МЕСОАМЕРИКА глазами русских первопроходцев

 

 

 

 

 

 


 


 


 

Loading

 

 

 

 

Великие Равнины > Переводы и статьи по истории и этнографии >

Народ Пятнистого Хвоста: история Брюле Сиу.

ГЛАВА III. ЖЕРТВА

Сиу 1854 года были великолепной храброй расой охотников и воинов, но о белых они знали очень мало. Они обсуждали военный поход на белых в течении двадцати лет, но теперь, в августе 1854г., когда убийство Граттана и его солдат действительно привело к войне, они, вероятно, не представляли, что же делать дальше. В этот момент их лагеря находились на Орегонской Тропе и они оказались в позиции, дававшие возможность нанести тяжелые удары, атаковав караваны переселенцев. Но они боялись, что белые атакуют их лагеря и убьют женщин и детей. Переместившись на более безопасные земли к северу от р.Норт-Платт, их вожди не могли придумать никаких дальнейших действий кроме ухода на обычную осеннюю охоту на бизонов. Таков был их обычай ведения войны с индейскими врагами. Охота была главным - они должны были охотиться или умирать с голоду - и в охотничий сезон они откладывали войну, чтобы вернуться к ней, когда охота не будет отнимать большую часть времени.

Чтобы охотиться эффективнее, они должны были разделяться на более маленькие группы. Так, после резни Граттана лагерь Важажа один ушел на северо-восток. На Найобрэре, около устья р.Слейк, они похоронили умершего вождя Храброго Медведя на помосте. В ноябре лагеря вновь собрались около верховий Найобрэры, чтобы провести совет, на котором решили возобновить войну с американцами. Они планировали ее так, как планировали бы набег на Пауни или Кроу. Если бы это было в июне и сразу после Танца Солнца, они бы послали военный отряд из 300 или 500 воинов, но был ноябрь, необычный для больших экспедиций сезон, и, кроме того, их мнения относительно целесообразности атаки на белых разделились. Но вождь Храбрый Медведь должен был быть отомщен, и самый старший из его выживших братьев, Красный Лист, действовал. Он пригласил своего сводного брата Длинного Подбородка и своего кузена Пятнистого Хвоста присоединиться. Эти три родственника и двое юношей (описываемых братьями Красного Листа) спустились к Орегонской Тропе с целью отомстить за Храброго Медведя.

13 ноября, недалеко от места договорного совета 1851г. на Лошадином Ручье (Хорс-Крик), они атаковали почтовый фургон, едущий к Соленому Озеру, ограбили почту и убили трех белых. В металлической коробке они обнаружили 20000 долларов золотом. Неизвестно, что воины сделали с этими деньгами, но после нападения они поднялись по пути к торговому дому Джеймса Бордо. Это утверждение современных Сиу - Бордо об этом визите не сообщал.

29 ноября полковник Уильям Хоффмен, командующий фортом Ларами, доложил, что 1000 палаток сиу собралось в верховьях Найобрэры - Важажа, Брюле, Миннеконжу и Оглалы - и что они планировали продолжать войну с белыми всю зиму. Подобный рапорт пришел от индейского агента Вогана из форта Пир на Миссури. Но это был не тот сезон, чтобы индейцы вышли на войну, и Сиу ничего не предприняли до весны 1855 года. Затем они действовали точно так, как если бы они воевали с вражескими племенами. Кроме того, они, очевидно, не имели плана и среди них не было единства. Каждый лагерь действовал в своих собственных интересах. В войне с американцами, вероятно, были заинтересованы только две группы - Важажа и часть Миннеконжу. Предпринятые атаки были, главным образом, налетами за лошадьми. В апреле, высоко по р.Норт-Платт, около Скалы Независимости был ограблен склад торговца, а Джон Ричардс, торговец с Сиу у Платт-Бридж к западу от форта Ларами, потерял в результате набега 25 животных. Эти атаки, очевидно, были работой Миннеконжу. Набег на склад Варда и Гуеррера, около форта Ларами мог быть предпринят индейцами Важажа. К началу лета путь по р.Платт был заполнен фургонами переселенцев, но сообщения пришли лишь о нескольких небольших передрягах, связанных с маленькими отрядами Сиу. Атак не было и к этому времени многие из вождей Сиу говорили о мире с белыми.

