СЕВЕРНАЯ АМЕРИКА | ВЕЛИКИЕ РАВНИНЫ | Пятнистый Хвост. Вождь Брюле Сиу 5

МЕСОАМЕРИКА глазами русских первопроходцев

 

 

 

 

 

 


 


 


 

Loading

 

 

 

 

Великие Равнины > Переводы и статьи по истории и этнографии >

Народ Пятнистого Хвоста: история Брюле Сиу.

ГЛАВА V. ПЯТНИСТЫЙ ХВОСТ СТАНОВИТСЯ ВЕРХОВНЫМ ВОЖДЕМ

В 1830 году Оглала возглавлял Бык-Медведь, сильный и деспотичный вождь, которому противостоял Шота (Дым). Дым очевидно был умнее, но, вероятно, боялся Быка-Медведя. Его молодой родственник Красное Облако, не боялся никого. Осенью 1841 года вожди-соперники находились в лагере на Чагвотере, рукаве Ларами. В лагерь принесли спиртное, индейцы начали пьянку, вспыхнула драка и, когда Бык-Медведь выскочил из своей палатки, молодой Красное Облако пристрелил его. Затем Оглала раскололись на две недружественные фракции. Одна группа называлась народом Дыма, возглавлялась этим вождем и кочевала к северу от реки Платт; последователи мертвого Быка-Медведя назывались народом Медведя и ушли жить к югу от Платт.

К 1846 году Дым был ведущим вождем Сиу в районе форта Ларами - толстый и веселый вождь, большой друг белых и любитель пошутить. Ему нравилось находиться около белых, и когда военные преобразовали старый торговый пост в форт Ларами, он сделал это место своей «штаб-квартирой». Большинство из его части Оглала находилось высоко на севере, в землях между Черными Холмами и горами Бигхорн, но сам Дым старел и предпочитал основное время проводить с маленьким лагерем своих последователей у форта Ларами, или недалеко от него. Семьи Сиу из других лагерей, которых легкая жизнь у форта привлекала больше, чем лишения и опасности на охотничьих землях, присоединились к лагерю Дыма. Девушки выходили замуж за белых - торговцев, солдат, офицеров. В прежние времена для семьи Сиу считалось престижным связаться браком с белым торговцем, и большинство девушек, ставших женами торговцев, происходили из семей вождей. Браки девушек Сиу у форта Ларами и вдоль пути по р.Платт сначала считались почетными и выгодными, но к концу 1850-х годов Сиу в диких лагерях охотников на бизонов начали насмехаться над людьми, живущими в лагере Дыма. Они называли их Ваглугхе (Бездельники, или Прихлебатели у форта) и презирали, так как они оставили старую жизнь Сиу - охоту, кочевье, войну - и предпочли жить за счет белых из форта и на пути вдоль реки Платт.

Эти Бездельники у форта едва ли когда-либо охотились или принимали участие в военных походах, и лучшие из юношей уставали от бесцветной жизни у форта и уходили на север к диким лагерям. Красное Облако некоторое время жил со своим дядей, Дымом, у форта, а затем ушел, и в стране реки Паудер завоевал репутацию великого воина. У каждого спорного вопроса есть по крайней мере две стороны, и люди в лагере Бездельников отвечали презрением диким Сиу севера, считая их деревенщиной, приходящей в гости к искушенным Сиу у форта. Эти дикие оптимисты с реки Паудер много важничали и громко разглагольствовали о войне с белыми, но что они знали о белых и их силе? Они считали схватку пятидесяти воинов, из которых двое погибали, большим сражением. Бездельники у форта слышали подробности о громадной трехдневной битве между белыми, и они знали, что имели в виду белые люди, когда говорили о сражении.

Старый Дым умер в 1864 году, когда Сиу, раздраженные плохим обращением волонтерских войск, готовились к войне. Его поместили на помост в пределах видимости любимого им форта, и место вождя Ларамийских Сиу, занял Большой Рот, еще один толстый и веселый человек. Когда наступило время великих набегов зимы 1864-1865 годов, неспособные нанести эффективного удара волонтерские войска, пришли в бешенство. Бездельники спокойно оставались у форта Ларами. К их счастью, полковник В.О.Коллинз из 11-го Огайского кавполка, возглавлявший пост, был справедливым и гуманным человеком. Он выдавал лишнее армейское обмундирование и продовольствие этим слабым и дружественным Сиу и защищал их от грубых жителей границы, имевших привычку стрелять во всех индейцев подряд.

Агенство Верхний Платт индейского агента Лори в тот момент находилось на южном берегу реки Платт, к востоку от форта Ларами, прямо к востоку от торгового дома Бордо, который как и раньше находился, в том месте, где в 1854 году произошла схватка с Граттаном. Весной 1864 года у агенства было вырыто несколько маленьких канав, и белые возделали пятнадцать акров земли. Вождь Дым одобрял эту попытку побудить Сиу к земледелию, но начало индейской войны поставило точку на этом эксперименте. Дружественные Сиу теперь были отодвинуты на северный берег р.Норт-Платт, почти прямо напротив агенства. Целью этого было предотвращение неприятностей с белыми людьми, проходящими по пути вдоль реки Платт. Грубые погонщики фургонов, из караванов, подвергшихся нападению военных отрядов ниже по Платт, твердо намеревались стрелять в каждого встреченного индейца. Для дальнейшего управления дружественными индейцами, для охраны лагеря, был организован отряд индейской полиции, возглавляемый Чарли Эллистоном, смелым молодым торговцем, женатым на девушке Сиу. Офицерами полиции стали Большой Рот и его брат Голубой Конь. Быстрый Медведь находился в дружественном лагере с частью Зерновой Общины всю осень 1864 года, информируя офицеров форта о планах диких Миннеконжу с р.Паудер о совершении набегов. Этот вождь увел свою общину на охоту к северу от Платт в ноябре и боялся возвращаться, когда начались великие набеги.

Гражданская Война кончилась весной 1865 года. Летом 1864г., когда на Платт и Арканзас так сильно нуждались в подкреплении, из армий с востока не было выделено ни одного человека, но сейчас, в 1865, большое количество войск освободилось для службы на Западе. Полки кавалерии и батареи артиллерии шли вверх по Платт, но эти солдаты пошли добровольцами для подавления восстания на юге; они выполнили свою задачу и полагали, что заслужили право быть демобилизованными и отправиться по домам. Вместо этого им приказали двигаться вверх по Платт и принять участие в индейской кампании. По пути некоторое количество солдат взбунтовалось, и большинство из них добралось до форта обозленными и угрюмыми. Полковник Коллинз и его Огайская кавалерия были сменены и отправлены домой для демобилизации. У форта Ларами оказались офицеры и солдаты, злые и незнакомые с индейцами. Это происходило в тот зловещий момент, когда некоторые из участвовавших в набегах прошлой зимы Сиу приближались к форту Ларами в поисках мира. Вождь Оглала Два Лица пришел одним из первых. Сиу утверждают, что он выкупил у воина белую пленницу, захваченную на Платт, и намеревался доказать свою дружбу, доставив ее в сохранности к форту; но он встретил нескольких индейцев из дружественного лагеря, которые предупредили его, что грубое отношение солдат распространилось на всех индейцев. Два Лица остановился там, где его застали эти новости, опасаясь приближаться к форту. Тогда пришли Большой Рот и несколько воинов из соседнего лагеря и арестовали его. Они также привели другого, стремившегося к миру, вождя по имени Черноногий и его лагерь. В форте белая пленница в истерике сообщила о своих испытаниях и обвинила Два Лица и Черноногого. Полковник временного гарнизона форта в бешенстве приказал повесить вождей, что и было сделано1.

14 апреля прибыли Маленький Гром и Пятнистый Хвост с 60 палатками и им разрешили присоединиться к дружественному лагерю. Затем со своей группой Зерновой Общины появился Быстрый Медведь. Генерал-майор Дж.М.Додж, новый командующий военного отдела, ничего не знал о Сиу. Он полагал, что все индейцы в дружественных лагерях были сдавшимися враждебными индейцами, то есть военнопленными. Он готовился к новой большой экспедиции против враждебных индейцев реки Паудер, а эти Сиу у форта Ларами были для него затруднением. Он телеграфировал в Вашингтон и ему приказали под охраной увести Сиу вниз по Платт и держать в форте Керни в качестве военнопленных.

