста пировала с Большим Ртом и его людьми. Медленно тянулась ночь, Большой Рот начал предлагать Пятнистому Хвосту виски, но тот пить отказался. Вождь Бездельников становился все более буйным и неосторожным в словах, в конце-концов, Пятнистый Хвост и его друзья встали и ушли. Большой Рот последовал за ними и, согласно очевидцам, вытащил из-под одеяла револьвер и прицелился в вождя. Почти касаясь дулом тела, он спустил курок, но произошла осечка. Вождь Бездельников не успел взвести оружие и выстрелить вновь - Пятнистый Хвост выхватил револьвер и послал пулю ему в голову. Когда Большой Рот упал, два друга Пятнистого Хвоста посчитали на нем «ку». Это был обычай Сиу. Они поразили вождя из своих револьверов не для того, чтобы навредить ему, а чтобы засчитать подвиг.

Толпа беснующихся Сиу выхватила оружие и была готова открыть огонь. Ни та, ни другая сторона не решалась начать, и они стояли и выли друг на друга. Управитель обоза побежал к конторе агента и застучал в дверь прикладом ружья, крича, что Сиу начали сражаться. Капитан Пул проснулся и открыл дверь. «Они идут сюда!» - закричал управитель фургонами и вбежал в контору, намереваясь спрятаться. Сиу вошли толпой, крича и размахивая оружием. Пула усадили на кресло в совещательной комнате, а Пятнистый Хвост, завернувшись в одеяло, сел на пол за ним, настороженный и спокойный. Брат Большого Рта, Голубой Конь начал бурную речь на языке Сиу. В одной его руке была винтовка и лук, а в другой несколько стрел, когда он сбросил одеяло, под ним оказались два военноморских кольта и большой нож для скальпирования. Он был взбешен и носился по комнате, бросая обвинения и угрозы в адрес Пятнистого Хвоста. Верховный вождь казался спокойным, но внимательно наблюдал за Голубым Конем. В одном месте бурной речи на языке Оглала он поднял свое оружие. Агент Пул чувствовал себя совсем неуютно. Комната была заполнена разгневанными вооруженными Сиу, которые рвались в бой. Начнись стрельба, Пул оказался бы удобной мишенью.

Голубой Конь продолжал неистовствовать, но в конце-концов должен был остановиться из-за того, что совершенно выдохся. Затем взял слово Бедро, вождь Бездельников. В отличие от Голубого Коня, он не винил Пятнистого Хвоста: он кричал, что трагедия произошла полностью по вине белых, распространивших среди Сиу виски. Разве не началось это уже в 1841г., когда на Чаг-Крик Сиу получили спиртное, и Красное Облако застрелил Бычьего Медведя? По мере того как говорил, Бедро немного успокоился и кончил речь на менее воинственной ноте. Он сел - Пятнистый Хвост встал. Он сказал, что Бедро был прав - винить надо виски, и он сожалеет о Большом Рте. Сиу не должны убивать друг друга. Сейчас они находяися в комнате совета, и капитан Пул должен поссоветовать, как им уладить этот вопрос. Пул не знал, что делать, но выступавший в качестве переводчика муж скво знал обычаи Сиу и посоветовал, чтобы Пятнистый Хвост заплатил за выстрел в Большого Рта. Пул был доведен до отчаяния взмутительными требованиями Большого Рта, но сейчас он говорил о нем, как о великом и благородном вожде. Да, Пятнистый Хвост должен заплатить за содеянное. Пул, в качестве подходящей цены, предложил десять лошадей. Затем он сказал, что для джентельменов, бывших всю ночь на ногах, хорошо бы идти домой спать. Утром они решат эту неприятность мирно. К его удивлению, Сиу, которые несколько минут назад были готовы начать схватку, встали и спокойно ушли.

Большой Рот умер к рассвету. Несколькими часами позже Голубой Конь пришел к конторе и сказал, что он так печалится о смерти своего великого и доброго брата, что хочет смыть краску, наложенную на лицо для пира днем ранее, и скорбеть. Переводчик предупредил, что если индеец сделает это, то произойдет возобновление кровной мести. Агент должен дать Голубому Коню два хороших одеяла и тогда тот откажется от охоты за Пятнистым Хвостом. Одеяла были выданы, и скорбящий брат спокойно удалился.

Капитан Пул был весьма далек от умиротворения. Почти все служащие агенства ушли, половина из них еще находилась в убежищах, когда начались неприятности, половина - на безопасной восточной стороне Миссури. Управитель каравана фургонов боялся двигаться к лагерю Пятнистого Хвоста, так как у воинов Бездельников, наверное, был план атаки обоза в отмеску за убийство Большого Рта.

Женщины причитали по убитому. Они одели вождя в военный костюм из оленьей кожи, положили его лук и завернули тело в хорошее одеяло. Затем он был помещен на похоронный помост, расположенный вне лагеря Бездельников. Пятнистый Хвост заплатил семье убитого лошадьми и ускакал со своими людьми в отдаленный лагерь. Прибыл поспешно вызванный Пулом отряд пехоты, белые служащие вылезли из убежищ, и вечером 28-го напряженность спала3.


ПРИМЕЧАНИЯ:

1 Первые попытки сиу выращивать в Ветстоуне зерно (1869-1870гг.) описаны в книге Пула «Among the Sioux of Dacota». Счет (зим) Быстрого Медведя о том как он потерпел неудачу в выращивании зерна и был подстрелен на своем собственном поле, приведен в Тернера «Red Men Calling on the Great White Father». Зерно, которое возделывали Сиу, было маленькой пятнистой кукурузой Арикара (кукуруза скво), но даже этот очень стойкий вид маиса был уничтожен засухой и саранчой.

2 Pool «Among the Sioux of Dacota», p.81.

3 Сообщение об убийстве Большого Рта взято у Пула, который в течение нескольких часов получил у свидетелей подробности. Пул, очевидно, не был огорчен смертью Большого Рта и не винил Пятнистого Хвоста. В опубликованном Бюро Этнологии справочнике под заголовком «Большой Рот» приведен полный вздор, порочащий Пятнистого Хвоста. Там говориться, что убийство произошло в 1872 или 1873г., тогда как правильная дата - 27 октября 1869г. Это сообщение утверждает, что влияние Большого Рта в Ветстоуне возросло так сильно, что Пятнистый Хвост встревожился за свою позицию верховного вождя. На самом деле все было наоборот. Большой Рот пил так сильно, что Сиу перестали его уважать. В справочнике говориться, что Пятнистый Хвост затеял заговор против соперника - и здесь все было наоборот. Книга игнорирует повествования свидетелей Пула и заявление, сделанное Уильямом Велшем, посетившим агенство годом позже. Исходя из свидетельств очевидцев, Велш утверждает, что весь день Большой Рот много пил и неоднократно пытался спровоцировать схватку с Пятнистым Хвостом, что закончилось ночной попыткой застрелить своего соперника из пистолета.

 

«« назад

наверх