Бордо и некоторые лругие торговцы предупреждали вождей, что в ответ на убийство Граттана и его солдат, а также людей из почтового фургона к западу от Лошадиного Ручья, правительство собирается предпринять жестокие меры. Большинство Сиу не прореагировало на эти предупреждения. Они занимались своими обычными делами, так как если бы война с США была мелкой заварушкой. Важажа, Сироты и Зерновая Община охотились на бизонов к северу от р.Платт, а лагерь Маленького Грома (Южные Брюле) охотился на Репабликан и Соломон. В июне-июле последние откочевали на север к развилкам р.Платт, где у них, вероятно, проводился Танец Солнца. Затем Сиу, следуя своему обычному распорядку, собрали военный отряд примерно из 300 воинов и отправились искать Пауни и Омаха. В этом походе Пятнистый Хвост был вождем, а другими выдающимися вождями были Два Удара, Железная Раковина и Белый Гром - все Брюле. На р.Луп, к северу от р.Платт, военный отряд разделился и часть воинов в поисках Пауни спустилась к Платт, но обнаружла деревни Пауни покинутыми. Это племя ушло охотиться. Вторая часть экспедиции двинулась на восток на поиск Омахов, которые охотились на бизонов. В бою с Омаха Брюле убили Логана Фонтенелля, метиса-француза, вождя племени. В конце июля воины Сиу вернулись в лагерь Маленького Грома. Показать они могли только несколько украденных лошадей и скальп Логана Фонтенелля.

Военный Департамент начал готовиться для экспедиции против Сиу еще предыдущей зимой. Бригадный генерал У.С.Харни, находившийся в Париже, был вызван домой, чтобы возглавить войска. В то время, как Сиу теряли время, пытаясь найти и атаковать Пауни и Омаха, Харни собрал свои силы в форте Ливенворт в восточном Канзасе. Тем временем для индейцев верховий Платт был назначен новый агент - Томас С.Твисс, бывший офицер регулярной армии, который, вероятно, выдвигался на эту должность с расчетом, что будет коопирироваться с армией, дабы держать Сиу в ежовых руковицах.

Добравшись до форта Ларами (10 августа), Твисс тотчас переговорил с Бордо и другими торговцами и приказал им послать гонцов в лагеря Сиу. Посланники должны были сообщить вождям, что р.Платт - черта, за которую нельзя переходить. Дружественные лагеря должны были сразу же откочевать к югу от реки и придти к форту Ларами, где он защитит их. Лагеря, которые не смогут придти, будут иметь дело с войсками. Люди, руководившие резней Граттана и набегами по Пути Платт были известны и им не следовало приходить с дружественными лагерями. Они были убийцами и с ними будут обращаться как с таковыми.

Как только эта весть достигла лагерей Сиу, стало очевидно, что подавляющее большинство племени переменило мнение относительно громкой болтовни о войне с белыми. С замечательной спешкой, принимая во внимание их обычную медлительность, Сиу перешли Платт и вошли в контакт с агентом Твиссом. Первыми пришли Оглалы, ведомые Человеком, Боящимся Своих Лошадей1. Следующим пришел Закалывающий (Stabber) с лагерем Важажа. Паркман видел этого вождя около форта Ларами в 1846г. Он только что вернулся с визита на р.Арканзас, где видел войска США на марше для вторжения в Нью-Мексику. Закалывающий был очень поражен количеством и снаряжением американских солдат. Теперь в 1855г. он был всецело за мир. Он сказал агенту Твиссу, что прогнал семью Храброго Медведя из лагеря Важажа. Это означало, что Закалывающий придерживался крайнего взгляда некоторых чиновников, что Храбрый Медведь стал причиной резни Граттана и был виновен в предательстве. Вероятно, что после дела Граттана Важажа поссорились: Красный Лист, самый старший из живых братьев Храброго Медведя, хотел отомстить белым, а Закалывающий и его последователи стояли за мир. Таким образом, лагерь разделился - Закалывающий привел свой лагерь к форту Ларами, а Красный Лист остался со своим к северу от р.Платт.

К 8 сентября Твисс собрал лагерь из 400 палаток Сиу, находившихся на р.Ларами в 35 милях выше форта. Здесь были друзья, чьим единственным желанием было предотвращение войны с американцами. Количество палаток говорит само за себя. Во время боя с Граттаном у Сиу около форта Ларами было: 300 палаток Оглала, 200 - Брюле, 80 - Важажа, и лагерь Миннеконжу приблизительно из 200 палаток. В дружественном лагере Твисса отсутствовали практически все Брюле, половина Важажа и все Миннеконжу. Пришла часть Зерновой Общины. Их вождь Быстрый Медведь был затем у Бордо и всегда прислушивался к советам торговца. Община Сирот находилась к северу от Платт, там же находился лагерь Маленького Грома (Южные Брюле). Сообщалось, что Красный Лист был с Пятнистым Хвостом, но где размещался этот лагерь Важажа, неизвестно.2

Маленький Гром из Южных Брюле находился в лагере на Голубой Воде, маленьком северном рукаве р.Платт, сразу выше развилки реки. В этом лагере была только часть Южных Брюле, остальные, возможно, охотились в стране Репабликан далеко к югу. Маленький Гром обычно считался дружественным белым, но в августе 1855г. его лагерь примерно из 40 жилищ на Голубой Воде определенно не был дружественным. В его лагере было три защитника войны с белыми - Пятнистый Хвост, Красный Лист и Железная Раковина.