Лагерь у форта Ларами состоял из 185 палаток, главным образом, мирных Брюле и Оглала, и около 700 Ларамийских Бездельников. В этом лагере было большинство Южных Брюле (Маленького Грома и Пятнистого Хвоста) и Быстрый Медведь с дружественной частью Зерновой Общины. Остаток Зерновой Общины со своим старым вождем Большим Сторонником находился на реке Паудер с Красным Облаком.

Таким образом, Пятнистый Хвост должен был идти вниз по р.Платт под охраной, точно также, как и десять лет назад. В течение этих десяти лет он постоянно боролся за предотвращение сложностей между его народом и белыми, и вот каким оказался горький плод его работы. За колонной дружественных Сиу, двигавшихся к форту Керни, надзирал полковник Томас Мунлайт, помпезный и задиристый Канзасский волонтерский офицер. Капитан В.Д.Фаутс из 7-го Айовского кавполка с ротой своего полка должен был охранять индейцев в пути. Индейцев сопровождал караван фургонов с припасами; с фургонами находился Джеймс Бордо, торговец; в них же ехали двое или чуть более Сиу в цепях с гаупвахты форта Ларами. Многие из индейцев Бездельников не имели лошадей и лагерного снаряжения и их перевозили в фургонах. В первом лагере на пути индейцы пришли в ярость из-за солдат, взявших нескольких девушек Сиу в свой лагерь и державшими их всю ночь. В то время, как солдаты были заняты с ними, Сиу провели ночной совет и выработали план. Пятнистый Хвост и его последователи хотели мира; но они не были людьми покорно принимающими плохое обращение. Они пришли, как друзья, а сейчас были пленниками на пути в форт Керни - почти к землям своих смертельных врагов Пауни. Они думали о своих женщинах и детях, и решили не идти во вражескую страну, где их могли разоружить и оставить без помощи.

Индейский лагерь с фургонами и войсковой охраной медленно двигался вниз по Великому Сухопутному пути, мимо старого торгового дома Бордо, в настоящий момент заброшенного, мимо агенства Верхний Платт агента Лори, также покинутого. Они достигли места, где в 1854 году стоял лагерь Брюле, где Пятнистый Хвост вел своих воинов на людей лейтенанта Граттана; далее вниз по пути они подошли к месту, где Пятнистый Хвост, Красный Лист и Длинный Подбородок в ноябре 1855 года атаковали почтовую карету. У Хорс-Крик, где в 1851 году был подписан первый договор, индейцы встали лагерем на ночь. Солдаты и фургоны переправились на другой берег и разбили лагерь чуть дальше по реке. Солдаты взяли с собой нескольких девушек Сиу и закованных в цепи пленников2.

Этой ночью Сиу закончили свои приготовления. Чарли Эллистон, бывший в индейском лагере капитаном индейской полиции, позднее говорил своей невестке, что Пятнистый Хвост и Красный Лист составляли планы и являлись основными лидерами. Однако, немногочисленные современные рапорты не упоминают Красного Листа среди находившихся в лагере. Все было тщательно спланированно. Черный Волк (Оглала) должен был отметить переправу через Норт-Платт, поставив в воде палки. Он же отвечал за безопасную переправу женщин и детей. Черный Волк поклялся, что если все пройдет хорошо, он подвергнет себя испытанию в Танце Солнца, и сдержал свое слово в июне следующего года в стране р.Паудер. Женщинам приказали оставить палатки стоящими, так как было необходимо везти на лошадях стариков и детей, и двигаться налегке и быстро. Взяли только самые необходимые вещи.

На рассвете индейцы не сняли лагерь, как им было приказано и капитан Фаутс с несколькими людьми пересек Хорс-Крик, чтобы поторопить индейцев. В то время, как он ехал к их лагерю, раздался выстрел, и он упал замертво (Сиу говорят, что его убил вождь Брюле Белый Гром), а находившиеся с ним солдаты бросились прочь через реку. Воины сели на лошадей и поскакали к воде, чтобы держать солдат на расстоянии и дать возможность женщинам, детям и старикам перейти Платт по отмеченному палками броду. Индейская полиция Чарли Эллистона дезертировала. Предупрежденный друзьями-Сиу, он поскакал в солдатский лагерь и сообщил капитану Уилкоксу, принявшиму теперь командование, о положении в лагере Сиу. Уилкокс взял кавалеристов и попытался перейти Хорс-Кри, но был встречен Пятнистым Хвостом во главе воинов, и должен был вернуться в свой лагерь, преследуемый толпой вопящих и движущихся по кругу Сиу. Уилкокс собрал кавалерию и людей границы, и снова выступил, продвинувшись достаточно близко, чтобы видеть женщин и детей Сиу, переходящих Платт с гружеными лошадьми, а также воинов, восседающих на своих скакунах на берегу реки и охраняющих переправу. Они отступали из поля зрения солдат, и Уилкокс, решив, что силы неравны, снова отошел через Хорс-Крик.

В этом бою кавалеристы потеряли убитыми капитана Фаутса и еще четырех человек, а также семь - ранеными. Единственным убитым индейцем был пленник, находившийся в фургоне с цепями на ногах. Он, вероятно, был убит взбешенными солдатами3.

Полковник Томас Мунлайт в форте Ларами не получил известий о побеге Сиу у Хорс-Крик до поздней ночи с 13 на 14 июня. Следующим утром он, со всеми кавалеристами, которых смог собрать, двинулся к Хор-Крик, но по пути его нагнал посыльный с новостью, что индейцы перешли к северу от Платт. Мунлайт повернул обратно к хорошему броду около форта Ларами, а затем направился на север в погоне за ушедшими индейцами. Высоко около р.Уайт, на р.Мертвого Человека, он встал лагерем и вывел лошадей пастись. Опытные в войнах с индейцами люди предупреждали, что в индейской стране лошадей нельзя оставлять свободно пасущимися, но полковник не удостоил их вниманием. Вскоре появились Сиу - вопя, стреляя и размахивая на скаку бизоньими шкурами. Они разогнали кавалерийстских лошадей и удрали, предоставив команде Мунлайта идти к форту Ларами пешком, неся седла и снаряжение. Из-за непринятия необходимых мер предосторожности, генерал Додж отстранил Мунлайта от командывания и приказал ему демобилизоваться.

Некоторые из бежавших Сиу (возможно Ларамийские Бездельники) ускользнули обратно к форту Ларами (примерно месяц спустя) и сообщили, что бежавшие находились у Медвежьего Холма в Черных Холмах, где соединились с другим лагерем Сиу. По плану, они должны были идти к реке Паудер, где в изобилии было бизонов и другой дичи. Впоследствии Пятнистый Хвост утверждал, что его лагерь зимовал в стране р.Паудер. Однако он сам и другие вожди в его лагере не упоминались, как принимавшие участие в какой-либо из схваток, которые происходили на севере летом и осенью 1865 года. В конце июня или в начале июля у всех Сиу на р.Паудер прошел великий Танец Солнца, и Черный Волк (Оглала, отвечавший за переправу женщин и детей из лагеря на Хорс-Крик через Норт-Платт) выполнил свою клятву и прошел через испытания Танца Солнца и поразил Сиу своей стойкостью.

После Танца Солнца Сиу, Шайены и Арапахо предприняли набег на Платт-Бридж, на Норт-Платт, примерно в ста милях к западу от форта Ларами. Их было примерно тысяча воинов, ведомых знаменитыми вождями, но метис-Шайен Дж.Бент, присутствовавший там, не назвал Пятнистого Хвоста и вождей его лагеря, принимавшими участие в этой экспедиции. Это дело очень походило на первое нападение на Джулесбург - в долину выслали заманивающий отряд, чтобы выманить солдат из укрепления. Затем атаковала главная часть индейцев, убив лейтенанта Каспара Коллинза, сына полковника Коллинза из 11-го Огайского кавполка, и нескольких его людей. Затем индейцы разделились на маленькие отряды и носились по пути вдоль Норт-Платт, нападая на станции и ранчо. Они сожгли станцию Дир-Крик. Имели ли там тогда Джон Ричардс и Джо Биссоньет индейские торговые посты или нет, неизвестно.

Торговцы с Сиу были раззорены войной, торговля оружием и боеприпасами остановилась весной 1864 года, а вся торговля закончилась той же осенью. Торговцы, бывшие до начала индейских волнений 1864 года богатыми людьми, многое потеряли, а некоторые стали бедняками.