Непонятно почему Маленький Гром держал свой лагерь на этом месте. Этот маленький лагерь на Голубой Воде находился всего в шести милях к северо-западу от Эш Холлоу, где Орегонская Тропа проходила вдоль по южному берегу р.Платт. Караваны переселенцев, проходящие по Тропе могли видеть дым лагеря Сиу, и сообщилось, что индейцы из него скрывались в засадах вдоль пути, досаждали, но, фактически, не нападали на белых. Бордо предупредил Маленького Грома, послав в лагерь индейца Брюле по имени Гусь с новостями, что войска двигаются вверх по р.Платт. Сообщения Сиу об этих событиях утверждают, что вожди провели совет и решили оставить лагерь на месте, так как индейцы поохотились на бизонов и мясо немогло за несколько дней просохнуть настолько, чтобы его можно было транспортировать. Рассказ Сиу добавляет, что Бордо послал второе, более настойчивое предупреждение, и что человек, принесший его, находился в лагере в день атаки войск. Несмотря на это индейцы не предприняли даже элементарной предосторожности, даже не выслали разведчиков, чтобы спасти лагерь от надвигающейся опасности.

20 августа генерал Харни достиг форта Керни в низовьях р.Платт, спустя десять дней после того, как агент Твисс прибыл в форт Ларами. Четыре дня генерал ожидал прибытия из Канзаса большого количества войск, а затем, с драгунами, пехотинцами и артилерией - всего около 600 человек - выступил в путь. Войска сопровождал обоз из фургонов с припасами. Его проводник Джо Тессон, торговец с Сиу, знал, где находился лагерь Маленького Грома. Ночью 2-3 сентября Харни провел свои войска через Норт-Платт. Он послал в ночной марш своих драгун, в результате которого они оказались на Голубой Воде выше лагеря Сиу. На рассвете 3-го сентября он послал свои войска вверх по реке, открыто приблизившись к индейскому лагерю. И только теперь глаза Сиу открылись.

Вожди выехали, чтобы применить старинную хитрость - начать переговоры и задержать врага до тех пор, пока женщины смогут снять лагерь и спокойно уйти. Но Харни не был новичком в войне с индейцами и не попался на хитрость. Когда Маленький Гром, Пятнистый Хвост и Железная Раковина выехали из лагеря, держа белый флаг, Харни был готов к переговорам, но его войска продолжали равномерно надвигаться, и встревоженные индейские вожди обнаружили, что их хитрость оборачивается против них самих. Они не остановили войска, а Харни держал их разговором, когда они должны были быть в лагере, организуя свой народ для сопротивления или бегства.

В лагере царил дикий беспорядок. Женщины только что начали снимать палатки и упаковываться для бегства, когда появились драгуны, быстро двигающиеся вниз по долине реки к верхнему концу лагеря. Сиу бросились бежать. Вожди прекратили переговоры с генералом и поскакали галопом к лагерю. Когда они ушли, за ними, стреляя на ходу, кинулись пехотинцы. Лагерь пребывал в панике. Не оставалось ничего, кроме бегства, и каждый был за себя. Воины пытались остановиться, но они были разделены на маленькие группы от двух до шести человек, и многие без лошадей. За Голубой Водой налево, находилась изрезанная местность с небольшими холмами и маленькими оврагами. Индейцы кинулись через долину к этому убежищу, где конным солдатам было бы трудно обнаружить их и преследовать.

Пятнистый Хвост или отдал свою лошадь одной из бегущих семей, или она была под ним убита. Он был пешим, когда поймал драгунскую лошадь без всадника и вскочил на нее. Рассказчики Сиу описывают его доблестно сражавшимся с драгунами и убившим нескольких из них. Он, вероятно, находился среди воинов, бегущих последними и во время отступления в него попали две пистолетные пули и он получил две сирьезные сабельные раны. Его семья затерялась во время панического бегства. Его жена (некоторые Сиу говорят, что две жены) и грудная дочь попали в плен к солдатам3. Другой знаменитый боец Сиу, Железная Раковина, бежал из лагеря и вероятно не был ранен, но две его жены попали в плен. Маленькому Грому тоже удалось улизнуть.