Индейцы только вернулись из своей экспедиции к Платт и отложили войну до следующего лета, когда войска вторглись в страну р.Паудер. Они шли тремя мощными колоннами с юга, юго-востока и востока, и любая из колонн, вероятно, была достаточно сильной, чтобы разгромить всех индейцев, но как было сказано, они были волонтерами, которых послали на запад воевать с индейцами, в то время как они ожидали демобилизации и отправки домой. За исключением войск, шедших на север от форта Ларами под командованием энергичного бригадного генерала П.Э.Коннора, люди не хотели видеть индейцев, а тем более воевать с ними. Коннору помогал отряд скаутов Пауни, которые обнаружили лагерь северных Арапахо, угнал индейских лошадей и серьезно схватился с Арапахами. Две другие колонны были обнаружены и атакованы индейцами, отогнаны ими; они съели весь свой паек, потеряли почти всех лошадей и мулов, а затем были найдены скаутами Пауни и спасены командой Коннора. Этим кончилась тщательная экспедиция, имевшая достаточно сил для разгрома индейцев, но не нашедшая ни желания, ни мастерства, чтобы использовать свою силу.

В это время губернатору Ньютону Эдмундсу (Территория Дакота) в Вашингтоне предоставили власть заключить мирный договор с Сиу. Эдмундс и члены его мирной комиссии истратили большую сумму государственных денег, заключая мир с дружественными лагерями Сиу, находившимися по Миссури; общинами, не принимавшими участия в столкновениях. Теперь правительство имело мирные договора только с мирными Сиу, а масса их соплеменников, а также Шайенов и Арапахо, в стране р.Паудер, как была враждебной, так и осталась. Для исправления сложившейся ситуации копия мирного договора была послана командующему фортом Ларами. Ему было предписано сделать все, что в его силах, чтобы привести вождей с р.Паудер и вынудить их подписать договор. В этот момент, когда военным было приказано содействовать миру с Сиу, а войска экспедиции к р.Паудер только вернулись после своего бесплодного марша через индейскую страну к северу от р.Платт, враждебные индейцы р.Паудер находились в приподнятом настроении и решили продолжить воевать. Человека, желавшего бы рискнуть своей жизнью, чтобы доставить весть о мире в северные лагеря найти не удавалось, но в начале октября Большие Ребра и несколько других дружественных Сиу из лагеря около Денвера согласились выполнить эту опасную миссию. Они пришли к форту Ларами, где были проиструктированы переводчиком, после чего отправились на север. 16 января 1866 года посыльные мира вернулись к форту, приведя с собой Быстрого Медведя и Стоящего Лося (Зерновая Община), и нескольких других вождей Сиу, чтобы они могли переговорить о мире с полковником регулярной армии Х.И.Мэйнедье, который в тот момент командовал фортом Ларами. После переговоров индейцы послали гонцов в лагеря Сиу, с приглашением всем вождям придти в июне для мирного совета.

9 марта полковник Мэйнедье сообщил, что Пятнистый Хвост шел к форту, везя тело своей любимой дочери Пшеничной Муки. Судя по словам вождя, девушка умерла, когда индейцы с посланием мира из форта достигли лагеря на р.Паудер, в 250 милях от форта Ларами, и она просила, чтобы после смерти ее тело доставили к форту и поместили возле могилы старого вождя Дыма, похороненного там в 1864 году. Полковник Мэйнедье встречал эту девушку и ее отца около Дир-Крик на Норт-Платт в 1859 году, когда он еще был молодым лейтенантом, а ей было около двенадцати лет. В то время он и его маленькая дочка привлекли его, и теперь, когда посыльный прибыл в форт, он послал вождю дружественное извещение и направил в индейский лагерь санитарную повозку в сопровождении роты кавалерии и двух орудий, чтобы привести вождя и его народ к форту. Добравшись до форта, Пятнистый Хвост явился на квартиру командующего и к своей радости обнаружил, что полковник Мэйнедье был молодым офицером, которого он и его дочь знали в 1859 году. Он рассказал сочувствующему полковнику о сложностях, через которые прошел его народ в жестокие годы, когда по рекам Платт и Арканзас были расквартированы волонтерские войска, и слезы бежали по его обветренным щекам.

Девушка, чье тело доставили к старому форту, была любимой дочерью вождя, родившейся около 1848 года. Она прошла через сражение на Голубой Воде в 1855 году, когда Харни атаковал лагерь Брюле, и делила с отцом плен в форте Ливенворт, где стала любимицей офицерских семей. С этого времени ей очень нравились посещения военных постов, и она всегда сопровождала отца, когда он ходил к форту Ларами. Существовал романтический рассказ о том, как эта девушка влюбилась в молодого лейтенанта из форта Ларами, который недавно окончил Вест-Пойнт, но она и ее отец не были у форта с 1863 года, когда ей было четырнадцать лет, за исключением краткого визита к дружественному лагерю весной 1865 года, когда индейцев в форт очевидно не пускали. Девушка Сиу четырнадцати лет была достаточно взрослой чтобы выйти замуж и возможно для этой романтической истории существовала некоторая основа, но у нас об этом нет никаких сведений. Чарли Эллистон, знавший девушку с младенчества, утверждал, что она была очень гордой и всегда говорила, что выйдет замуж не за индейца, а только за «капитана» (армейского офицера), а ее отец одобрял это решение. С 1866 года эта девушка и ее история обросли романтическими россказнями и даже имя ее вызывает некоторые сомнения. Первый доклад полковника Мэйнедье называет ее Пшеничная Мука, а в докладе, посланном через день после похорон, она названа Падающий Лист или Моника. Последнее имя, очевидно, христианское, данное ей армейскими семьями в форте Ливенворт или Ларами.Сюзан Беттельон хорошо знала эту девушку у форта Ларами и называет ее именем, которое можно перевести как Желтая Девушка или Девушка-Желтая-Оленья-Кожа. Оно может означать Желтый Лист и, следовательно, возможно Падающий Лист. Авторы, склонные романтически называть эту девушку Сиу Белым Олененком, или Степным Цветком, предлагают невозможное. Сиу не давали девушкам такие хорошенькие имена, а вот Девушка-Желтая-Оленья-Кожа или Пшеничная Мука - подлинные имена Сиу, и дочь Пятнистого Хвоста, подобно многим Сиу, могла иметь два имени.

Тело девушки поместили в сосновый гроб. Около похоронного помоста старого вождя Дыма установили еще один - примерно в полмиле к северу от учебного плаца - четыре стойки около двенадцати футов длинной укрепили в земле в форме прямоугольника. Сверху сделали платформу для тела на высоте, достаточной, чтобы до тела не могли добраться волки или другие дикие животные. Полковник Мэйнедье приказал оказать мертвой девушке военные почести и ближе к закату солнца гроб был установлен на орудийный лафет, за которым следовали ее родственники и группа офицеров. Позади маршировали войска и следовала большая толпа индейцев. У могилы на гроб вместо цветов положили похоронные жертвы. Полковник Мэйнедье в качестве своей жертвы положил очень красивую пару перчаток. Девушка очень ревностно хранила с 1855 года маленький, англиканский молитвенник с золотым крестом на обложке, и преподобный мистер Райт прочитал из него похоронную службу. За тем гроб поместили на платформу, накрыли бизоньей шкурой и закрепили кожаными ремнями. Сиу полагали, что их умершие путешествуют в землю духов: плохие люди - пешком, хорошие - на своих лошадях. Они убили двух любимых скакунов девушки, отрезали им головы и хвосты, и привязали головы к двум передним стойкам помоста, а хвосты - к двум задним, чтобы девушка отправилась в землю духов на спинах своих лошадей4.

День спустя после похорон Пятнистый Хвост и его вожди присутствовали на совете в штабе полковника, где обсуждали мирный договор. И полковник Мэйнедье, и Пятнистый Хвост полагали, что лучше подождать, когда прибудет больше вождей и лагерей. Пятнистый Хвост послал гонцов к вождям дружественных лагерей. Быстрый Медведь с сорока палатками Зерновой Общины Брюле прибыл в форт 15 марта и встал у торгового дома своего зятя Бордо - в девяти милях ниже форта. Вскоре у форта начали появляться и другие небольшие лагеря, но в Вашингтоне решили, что договор должен быть подписан в июне, так как там надеялись убедить враждебных вождей с р.Паудер придти и подписать договор.

Пятнистый Хвост и Быстрый Медведь оставались около форта Ларами в течение нескольких недель. Это было время, когда Пятнистый Хвост впервые считался верховным вождем Брюле.

Маленький Гром, старый верховный вождь, находился в отставке. В 1843 году Мэтью С.Филд описывал его наилучшим вождем среди Брюле, человеком с красивой и величавой внешностью, шести футов ростом (приблизительно 186 см.), наиболее видным воином среди гордых Брюле, которые охотились к югу от реки Платт. Став верховным вождем, он попытался быть в мире с белыми; он оказался не в состоянии сделать это, но весной 1865 года он приходил к форту Ларами со своим лагерем для возобновления дружеских отношений с американцами. Его, вероятно, очень поразило то, что солдаты обошлись с ним как со сдавшимся враждебным индейцем и приказали его общине идти к форту Керни под охраной, как пленникам. После восстания индейцев у Хорс-Крик, он очевидно провел зиму на Верхней Уайт-ривер, тогда как Пятнистый Хвост ушел к р.Паудер. Когда весной 1866 года другие вожди пришли к форту Ларами, Маленький Гром отсутствовал, возможно с небольшим лагерем своих родственников. Он или сам отказался от своего ранга верховного вождя, или Брюле на совете отвергли его и выбрали на его место Пятнистого Хвоста. К сожалению, мы не имеем определенной информации относительно происходящего в лагерях Сиу весной 1866 года, что позволило некоторым авторам делать насмешливые замечания на счет того, что Пятнистый Хвост подписал договор и был вознагражден чиновниками, сделавшими его верховным вождем. Это не так. Пятнистый Хвост, совершенно очевидно, был принят Брюле в качестве нового вождя задолго до подписания им договора 27 июня.

К 1 апреля 1866 года единственными большими лагерями, находившимися около форта Ларами, были лагеря Пятнистого Хвоста и Быстрого Медведя. Ясно, что последний вождь принял Пятнистого Хвоста, как верховного вождя, и согласно одному из ветеранов торговли с Сиу, в это время Пятнистый Хвост и Быстрый Медведь соединили свои лагеря, чтобы они были достаточно сильны для охоты. Один из авторов в 1867 году утверждал, что Маленький Гром был старым вождем Кольцевой Общины Брюле (это название не упоминалось никаким другим источником). По его словам, в 1866 году Пятнистый Хвост унаследовал пост Маленького Грома, как главы Кольцевой Общины, а затем Быстрый Медведь соединил свои силы с Пятнистым Хвостом и стал, на время, вторым вождем этой общины. В мае этим Сиу было дано официальное разрешение охотиться на Репабликан далеко к югу от р.Платт, но вожди обещали вернуться к форту Ларами в начале июня для подписания мирного договора5.

После того, как в декабре 1864 года Сиу присоединились к Шайенам и Арапахо в зимнем переходе на север, Пауни в восточной Небраске чувствовали себя спокойно. Они ходили на зимнюю охоту на Репабликан и добыли большое количество мяса, даже не встретив каких-либо индейских врагов. В 1865 году у Пауни охота прошла удачно и летом, и зимой, но когда Пятнистый Хвост и его Брюле внезапно появились у форта Ларами, все изменилось. В мае Брюле предприняли предупреждающий набег на агенство Пауни. Затем они ушли охотиться на Репабликан, в результате чего Пауни отказались от охоты в тех местах. Официальные лица, гражданские и военные, старавшиеся представить Пятнистого Хвоста исключительно миролюбивым человеком, попадали в весьма затруднительное положение из-за любви вождя убивать Пауни. В мае посыпались настойчивые просьбы прислать войска для защиты Пауни и белых служащих резервации от налетов Брюле.

В июне Пятнистый Хвост и Быстрый Медведь привели свои лагеря к форту Ларами для договорного совета, но его открытие было отложено, а члены договорной комиссии предпринимали усиленные попытки привести Красное Облако и Человека-Боящегося-Своих-Лошадей с их дикими Оглала от р.Паудер. Было очевидно, что мирный договор, подписанный только дружественными индейцами, без участия враждебных, не будет иметь практической ценности. Враждебные индейцы не желали подписывать договор о мире, но они не торговали с весны 1864 года и остро нуждались во многих вещах, особенно в ружьях и боеприпасах. Ожидалось, что подарки и торговля заставят Красное Облако и других вождей Оглала привести свои лагеря к форту Ларами.

Договорную комиссию 1866 года возглавлял И.Б.Тейлор из индейского ведомства США. Другими членами комиссии были полковник Мэйнедье, полковник Макларен и мистер Уистер из Филадельфии. Тейлор практически ничего не знал о индейцах, но был пылким сторонником новой индейской мирной политики, выдвинутой идеалистами и гуманистами, и принятой в качестве государственной политики. Полковник Мэйнедье, очевидно дезинформированный относительно позиции Сиу, поддержал предположение Тейлора, что Сиу с р.Паудер стремятся заключить мир. Одним из заблуждений Мэйнедье было то, что Пятнистый Хвост имеет большое влияние на Красное Облако, который будет следовать его советам. В действительности, Красное Облако недолюбливал Пятнистого Хвоста, а Пятнистый Хвост имел достаточно здравого смысла, чтобы пытаться влиять на этого вождя Оглала.

С марта Мэйнедье добивался прихода враждебных вождей к форту. Когда около 1 июля с востока прибыли Тейлор и два других члена комиссии, вокруг форта стояли лагеря только дружественных Сиу. Из лагерей р.Паудер не было никаких вестей. На север послали гонцов, и комиссии пришлось томиться в ожидании пятнадцать дней, прежде чем Сиу появились. У них проходил Танец Солнца, который имел большее значнние, чем мирный договор.

Когда открыли совет и переводчики разъяснили договор, вожди с р.Паудер уперлись. В договоре речь шла о пути, проходящем прямо через их охотничьи земли. Они не хотели его. Мистер Тейлор пытался оправдать дорогу. Это не был новый путь, он уже существовал. Действительно, караван прошел к северу от Платт во время Гражданской Войны, направляясь к новым золотым приискам Монтаны; люди, шедшие с фургонами, дали Сиу немного подарков и продолжили путь в мире. Сейчас пройденный караваном путь был включен в договор. Он не навредит охотничьим землям Сиу. Тейлору почти удалось успокоить сердитых вождей и убедить их, что упомянутый в договоре путь, является очень маленьким вопросом.

Ниже форта, на р.Платт, Стоящий Лось из Зерновой Общины видел длинную колонну солдат с огромным караваном, двигавшимся на запад. Когда войска встали лагерем на ночь, он разыскал возглавляющего их офицера, полковника Х.В.Каррингтона и спросил его, куда они идут. Каррингтон ответил, что его отряд двигается к рекам Паудер и Бигхорн для постройки военных постов для защиты нового пути через эту страну. Стоящий Лось предупредил его, что если он придет к р.Паудер для строительства фортов, немедленно начнется война с живущими там Сиу. Стоящий Лось вернулся в лагерь Быстрого Медведя и в течение часа лагеря Сиу уже знали о прибытии солдат. На следующий день на договорной встрече Красное Облако произнес бурную речь, обвинив Тейлора в преднамеренной лжи о пути, обозначенном в договоре, и сокрытии факта, что войска идут строить форты в его стране. Затем он приказал снять лагерь Оглала и немедля вернуться к р.Паудер. Шокированная мирная комиссия, после ухода Оглала, послала индейца-гонца с умиротворяющей новостью, приглашавшей вождей вернуться для дальнейших переговоров. Гонец был сурово избит и прогнан назад через Норт-Платт.

Внезапный срыв мирного совета ошеломил членов комиссии. Мистер Тейлор, фанатичный оптимист, пытался навести глянец на это дело. Теперь он говорил о Красном Облаке, как о маловажном лидере небольшого лагеря, хотя только несколько дней назад он называл его верховным вождем. 27 июня он сделал лучшее, что мог: пригласив дружественных вождей к столу, чтобы они нарисовали свои знаки, в то время как их имена были подписаны под договором. В этот момент в лагерях у форта Ларами находилось всего 1000 Сиу. Их вожди подписали договор в следующем порядке:

Пятнистый Хвост, Кольцевая Община Брюле и верховный вождь Брюле;

Быстрый Медведь, Зерновая Община Брюле;

Собака-Ястреб, Брюле-Сироты;

Ястребиный Гром (Громовой Ястреб), Брюле;

Стоящий Лось, Зерновая Община Брюле;

Высокий Мандан, солдат Брюле;

Храброе Сердце, вождь Брюле;

Оглала, которые в этот же день подписали договор, были дружественными Южными Оглала:

Большой Рот, вождь Ларамийских Бездельников;

Человек-Который-Гуляет-под-Землей, Южный Оглала;

Черный-Военный-Головной-Убор;

Стоящее Облако;

Голубой Конь, брат Большого Рта;

Большая Голова;

Ни один из враждебных Сиу договор не подписал. Очень дорогой совет в форте Ларами совершенно не достиг цели, однако мистер Тейлор говорил о полном успехе, и общественность была уверена, что с Сиу заключен мир. В результате некоторых формальностей Конгресс постановил, что имена вождей, которые подписались 27 июня, должны быть вычеркнуты, и эти имена не появились в напечатанной копии договора.