Современным людям, привыкшим к великим катастрофам, эта ситуация на Голубой Воде может показаться незначительным, но для Сиу 1855 года, она явилась ошеломляющим ударом. Никогда на памяти живших людей ни один из больших лагерей Сиу не был захвачен врагами, никогда они не несли в бою таких потерь, и никогда не видили столько своих женщин и детей, взятыми в плен. В лагере Маленького Грома было 250 индейцев, а Харни сообщил, что 86 из них было убито, и 70 женщин и детей пленено. Там же Брюле потеряли потеряли много лошадей, свой лагерь и все его содержимое. Для индейцев, считавших потерю в бою нескольких лошадей и трех-четырех воинов большим несчастьем, потери в лагере Маленького Грома были ошеломляющей катастрофой. Выжившие, рассеялись не имея ни крова, ни пищи. Пятнистый Хвост на вершине своей карьеры молодого военного вождя лежал тяжело раненый в грубом, сооруженном из сучьев, жилище, среди песчанных холмов Небраски. Его жена и ребенок оказались в руках солдат.

От Голубой Воды Харни прошел вверх по р.Норт-Платт к форту Ларами. Рассказ Сиу, повествующий, как женщины и дети были вынуждены идти с войсками: девушки были изнасилованы, а несколько младенцев брошены в реку жестокими солдатами - чистая игра воображения. Индейских пленных в фургонах отослали вниз по реке к форту Керни, где их приняли хорошо. В форте Ларами агент Твисс исполнял роль диктатора в контроле над Сиу. Он приказывал индейцам дружественных лагерей на Ларами делать то, делать это. Он готовился к ежегодной выдаче ренты дружественным индейцам, когда прибыл Харни и приказал ему этого не делать. Там же Харни запретил все деловые отношения индейского агента с Сиу. Затем генерал созвал вождей дружественных лагерей в форт на совет. Он говорил с ними очень грубо, приказав сдать командиру форта Ларами всех воинов, принимавших участие в атаке на почтовый фургон у Лошадиного Ручья. Генерал отказался говорить о мире до тех пор, как эти воины, которых он назвал убийцами, не будут выданы.

Тогда Харни провел свою маленькую армию на северный берег р.Норт-Платт и прошел через сердце страны Брюле. Он прошел через верховье Найобрэры, где предыдущим ноябрем стоял большой лагерь Сиу, воины которого обсуждали планы войны с белыми. Он прошел через зимние территории Важажа в верховье р.Уайт и отправился к р.Тетон или Бад, вниз по которой он проследовал к форту Пирр на Миссури. Во время своего марша он не видел ни одного индейца. Сиу называли его Шершень и предусмотрительно не подставлялись под его укус. Его побеспокоили только Хункпапы. Это племя Сиу еще не видело белых, кроме торговцев, и чувствовало себя достаточно доблестными и храбрыми. Харни хотел атаковать их, но время года было позднее, припасы кончались, и он отказался от мысли о дальнейших операциях этого года.

Сиу реки Платт пребывали в страшном смятении. Торговля была остановлена, большинство торговцев покинуло свои обычные точки и жило у военных постов. Торговли приостановилась до заключения мира и, очевидно, не будет и ежегодной товарной ренты. Сиу не могли жить без торговли, к тому же они боялись, что Харни вернется и атакует их лагеря.

Другим ударом было требование Харни выдать воинов. В обычные времена Сиу могли не обратить внимания на это требование. Они как громом были поражены приказом выдать их ведущих воинов, особенно, с после того, как торговцы сообщили, что этих воинов солдаты отрпавят в отдаленный канзасский форт и там повесят. Год-два назад Сиу могли не отреагировать на требование, но теперь вожди были очень обеспокоены. Шершень сказал им, что весной 1856 года он вернется со своими солдатами, и если воины не будут выданы, он продолжит обращатся с Сиу очень строго. Вожди провели совет, а затем попросили Пятнистого Хвоста и других воинов, чьей выдачи требовал Харни, ради блага племени сдаться ему.

Исполнение этой просьбы требовало от Пятнистого Хвоста и других настоящего мужества. Это было страшное дело, но вожди сказали, что для спасения народа оно должно свершиться, и Пятнистый Хвост вместе и другие воины согласились на жертву. В характере Сиу было медлить и они часто откладывали важные решения месяцами, но в этом случае они действовали с удивительной быстротой: с момента требования Харни и сдачей, названных им убийцами, людей, прошло немногим более двух недель.