Подписав договор, Пятнистый Хвост встал на сторону белых, или по крайней мере мог считаться на стороне белых. Его собственная позиция в это время была возможно такой: Сиу не едины (что было ясно продемонстрировано в более поздние годы), но группа должна вернуться на свои охотничьи земли к югу от Платт или умереть с голоду, и единственная для них возможность возобновить охоту - заключить мир с белыми. Он еще полагал, что Сиу не могут выиграть войну, и не одобрял срыв совета Красным Облаком. Он не знал (как и другие вожди), что правительство проводит с индейцами Мирную политику, что означало - если Сиу начнут открытую войну, решительных действий со стороны военных не последует. Таким образом, Красное Облако не рисковал жизнью, как полагал Пятнистый Хвост. Этот вождь пользовался своим здравым смыслом и оказался неправ; Красное Облако действовал в порыве и оказался прав. Ни тот, ни другой не могли понять направления нашей правительственной индейской политики 1866 года. Ситуация была так запутана, что даже чиновники, отвечавшие за индейские дела, бывали сбиты с толку. Доктор Истман и другие, кто намекает, что Пятнистый Хвост оставил Красное Облако и заключил мир, потому что был труслив, просто не понимает сложившейся ситуации. Сиу были разобщены. Когда в 1864 году лагеря к югу от Платт воевали, группа Красного Облака высоко на севере не помогала им; когда Красное Облако в 1866 году вступил в войну, группа Пятнистого Хвоста предпочла подписать договор о мире, чтобы гарантировать себе право охоты в своих собственных землях к югу от Платт. Критиковать этих вождей несправедливо. Все важные вопросы должны были обсуждаться на совете, и совет принимал решение. Критики говорят, что Пятнистый Хвост заключил мир и покинул Красное Облако, но так решил действовать совет Брюле. Пятнистый Хвост несомненно стоял за мир. Почему бы нет? Даже Сиу р.Паудер не были едины в вопросе войны и едва началось столкновение, как группа Оглала, ведомая Человеком-Боящихся-Своих-Лошадей, и Миннеконжу Одного Рога ушли от Красного Облака и сделали все, чтобы не вступить в войну. Как и Пятнистый Хвост, Человек-Боящийся-Своих-Лошадей и Один Рог полагали, что американская армия будет действовать стремительно и большими силами, и подобно Пятнистому Хвосту, они полагали, что такая война может привести только к уничтожению их народа.

Вожди Брюле и Южных Оглала несомненно полагали, что подписанием мирного договора они получат гарантию для своих групп. Или они не подозревали, что на запад в их страну прокладывались две железные дороги, или оказались не в состоянии осознать значение этих новостей. Они привели свои лагеря вниз в страну р.Репабликан и возобновили свою старую жизнь, охотясь на бизонов и воюя с Пауни. К северу от Платт Красное Облако и его союзники вели войну, подобную войне Шайенов по пути Платт летом 1864 года - то есть войну, состоявшую из маленьких набегов, означавших получение нескольких скальпов и грабеж. Армия имела приказ не вмешиваться, и индейцы добились множества мелких побед практически без потерь. Набеги практически ограничивались новым путем в Монтану и ничего не было предпринято вдоль по р.Платт, где могли быть нанесены действительно эффективные удары. Сиу любили такую войну, и к середине лета Пятнистый Хвост и Быстрый Медведь послали военному командованию на Платт сообщение, что их молодые воины ускользают из лагеря, чтобы присоединиться к Красному Облаку. Вожди Брюле беспокоились. Их предположения, что армия атакует враждебных индейцев на р.Паудер теперь казались ошибочными. Они не могли понять политику правительства, но видели, что в собственных лагерях возгорается дух воинственности. Если бы это продлилось дальше, стоящая за мир группа распалась бы и все силы сконцентрировались в руках Красного Облака и других воинственных вождей Сиу.

Здесь можно упомянуть о рассказе Чарльза Истмана, где в двух-трех местах он повторяет историю о великом совете на р.Паудер в декабре 1866 года, который решал вопрос о нападении на форт Фил Керни. Истман описывает, как встал Пятнистый Хвост и говорил о мире, а все остальные вожди сидели в молчаливом неодобрении; затем встал Красное Облако и произнес речь, кончавшуюся словами: «Я - за войну!» Эта история никогда не подвергалась сомнению и была приведена для доказательства того, что Пятнистый Хвост - трус, и даже предатель, вставший на сторону белых.

Истман очевидно получил эту историю в Пайн-Ридж от Сиу Красного Облака, после 1890 года. Вероятно, это был рассказ Оглала, выдуманный, чтобы принизить роль Пятнистого Хвоста. Критически изучая ее, мы обнаружили, что в действительности всю эту зиму Пятнистый Хвост скорее всего пребывал в своем лагере далеко к югу от Платт. Зачем ему было предпринимать длинное и тяжелое путешествие на север к р.Паудер, чтобы держать мирную речь перед Сиу, которые, как он знал, были за войну? Нет никаких свидетельств, указывающих на то, что он поступил именно так. Нет и свидетельств того, что на р.Паудер в декабре произошел подобный совет, а из докладов Каррингтона мы знаем, что Сиу выработали свой план еще в августе 1866 года. И Шайены, и Кроу дали в августе информацию, что Сиу планируют две атаки: одну они называли «Сосновые Леса» (на форт Фил Керни), другую они называли «Бигхорн» (на форт Л.Ф.Смит на р.Бигхорн). Кроме того, полученная вскоре после событий с фортом Фил Керни информация указывает, что в декабре не было большого совета и, что все это начал вождь Миннеконжу Белый Лебедь, который принял решение в своем собственном лагере и выступил со своими воинами к форту Фил Керни. Остальные воины из других лагерей присоединились к нему по пути. Вероятно именно таковым было подлинное начало резни у Фил Керни, когда Сиу и Шайены заманили в ловушку и убили около сотни солдат. Это явилось большим успехом индейской войны в стране рек Паудер и Бигхорн, но совета не было, и Пятнистый Хвост не ходил к Паудер, чтобы произнести миролюбивую речь. Пятнистый Хвост провел всю зиму в своем лагере на Репабликан, охотясь на бизонов. Он и Быстрый Медведь обещали весной привести свои лагеря вверх к развилкам Платт для встречи с новым агентом М.Т.Патриком. Они исполнили обещание и Патрик сообщил им, что еще одна мирная комиссия находится на пути вверх по Платт. Тревожась за установление мира с Сиу, чиновники, отвечающие за индейскую мирную политику, посылали для совета с вождями одну комиссию за другой. Вожди Брюле согласились ждать прибытия комиссии. Тем временем они держали свои лагеря около развилок Платт, совершая дружественные визиты к форту Макферсон (бывший Кэмп Коттонвуд) и наблюдая за удивительными действиями белых в долине р.Платт. Строилась железная дорога Юнион Пасифик, и долина была заполнена артелями рабочих и большими гружеными фургонами, перевозящими припасы. Большое количество крупных американских лошадей и мулов были соблазном для молодых воинов, и несмотря на строгие приказы вождей, маленькие военные отряды ускользали и совершали набеги на лагеря железнодорожных артелей. В одном из таких набегов скауты Пауни убили брата Пятнистого Хвоста. Сиу атаковали железнодорожный лагерь от холмов, распевая военные песни и дуя в свистки из костей орла; затем, к их удивлению, появились Пауни, о чьем присутствии они не подозревали, и атаковали их самих. В этом бою лошадь брата Пятнистого Хвоста была убита. Он убегал пешим, когда сержант скаутов Пауни Летучая Мышь, прострелил его стрелой. Храбрый Брюле вытащил стрелу, наложил ее на тетиву своего лука и ранил ею Летучую Мышь. После этого он пробежал несколько шагов и упал замертво.