18 октября войска и большая часть Сиу собрались у форта Ларами. Пятнистый Хвост и его товарищи появились верхом на великолепных лошадях, одетые в красивые одежды. Медленно приближаясь, эти люди пели свои песни смерти. Они спешились и конвоем из пехоты были препровождены в караульное помещение. Кроме Пятнистого Хвоста в группе находились два брата умершего вождя Храброго Медведя: Красный Лист (Вабаша) и Длинный Подбородок (Ику Ханска). Харни также требовал выдачи двух юношей, принявших вместе с воинами участие в атаке на почтовый фургон. 28 октября 1855г. агент Твисс доложил, что три названных выше воина сдались, но юношей нет: один из них был слишком болен, чтобы придти к форту, а второй находился в лагере Миннеконжу к северу от Черных Холмов на реке Литтл Миссури4. Два молодых воина, Стоящий Лось и Красное Перо, сдались вместо тех двух юношей и были посланы вниз по р.Платт к другим пленникам. Позднее Твисс доложил, что в конце октября лагерь Маленького Грома находился далеко на севере на Южной Развилке р.Шайен, и индейцы боялись возвращаться на собственные земли к югу от Платт.

Судя по сообщениям Сюзанны Бетелйон, дочери торговца Бордо, родившейся у форта Ларами в 1857 году, Пятнистый Хвост взял с собой в плен молодую жену, и другие пленники тоже взяли жен. Джон Нелсон утверждал, что в форте Ливенворт с Пятнистым Хвостом находились две жены и трое детей. В действительности, возможно, что на Голубой Воде в плен попала одна жена и один-два ребенка, которых отправили в форт Керни, а когда Пятнистый Хвост и другие пленники спустились от форта Ларами, более старая жена присоединилась к Пятнистому Хвосту и более молодой жене, и ушла с ними к форту Ливенворт, прихватив с собой детей. Агент Твисс утверждал, что сдавшиеся воины спустились по Платт в армейской санитарной повозке, под охраной, которую возглавлял майор Эдвард Джонсон. Полковник Э.В.Самнер, командующий форта Ливенворт, доложил 10 декабря 1855 года, что три пленных индейца Сиу вчера достигли поста.

Для пленных Брюле это было непонятное и пугающее путешествие. Мир, в котором они жили, был очень ограничен. Каждый год они охотились на юго-западе Небраски и северо-западе Канзаса, а затем поднимались к Платт около форта Ларами, чтобы поторговать и получить ежегодную ренту. Их самые длинные военные походы были против Пауни и Омаха в восточной Небраске. Сейчас, в армейской санитарной повозке, под охраной, их везли вниз по р.Платт. У форта Керни они попали в страну своих врагов Пауни, которые с удовольствием убили бы их, если бы смогли. Ниже Керни их путь повернул с р.Платт и повернул на юго-восток в Канзас, и там Брюле оказались в незнакомой стране. Она была заполнена белыми людьми - тысячами белых, женщин и детей - в лагерях или на двигавшимися постоянным потоком на запад к Тихоокеанскому побережью. Здесь в Канзасе тоже были поселения - города из деревянных домов; здесь же были индейцы Канза, теперь окруженные белыми поселениями и вынужденные жить в резервации; и племена Шауни и Делаваров, раньше кочевавшие к востоку от Миссури, но теперь жившие в восточном Канзасе.

Эти переселенные индейцы, подобно белым, жили в деревянных домах и занимались земледелием, и многие одевались как белые. Глядя на канзасских индейцев, Пятнистый Хвост, вероятно, понял какая судьба ожидает его собственное племя. Раньше или позднее, Брюле оставят свою кочевую жизнь и войны, и будут учиться жить подобно белым людям.

Для Пятнистого Хвоста путешествие в Канзас было школой. Он и его друзья говорили о белых в течение последних 20 лет, а сейчас он внезапно осознал, как наивны были эти разговоры. Количество и сила белых людей были ужасающими. Только год назад он стремился к войне с американцами и воображал, что убийство лейтенанта Граттана и горстки его солдат будет таким ударом, что белые побегут, оставив Брюле земли на р.Платт. Теперь он начал понимать, что для белых сражение Граттана и даже атака Харни на лагерь Маленького Грома были мелькими происшествиями. Когда пленные Брюле достигли форта Ливенворт, мысль о том, что пытаясь воевать с белыми, Брюле ничего не добьются, победила. Такого военного поста Сиу не могли себе даже представить. Здесь было ошеломляющее количество огромных строений, некоторые из которых были построены из странного материала, называемого кирпичом, а внутри строений находился обширный учебный плац, где войска в парадной форме каждый день строились в ряды и маршировали под музыку оркестра. На посту солдат было больше, чем воинов в племени Брюле, а переводчик сказал пленным Сиу, что это только один их двух десятков подобных военных постов. Форт стоял на берегу Миссури и по реке постоянно проходили пароходы, заполненные белыми людьми.

Резкое прозрение относительно количества и силы американцев было для пленных Брюле страшным ударом. Он уничтожил их веру в силы собственного народа. Сила белых повергла трех индейцев в различные состояния. Пятнистый Хвост имел сангвинистические наклонности. Он любил жизнь и любил людей. Единственными людьми, которых он действительно ненавидел, были Пауни и другие индейские враги, и когда несколько офицеров форта Ливенворт и их жены предложили свою дружбу, он встретил их инициативу с искренним удовольствием. Красный Лист из Важажа был более сдержан. Ему не нравились белые солдаты и обида жгла его сердце. Прозрение относительно силы американцев повергло его в глубочайшую депрессию. Его младший брат, Длинный Подбородок, вероятно, был воинственным человеком, чьего интеллекта хватало только на то, чтобы сделать его лидером в маловажных индейских войнах. Он дулся и ничему не научился.

Эти различия в характерах, вероятно, были причиной того, почему Пятнистый Хвост был любимцем офицерских семей. Примером могут послужить впечатления лейтенанта Драма. Лейтенант пришел навестить индейцев и переводчик сказал Пятнистому Хвосту, что этот офицер был человеком, спасшим его ребенка в сражении на Голубой Воде. На красивом и мужественном лице Пятнистого Хвоста проявилось чувство удовольствия. Он быстро шагнул вперед, положил руки на плечи лейтенанта Драма и долгое время стоял, глядя прямо в глаза офицера. Затем, через переводчика, он сердечно поблагодарил Драма. Лейтенант понял, что он спас любимого ребенка Пятнистого Хвоста, и позднее он утверждал, что вождь сказал ему, что Маленький Гром был его (Пятнистого Хвоста) отцом. Это не согласуется с утверждением лейтенанта Д.К.Уоренна (его дневник за сентябрь 1855г.), что отец Пятнистого Хвоста тогда присутствовал в форте Ларами, и что его отцом был не Маленький Гром. Вероятно, Пятнистый Хвост назвал Маленького Грома отцом, проявив уважение к вождю, за которым он следовал5.

Определенно, генерал Харни считал, что все пленные Сиу должны быть повешены. К 18 октября 1855г. агент Твисс убедил главного управляющего по индейским делам в Сент-Луисе, Альфреда Камминга, обратиться с прошением о помиловании для пленных. Президент Пирс обнародовал прошение 16 января 1856г., но Сиу провели в форте Ливенворт всю оставшуюся зиму. Весной, под военным эскортом, они двинулись домой. В мае 1856г. они прибыли в форт Керни в низовьях р.Платт. Сиу, которые в поздние годы говорили, что пленников держали на гаупвахте в течении двух лет и обращались с ними, главным образом, сурово, просто не знают фактов. С Пятнистым Хвостом и его товарищами обращались хорошо, не слишком строго ограничивали, и были они в форте Ливенворт только не многим более четырех месяцев.

Для Брюле эта зима была суровой. Военный приказ остановил торговлю, и индейцы боялись приближаться к форту Ларами или к пути по Платт. Лагерь Маленького Грома и Пятнистого Хвоста не смел вернуться в свою страну на р.Репабликан. Все Брюле и Важажа находились на севере. На рождество 1855г. агент Твисс сообщил о трех лагерях Брюле на реках Шайен и Уайт, одном на Найобрэре и двух на Рохайд-Крик. Последнии, вероятно, были наиболее дружественными лагерями - Зерновой Общины и еще один. В середине зимы генерал Харни послал Маленькому Грому не терпящий возражений приказ явиться к форту Пирр на Миссури для проведения мирного совета, и напуганный вождь выступил в конце февраля. Чтобы исполнить приказ, он прошел через холод и глубокие снега. На совете в форте он был вознагражден, так как Харни назначил его верховным вождем Брюле. Таким образом, группа Пятнистого Хвоста стала главной общиной племени, а Важажа, которые были во главе с 1850 по 1855г.г. были разжалованы генералом Харни и он проигнорировал их вождей. Маленький Гром и другие желающие мира вожди разрешили поставить свои имена под продиктованным Харни договором, но Сенат не утвердил этот документ, и он никогда не был введен в действие.