Когда прибыла мирная комиссия, вожди встретили ее на северном берегу р.Платт около форта Макферсон. После дружественной беседы комиссия приказала распределить среди Брюле продовольствие, одежду и лагерное снаряжение на сумму 4.000 долларов. Затем комиссия продолжила путь к форту Ларами. Пятнистый Хвост, как верховный вождь, теперь встречался с очень важными чиновниками - членами мирной комиссии и генералами армии. Несколько раз он ходил к форту Макферсон. Теперь он находился в дружеских отношениях с генерал-майором С.С.Оге, возглавлявшим Отдел реки Платт, и с генерал-лейтенантом В.Т.Шерманом, возглавлявшим военный отдел Миссисипи, имевшего штаб-квартиру в Сент-Луисе. Он знал генерал-майора Алфреда Терри и возобновил знакомство со своим старым врагом генералом Харни, который снова пребывал среди Сиу, но уже не как завоеватель, а как член мирного процесса. Все эти высокие офицеры любили Пятнистого Хвоста. Он обладал чувством собственного достоинства, но был приветлив, и его дружелюбие не имело ничего общего с раболепием. Он не был оратором, но эффектно говорил на совете, был здравомыслящим и остроумным человеком. Он знал пути американцев много лучше, чем большинство других вождей, и потому не делал ошибок, часто совершаемых остальными. Когда комендант форта Макферсон сказал другим вождям, что не имеет власти для предоставления просимого, они посчитали это ложью. Когда он телеграфировал в Сент-Луис, чтобы передать их запросы генералу Шерману, и получил ответ через час, вожди снова решили, что это ложь. Как может какой-либо человек послать новость на расстояние тридцати дней пути и получить ответ через час? Но Пятнистый Хвост понимал все это и удовлетворился объяснением полковника Каррингтона. В это время весной 1866 года Пятнистый Хвост и Быстрый Медведь были взяты в короткую поездку на поезде Юнион Пасифик. Они промчались у своего лагеря с ужасающей скоростью тридцать миль в час, а все индейцы следили за ними с немым изумлением.

Весной 1867г. возникли беспокойства относительно намерений диких Шайенов, деливших с Сиу охотничьи земли на рукавах р.Канзас. В апреле Шайены и часть Южных Оглала стояли лагерем на Пауни-Форк и генерал-майору В.С.Хенкоку поручили узнать их замыслы. Хенкок мог получить эту информацую от разведчиков, но он был генералом Гражданской Войны и взялся за выполнение своей задачи со свойственным Гражданской Войне величественным размахом, организовав колонну, состоявшую из кавалерии, артилерии и пехоты. Затем он с воинственным видом прошел вверх по Пауни-Форк к индейскому лагерю. Последний раз войска подходили к лагерю Шайенов в ноябре 1864 года, когда Колорадские кавалеристы полковника Чивингтона устроили резню людей Черного Котла, убив больше женщин и детей, чем воинов. Услышав, что приближаются солдаты, женщины и многие из мужчин бросились в паническое бегство. Они оставили свои жилища, стоящими со всем содержимым, и ночью бежали в свои охотничьи земли. Генерал Хенкок воспринял их бегство, как доказательство враждебности и отправил 7-ой кавполк Кастера преследовать их. По пути на север Шайены атаковали линию дилижансов Смоки Хилл, убив людей и угнав лошадей и мулов.

Высоко на р.Платт около форта Макферсон индейский агент Патрик и полковник Г.Б.Каррингтон убедили Пятнистого Хвоста и Быстрого Медведя остаться в лагере у острова Бреди, ниже развилок, и избегать неприятностей. Индейцы должны были находиться на правительственном довольствии, так как около острова не было дичи для охоты. Едва этот порядок был установлен, как на Платт появились бежавшие от Хенкока и Кастера Оглалы, и навестили полковника Каррингтона. Вожди были сбиты с толку. Придя к Каррингтону, они озабоченно спросили, что же им следует делать. Он предложил им оставаться к северу от Платт, присоединившись к Пятнистому Хвосту, и жить на правительственном довольствии, пока не закончатся неприятности. Вожди вернулись к своим лагерям на (или около) Репабликан и подготовились откочевать на север, но затем на Платт появился Кастер со своим подразделением, и Сиу стали очень подозрительными.

К этому времени ни военные офицеры, ни вожди, не могли понять, что происходит - мир или война - и все не доверяли друг другу. Пятнистый Хвост и Быстрый Медведь пребывали в серьезном затруднении. Они подписали мирный договор и были уверены, что могут без риска охотиться на своих землях к югу от Платт, а сейчас они были отделены от своих охотничьих земель, так как там продолжалась война с Шайенами. Красное Облако, вероятно, находился в лучшем положении. Войска не были посланы, чтобы согнать его с собственной земли. Он мог мирно охотиться, проводить Танец Солнца, а затем на время снова развязать войну и предпринять атаки на белых солдат. Они не ответят. Кастер мог нанести сильный удар, но он находился к югу от р.Платт, беспокоя Сиу, которые подписали договор.

20 июля 1867 года Конгресс выпустил акт о новой и большей комиссии, чьей целью должно было стать принуждение индейцев покинуть их охотничьи земли и поселиться в резервации и, таким образом, обеспечение строительства новой железной дороги без помех и безопасность канзасских и небрасских поселенцев. Если индейцы откажутся подписать договор и уйти в резервацию, президент был уполномочен набрать войска, загнать их в резервацию и держать там. Этот новый акт был вызовом идеалистам и гуманистам, которые изобрели новую политику и громко объявили, что все индейцы хотят мира и хорошее обращение с ними является надежной гарантией от войн с индейцами. Этим защитникам мира был дан еще один шанс заключить настоящий мир с племенами, но если у них ничего не выйдет, предпримутся жесткие меры. Изменения в индейской политике задевало жизненные интересы Сиу, но или они вновь не были информированы о переменах, или не могли их понять. Индейцы держались за данное им обещание, что они могут вернуться в свои охотничьи земли к югу от Платт, как только кончатся осложнения с Шайенами.

О Пятнистом Хвосте, хотя он к этому не стремился, с 1867 года было напечатано больше, чем о каком-либо белом, жившем в Небраске. Специальным корреспондентом в Небраске от «Нью-Йорк Геральд» был Генри М.Стенли (в более поздние годы он стал великим исследователем Африки). Он и другие корреспонденты посылали почти ежедневные телеграммы. Эти доклады показывали, что Пятнистый Хвост с трудом удерживал свой народ к северу от Платт, выполняя данное обещание. 10 августа в «Геральд» сообщалось, что его лагерь разошелся и, что Два Удара со своей общиной перешел к югу от Платт и находится на пути к враждебным индейцам. 30 августа Пятнистый Хвост провел совет с индейским суперинтендантом Г.Б.Денменом и согласился послать отряд воинов к враждебным индейцам, находящимся в лагере в верховьях Репабликан, чтобы пригласить их на совет с мирной комиссией у форта Ларами. Вождь отобрал десять своих лучших людей, и Денмен выдал каждому новую винтовку, лошадь, седло, сбрую, синие индейские леггины, синюю кавалеристскую куртку, кавалеристскую шляпу, черный шелковый галстук и новое одеяло. Каждый из них получил 10 ярдов алого индейского сукна и 10 квадратов пресованного табака, завернутого в ярд алой материи. Каждый воин имел военный пропуск, утверждающий, что он дружественный индеец, выполняющий мирную миссию.

Пятнистый Хвост сказал Денмену, что не может удержать своих индейцев. Они решили идти на охоту, поэтому Денмен разрешил дать вождям пропуска и белый флаг со словами «Дружественная община Пятнистого Хвоста», чтобы нести его на марше и водрузить над типи в лагере. Он выдал Сиу 12-дневный паек, и они ушли на юг. 4 сентября к Норт-Платт с р.Паудер пришел Железная Раковина со 180 индейцами из своей общины Сирот, возможно за оружием и боеприпасами. 9 сентября в «Нью-Йорк Геральд» из Омахи была послана телеграмма, утверждающая, что Пятнистый Хвост выкупил трех белых женщин и трех детей, которые были захвачены в плен Шайенами. Он привел шестерых пленников к форту Ларами и 19 сентября передал их мирной комиссии.

Когда в сентябре новая комиссия добралась до Омахи, пришли новости, что Красное Облако и другие вожди на р.Паудер отказались прибыть к Ларами для встречи с ними. Комиссия провела несколько дней в тщетных спорах о том, что теперь предпринять. Они уже официально созвали всех индейцев на встречу у форта Ларами, но Красное Облако и его друзья разрушили план великого мирного совета. В конце концов комиссия отправилась по Юнион Пасифик к Норт-Платт, чтобы еще раз пройти через одно бесполезное заключение мира только с дружественными индейцами. Но Сиу, которых они встретили у Норт-Платт, в тот момент были не очень дружелюбны. Когда совет открылся, вожди разразились сердитыми обвинениями и осудили белых. Совет походил больше на бунт, чем на мирную встречу. Большой Рот обвинил белых в поджоге степи, то есть развязывании войны; и все вожди требовали ружья и боеприпасы для охоты. Военные члены комиссии считали, что оружие индейцам необходимо для войны с белыми и долго отказывались снабдить им Сиу, но в конце-концов гуманисты из комиссии указали им в приказе отпустить оружие «ради мира».

Это были критические времена, и ни вожди, ни члены мирной комиссии не могли предполагать, что последует далее. Авторы, критикующие Пятнистого Хвоста и некоторых других вождей, проявляют мало здравого смысла. Каждый возникавший вопрос обсуждался на совете, а затем вожди инструктировались относительно действий, которые они должны предпринять. Вожди могли советовать, но они не могли действовать без разрешения совета. Большинство вождей были сбиты с толку запутанной ситуацией; и поскольку они вероятнее всего не понимали, что создавался план высылки их народа в резервацию в Дакоте, их главной целью было добиться права вернуться на свои охотничьи земли к югу от р.Платт. Этого у них не получилось.

На этом совете на Норт-Платт комиссия подняла вопрос о принятии Сиу резервации в Дакоте. Комиссия планировала приехать к форту Ларами в ноябре, надеясь, что Красное Облако и другие враждебные вожди в конце концов согласятся присутствовать на совете у форта и вождям у Норт-Платт было предоставлено до ноября обдумать мирные условия комиссии. Но Красное Облако и его друзья не смогли придти к Ларами, и совета в ноябре не было.

Все это лето и осень 1867 года Сиу, пришедшие из охотничьих земель к югу от Платт, стояли лагерем около нового поселения на Норт-Платт, получая пайки. Это была первая проба правительства заботиться о них (и контролировать), и две-три тысячи индейцев в лагере выражали недовольство и часто грозились уйти. Пятнистый Хвост и Быстрый Медведь с трудом удерживали своих людей от ссоры с официальными кругами и возвращения к Репабликан для охоты на бизонов. Лагеря находились один около другого выше поселения, в открытой степи, где было так ветрено, что индейцам приходилось копать рвы и насыпать кучи земли на края покрышек типи, чтобы ветер не сдул их жилища. Капитан скаутов Пауни Л.Г.Норт в более поздние годы говорил, что каждый круг от типи Сиу можно было ясно видеть через несколько месяцев после ухода индейцев.

Враждебные индейцы на севере в 1867 году теряли силы. Семьи и целые лагеря шли на юг, чтобы соединиться с Пятнистым Хвостом и другими дружественными вождями. Все Брюле, исключая Сирот, теперь находились с Пятнистым Хвостом, и большое количество Оглала также пришло вниз к Платт. В этом году в лагере Красного Облака было только 45 палаток, а в лагере Человека-Боящегося-Своих-Лошадей, старого верховного вождя Оглала, было только 35 типи. В лагере Красной Собаки из Оглала было 100 палаток. Красное Облако и другие северные вожди начали понимать то, что Пятнистый Хвост понял еще в 1855 году - Сиу не могли остаться едины и вести затяжную войну. Хотя армия и имела приказ не атаковать Сиу в стране рек Паудер и Бигхорн, индейцы не смогли выполнить очевидной цели своей войны - выгнать белых со своих охотничьих земель. В 1865 году эти северные Сиу хотели войны, но единственный маленький успех у Платт-Бридж удовлетворил их. Они перестали воевать до следующего года, и к 1866 году половина лагерей устала от войны и избегала ее. В 1867 году почти все северные Сиу хотели главным образом одного - торговать с белыми, особенно на ружья и боеприпасы.

Дружественные Сиу оставались у Норт-Платт до окончания совета с мирной комиссией. Они получили ружья, боеприпасы, одеяла и т.п., и в конце сентября вернулись на свои охотничьи земли на Репабликан, где помешали Пауни запастись на зиму мясом и шкурами. Все было как в старое время, когда белые чиновники не вмешивались в дела Сиу, живших по своему усмотрению, охотившихся на бизонов и истребляющих ненавистных Пауни. Закончив свою осеннюю деятельность, Сиу в стране Репабликан осели в зимних лагерях.

В ноябре мирная комиссия совершила длинное путешествие к форту Ларами, чтобы встретиться с Красным Облаком и другими враждебными вождями, но их снова постигло разочарование. У форта не оказалось ни одного вождя северных Сиу. Нового выговора оказалось достаточно для генералов Харни и Сенворна, и они предложили послать колонны войск к р.Паудер, чтобы разгромить этих наглых индейцев. Тогда генерал Шерман спросил генерала Аугера, возглавляющего Отделение реки Платт, как много войск требуется для войны с Сиу, и Аугер, рассмотрев данный вопрос, ответил, что необходимо около 20.000 солдат, половину из которых должны составлять кавалеристы. Генералу Терри, командующему в Дакоте, был задан тот же вопрос, и он ответил, что ему необходимо такое же количество солдат. Шерман обдумал этот вопрос и заявил членам мирной комиссии, что почти все войска необходимы правительству в Южных Штатах и предоставить нужные для войны с Сиу войска невозможно. Так северные Сиу и Красное Облако победили снова. Они могли бросать вызов правительству - ответа не будет6.

Красное Облако выиграл свою войну, потому что правительство США отказалось воевать с ним. В марте 1868 года был совершен последний постыдный акт. Для умиротворения Красного Облака и других враждебных индейцев, президент распорядился покинуть военные посты в стране рек Паудер и Бигхорн. Но северные Сиу отказались подписывать какой-либо договор до вывода войск из их страны. Тогда мирная комиссия встретилась в Сент-Луисе и написала новый договор, дававший враждебным Сиу все, что они требовали, или так предполагалось.

Сиу, жившие к югу от Платт ничего не знали о новых мирных планах правительства. Весной 1868 года лагеря пришли к развилкам Платт и тотчас была возобновлена летняя деятельность по проведению мирных советов. Вожди встречались со всей мирной комиссией и были щедро одарены различными товарами, включая ружья и боеприпасы. За все это от них требовалось лишь обещание прибыть на совет к форту Ларами, где должны были присутствовать вожди северных Сиу. Но когда мирная комиссия добралась до форта Ларами, выяснилось, что ни Красное Облако, ни из другие вождей северных Сиу не обратили внимания на настоятельное послание прибыть для великого совета. Они даже не соизволили ответить на правительственные послания. Пришли только Железная Раковина со своими Брюле Сиротами и Красный Лист со своей группой. 29 апреля Брюле подписали мир, причем Железная Раковина был допущен к подписанию первым. Как исправившийся враждебный индеец, он ценился мирной комиссией выше, чем дружественный верховный вождь Пятнистый Хвост.

Мирная комиссия не могла провести у форта Ларами всю весну и лето в ожидании Красного Облака. Они оставили там агентов с копией договора и уехали. Обещаниями агентов удалось, один за другим, уговорить лагеря северных Сиу подписать мирный договор. Им раздали подарки, включая ружья и боеприпасы. Некоторые реалисты (возможно, старый генерал Харни) предложили этот оригинальный метод заключения мира. Это был неприкрытый подкуп, основанный на старом убеждении, что индейцы - дети, которых можно уговорить согласиться на все, если дать им достаточно подарков.