Сразу после подписания договора в форте Пирр, Пятнистый Хвост и его пленные товарищи покинули форт Ливенворт и отправились домой. Агент Твисс, очевидно, был в форте Ливенворт, занимаясь устройством возвращения пленных индейцев, и прибыл на Платт через восточный Канзас, сопровождаемый своим братом Дж.Твиссом, у которого был большой фургон, груженый торговыми товарами для индейцев и первым грузом плугов, мотыг и фермерского инвентаря, доставленных к верховьям р.Платт для индейцев. Агент Твисс выступал за основание ферм для Сиу и, вероятно, намеревался купить фермерское оборудование у своего брата. Подобные действия были характерны для индейской службы, большинство агентов имело под рукой близких родственников, которым они передавали правительственные контракты и предоставляли специальные привелегии для торговли с индейцами.

Пятнистый Хвост и его товарищи медленно двигались на север через новые канзасские поселения. Путь был занят переселенческими караванами и войсками. В Юте происходили мормонские волнения и на пути в Юту было намного больше военных, чем посланных в 1855г. разбираться с Сиу. Смотря на военные приготовления, Пятнистый Хвост еще более ясно осознал, что вступление в войну с американцами будет гибелью для Брюле.

Достигнув форта Керни, пленные Сиу попали в небольшую историю. Военный отряд Шайенов пришел со своей территории к югу от р.Платт, чтобы совершить набег на Пауни. Они встали лагерем на Большом Острове около форта Керни и, увидев следующую по дороге почтовую карету, несколько воинов выехало, чтобы попросить табака. Белые встревожились и один из них выстрелил в индейцев из пистолета. Индейцы пустили несколько стрел в ответ и ранили кучера. Когда об этом деле сообщили в форте, кавалеристы приготовились преследовать Шайенов и пленным Сиу было предложено пойти с войсками в качестве разведчиков и проводников. Красный Лист и Стоящий Медведь согласились. Военный отряд Шайенов они обнаружили еще в лагере и легко разогнали их, убив нескольких и захватив лагерное снаряжение. Рассерженные Шайены наткнулись на маленький караван мормонов, атаковали его и убили белых людей. Кавалеристы снова выступили в путь, и на этот раз их сопровождали четверо Брюле, но Шайенов они не нашли. Пятнистый Хвост не назван среди этих разведчиков. Шайены были его друзьями и союзниками, ему не годилось служить против них. Сиу, ходившие с кавалерией, были из лагерей, живших к северу от р.Платт, и не были союзны с Шайенами.

В форте Керни пленные Сиу оставались с мая по сентябрь по неизвестной нам причине. Были формальности, через которые следовало пройти. В 1855г. пленные были переданы агентом Твиссом военным у форта Ларами и предписания теперь не давали военным возможности вернуть индейцев агенту и получить за них расписку. Документы, освещающие эти формальности, до нас не дошли, но в сентябре агент Твисс был в своем агенстве Верхний Платт у торгового поста Дриппов недалеко от устья Рохайд-Крик к востоку от форта Ларами. Пятнистый Хвост и его товарищи, вероятно, были доставлены под военным конвоем и переданы Твиссу в октябре или ноябре, точно через год после их сдачи у форта Ларами.

Пятнистый Хвост с честью вернулся к своему народу. Он был человеком пожертвовавшим жизнью (тогда все так полагали), чтобы спасти племя от дальнейших ужасов войны. Его прощение Великим Отцом в Вашингтоне не предвиделось. Когда он сдался, он был ведущим воином, военным вождем, живущим практически своей основной деятельностью воина и охотника. Вернулся он измененным человеком, благодаря тому, что увидел и узнал, смотрящим в будущее и готовым принять груз ответственности, который должен нести любой лидер.

Осложнения 1854-55г.г. раскололи племя Брюле. Теперь, в 1856г., Маленький Гром был назначен правительством верховным вождем. Он и его Южные Брюле считались дружественными и, так как Пятнистый Хвост твердо намеревался поддерживать дружественную политику по отношению к ьелым, он присоединился к группе Маленького Грома. В 1854-55г.г. он жил со своими родственниками Важажа в лагере Храброго Медведя, но теперь Важажа были, главным образом, недружественными - во всяком случае, не хотели следовать плану Пятнистого Хвоста быть в хороших отношениях с белыми. Вероятно в это время (конец 1856г.) Пятнистый Хвост стал заместителем уставшего верховного вождя. Маленький Гром считал, что Брюле должны поддерживать мир, и Пятнистый Хвост думал также. Находясь в форте Ливенворт, он видел и узнал такие вещи, которые позволяли ему стоять за мир с твердыми фактами в руках. Кроме того, он был выдающимся военным лидером Брюле и имел на воинов большее влияние, чем какой-либо другой более старый вождь. Пятнистый Хвост, способный и красноречивый оратор, был наилучшим претендентом на место Маленького Грома и помогал ему в предотвращении инциндентов, которые могут привести к войне с американцами.


ПРИМЕЧАНИЯ:

1 Это был Старый Человек, Боящийся Своих Лошадей, родившийся приблизительно в 1802 году и умерший в Пайн-Ридж.

2 41 палатка Брюле. Второй лагерь из 11 палаток сперва находился двумя милями выше по речке.

3 Согласно современным Сиу, в лагере у Пятнистого Хвоста были жена, мать, теща и несколько маленьких детей. Они говорят, что жена, возможно, двое-трое маленьких детей были взяты в плен, одна маленькая девочка ранена в ногу. Я отношусь к этой индейской информации с сомнением. Неразумно полагать, что современные Сиу, которые не могут дать четкого сообщения ни о резне Граттана, ни о сражении на Голубой Воде - из-за недостатка памяти - могут вспомнить точное количество жен и детей Пятнистого Хвоста. Сообщения в «Missouri Repulican» от 20 октября 1855г. и «Missouri Gazette» от 26 октября 1855г., сообщают, что Пятнистый Хвост был четырежды ранен, через его тело прошли две пули из тяжелых драгунских пистолетов, но он поймал драгунскую лошадь и прорвался. Рассказ Сиу о том, что Пятнистый Хвост убил своими руками почти всех драгун, которые пали в бою, вероятно, украшение этого газетного сообщения. Кстати эти газетные сообщения - первое упоминание имени Пятнистого Хвоста в письменных или печатных источниках. Эти газеты также поддерживают фабрикацию Сиу относительно женщин и детей, которые были вынуждены идти к форту Ларами. Генерал Драм, который участвовал в сражении на Голубой Воде будучи лейтенантом, в последующие годы написал доклад, упомянув, как он подобрал на поле ребенка Сиу и как позднее Пятнистый Хвост поблагодарил его за спасение своего ребенка; но Сюзанна Беттельон утверждает, что этот младенец, найденный на поле боя, был ребенком Железной Раковины. Возможно, что этот ребенок - тот самый, кто повзрослев получил имя Медведь Пустой Рог. Вероятно единственное, что определенно известно - что будучи пленником в форте Ливенворт (1855-56г.г.) Пятнистый Хвост имел с собой жену и маленькую дочь. Возможно детей было двое или трое.

4 Давая противоречивые сообщения о сдаче этих воинов, современные Сиу вносят большую путаницу. Они говорят, что в набеге на почтовый фургон принимали участие 15 человек, однако официальные того периода говорят о трех воинах и двух юношах. Когда двое юношей оказались не в состоянии сдаться, вместо них сдались Стоящий Лось из Зерновой Общины и Красное Перо (община не установлена). В 1855г. ему было дано имя Пятнистый Лось, но на следующий год имя его было Стоящий Лось. Среди Брюле тех дней Пятнистый Лось известен не был. Когда точно сдались Стоящий Лось и Красное Перо не говорится. Генерал Драм сообщал, что в 1856г. он посетил в форте Ливенворт пятерых пленных Сиу и их семьи, и что все пятеро были сыновьями вождей. Драм также говорит о находившейся с Пятнистым Хвостом молодой и привлекательной жене.

5 В наши дни Сиу не могут вспомнить ничего реального о плене Пятнистого Хвоста 1855-56г.г. Они сочинили истории почти мифические по своей неопределенности. В этих историях Пятнистый Хвост был доставлен нехорошими солдатами в неизвестное место, в неизвестных землях, где его пытались убить магией. Пятнистому Хвосту велели прыгнуть в бездонную яму. Он прочитал молитву своему духу-покровителю и, когда прыгал яма сверхестественным образом наполнилась. Взяв идею из представлений, увиденных в цирках, Сиу рассказывают, что Пятнистым Хвостом зарядили огромное орудие, но когда плохие солдаты выстрелили, Пятнистый Хвост молился и, пролетев большое расстояние, приземлился на ноги неповрежденным. Это то, что некоторые сегодняшние Сиу повторяют, как историю достоверную.

 

«« назад

наверх

дальше »»