Подписав договор у форта Ларами, дружественные Сиу вернулись к р.Репабликан для охоты на бизонов. Ни один из вождей, вероятно, не имел представления о том факте, что подписаный ими договор включает условие о перемещении их народа в новую резервацию в Дакоте. Ларамийские Бездельники, самые дружественные из всех Сиу, первыми поняли, что в действительности означает новый договор. Не успели вожди Бездельников подписать документ, как офицеры форта в грубой форме сообщили им, что их больше не хотят здесь видеть, и они тотчас же должны уйти в свою новую резервацию на Миссури в Дакоте. Возможно, тогда Бездельники впервые услышали про резервацию. Ошеломленные, они не ушли. Форт был их домом в течение последних 25 лет и в общине было несколько детей-метисов, демонстрировавших дружбу с белыми. Но уйти они были должны. Правительственные агенты все спланировали тщательно. Они наняли некоторое количество индейских торговцев и белых людей, связанных с общиной Бездельников брачными узами, для оказания давления на индейцев, и вскоре, ведомые этими людьми и энергично подталкиваемые сзади военными - несчастные Сиу попрощались со своим старым домом и начали длинное и печальное путешествие. Многие из семей жили у форта так долго, что потеряли старую привычку Сиу к путешествиям. У них не было лошадей и лагерного снаряжения, и военным пришлось погрузить их в фургоны для транспортировки. 30 июля они достигли Норт-Платт. Здесь к ним присоединилась другая группа ручных Сиу, и они снова двинулись в путь, сопровождаемые фургонным обозом.

В конце их долгого путешествия на неудачливых Бездельников свалилась оспа и уничтожила большое количество людей. В этой эпидемии Быстрый Медведь потерял большинство своих индейских родственников.

Военные, обремененные задачей как можно быстрее избавиться от дружественных Сиу, теперь приступили к выполнению более трудной задачи - принуждению более диких лагерей с р.Репабликан идти в новую резервацию. Знаменитость фронтира Джон Я.Нелсон рассказывает нам как военные взялись за дело. Он утверждает, что он и другие, женатые на индеанках, белые люди, державшиеся форта Макферсон около развилок Платт, внезапно получили приказ идти к лагерям Сиу на Репабликан и убедить индейцев откочевать к Миссури. Этим людям было сказано, что если они не выполнят приказа, их бросят на гауптвахту и будут плохо обращаться. Нельсон не приводит даты, но это было летом 1868г. Он и его друзья без всякого желания пошли к Репабликан, где обнаружили лагерь из 2000 Сиу - возможно, это был лагерь Пятнистого Хвоста и Быстрого Медведя.

Что точно случилось после, мы не знаем, но вероятно вожди собрали совет для обсуждения этого удивительного приказа оставить охотничьи земли и двинуться в резервацию, о которой они до этого момента ничего не слышали. Понимая, что находятся в ловушке и окружены расположенными в новых постах войсками, вожди решили, что им ничего не остается, как подчиниться приказу. Теперь они были зажаты между двумя новыми железными дорогами и белыми поселениями вокруг них. Северные Сиу Красного Облака оказались в более удобной позиции - далеко от железных дорог и поселений, и не под ударом военных. Южные Брюле и Оглала находились в ловушке, и вожди знали это.

Возможно, вожди Брюле думали, что можно провести совет с официальными лицами у Норт-Платт и получить приказ, отменяющий уход к Миссури, но с весны и раннего лета времена изменились. (Тогда индейский лагерь не мог придти к Норт-Платт или форту Макферсон без того, чтобы не встретиться с мирной комиссией или другой группой дружественных чиновников, готовых выдать щедрые подарки, пайки, одеяла, ружья и боеприпасы). Индейское агенство у Норт-Платт было закрыто. Доступных пайков и боеприпасов не было, а военные из форта Макферсон больше не относились к ним дружествено. Они могли сказать вождям только одно: идите к Миссури, или туда вас прогонят солдаты.

Пятнистый Хвост, Быстрый Медведь и другие вожди Брюле находились в страшном положении. Они убедили своих последователей жить в мире и дружбе с американцами, и вот результат. Они подписали договор в апреле, не подозревая, что сделав это, потеряют свои охотничьи права. Договор защищал эти права и ничего (как утверждали позднее вожди), даже в виде намека, не было сказано о перемещении к Миссури. Воинственно настроенные люди из лагеря Брюле были в ярости, и, вероятно, вождям пришлось потратить много времени, чтобы удержать их - возможно мобилизовав силы племенных солдат, охранявших лагерь. Вожди переправили лагеря на северную сторону Платт и начали движение к Найобрэре и р.Уайт. Брюле отступали. Они отвоевали земли к югу от Платт у Пауни, а теперь по приказу белых уходили, возвращаясь обратно в старый индейский рай (больше не рай, а земли, лишенные дичи и леса) на р.Уайт, где большиство из них родилось, и обратно к Миссури, которую их племя перешло век назад в своем смелом наступлении на запад в неизвестную страну. Ясно, что простые воины не могли понять всего этого. Они не потерпели поражения от белых в открытой войне - их подавила толпа белых, пришедших в их страну, открывших пути, построивших железные дороги и города, и давящих на них все сильнее. Вожди сказали, что лучше уйти к ненавистной Миссури, чем вести безнадежную войну. Брюле приняли решение вождей, но Платт они перешли в мрачном и злобном настроении, и некоторые из более молодых воинов ускользали из лагерей и предпринимали набеги вдоль р.Платт, чтобы показать белым, что они не разбиты и не запуганы.


ПРИМЕЧАНИЯ:

1 Одно из наиболее скандальных и ложных заявлений Чарльза А.Истмана относительно Пятнистого Хвоста, изображает этого вождя предавшим Два Лица военным в форте Ларами, где он был повешен. Пятнистого Хвоста там не было, а Два Лица был доставлен в форт индейскими солдатами Большого Рта. Истман описывает Пятнистого Хвоста, как главного вождя весной 1865г, делая другое поразительно ложное утверждение. Как показывают доклады, Пятнистый Хвост еще находился в подчинении у вождя Маленького Грома, и возможно, еще был носителем рубахи, но вовсе не вождем. Истман получил свою информацию у Сиу в Пайн-Ридже около 1890г. Он говорит, что Два Лица был повешен в середине зимы. Это еще одна изумляющая ошибка.

2 Ссылаясь на Сиу Пайн-Риджа, индейскими пленниками в фургонах были Громовой Медведь, сын вождя Два Лица, Черный Военный Головной Убор, Ситец (также называемый Черный Щит) и Брюле по имени Песок. Позднее Громовой Медведь и Ситец стали судьями индейского суда в Пайн-Ридж.

3 Официальные доклады утверждают, что у Сиу произошла схватка между собой, и погибли четыре вождя. Но Сиу отрицают это, и все вожди, якобы убитые в лагере, были живы на следующий год. Если бы кто из вождей был убит, то его могли убить за сопротивление атаке на войска, то есть это могли быть Маленький Гром, Большой Рот и Быстрый Медведь, но все они вышли из дела невредимыми.

4 Сообщения о прибытии Пятнистого Хвоста в форт и о похоронах его дочери взяты из доклада полковника Мэйнедье за 9 марта 1866 год. Когда Пятнистому Хвосту предоставили агенство в верховьях р.Уайт (1871г.), он приходил к форт Ларами, чтобы перевезти останки своей дочери к агенству. В тот момент события помешали ему это сделать, но летом 1876г. он снова прибыл к форту Ларами, забрал останки и перезахоронил их с большой торжественностью. Кингсбери в своей «Истории территории Дакота» упоминает дочь Пятнистого Хвоста и цитирует длинное описание ее наружности, взятое очевидно из старых докладов, которые мне неизвестны.

5 Значение названия Кольцевой общины неизвестно, и Сиу в более поздние годы ничего не знали об этом названии. Когда Пятнистый Хвост приходил к форту Ларами в марте 1866г. в его лагере была только часть старой Кольцевой Общины. Другие семьи старой группы присоединились к нему впоследствии.

6 Военное командование на Равнинах вероятно преувеличило количество войск, необходимых для войны с Сиу и их союзниками в ноябре 1867г. Кастер с небольшими силами в одной зимней компании, продолжавшейся короткое время одолел Шайенов и Арапахо, а генерал Аугер с маленькими силами кавалерии и скаутов Пауни обратил в 1868-1869г.г. всех Сиу и Шайеннов в паническое бегство с их земель между Платт и Арканзас. На р.Паудер по-настоящему враждебными были только Красное Облако и Сидящий Бык.

В 1867г. в лагере Красного Облака было меньше 50 палаток, возможно около 100 воинов, и Сидящий Бык, вероятно, имел такие же силы. Северные Шайены были враждебны, но у них было не более нескольких сотен воинов. Остальные индейцы устали от войны и жаждали торговать. Все индейцы высоко на севере нуждались в оружии и снаряжении. Все, что нужно было сделать для установления мира - это провести ударную зимнюю кампанию, разбив Красное Облако и Сидящего Быка в их собственных лагерях в сезон, когда они не ждали нападения.

 

«« назад

наверх

дальше »»