МЕСОАМЕРИКА глазами русских первопроходцев

 

 

 

 

 

 


 


 


 

Loading

 

 

 

 

Великие Равнины >

Сидящий Бык В Канаде

Иан Андерсон, статья из журнала «Wild west», перевод Аркадия Абакумова.

 

После сражения при Литтл-Биг-Хорне, изнурительных и затяжных боев с армией США в 1876 г., великий вождь хункпапа-сиу увел свой народ в Канаду. Однако его понимание свободы столкнулось с убеждениями Джеймса Уолша и других законников в алых куртках, которые пытались обязать сиу жить по законам Белой Матери...

 

...Эти «Красные Куртки» были служащими Конной полиции Северо-запада (North-West Mounted Police, NWMP). Ее история началась всего за три года то того, как воины Сидящего Быка 25 июня 1876 г. разгромили 7-й кавалерийский полк подполковника Дж. Кастера. В самом бою Сидящий Бык не проявил активного участия - эту честь он уступил молодым и амбициозным воинам. Предводитель хункпапа-сиу и без того уже был широко известен своей проницательностью, мудростью и воинскими заслугами. Однако он считал войну последним способом решения проблем - единственным его желанием было свободно кочевать по своей земле и мирно охотиться на бизонов. Поэтому он принял решение обосноваться в Канаде, где, как он считал, индейцев притесняют меньше. Сидящий Бык рассчитывал на великодушие королевы Виктории - Белой Матери. Но местные власти оказались не слишком рады его появлению. И тех, и других ждали нелегкие четыре года.

...7 мая 1877 г. - почти год спустя победы над Кастером - 34-летний майор конной полиции Джеймс М. Уолш в сопровождении сержанта и трех рядовых шли по индейскому следу, уходившему в бурые холмы и равнины Гор Пятнистой Лошади, около 280 миль к северу от Литтл-Биг-Хорна. След шел от границы Монтаны (примерно 50 миль к югу), и сразу стало ясно: его оставил отряд немалых размеров, который пересек канадскую границу недалеко от того места, где Белоилистая (или Французская) река начинает спуск в Монтану. Метисы-разведчики установили, что это отряд возглавляет вождь сиу Сидящий Бык. А если так, Уолшу и сотне его подчиненных из Форта-Уолш предстояла нелегкая задача по обеспечению порядка и законности на участке границы к юго-востоку от Кипарисовых Холмов, где сейчас располагаются провинции Альберта и Саскачеван.

Еще до битвы при Литтл-Биг-Хорне Уолш (да и многие его сослуживцы) пришел к выводу, что военные операции американской армии против сиу и шайеннов скорее всего приведут к бегству незамиренных индейцев за границу, на север. Единственный вопрос был «когда». А пока нужно было не только ожидать их появления, но и решать, что с ними делать.

В полдень 7 мая разведчики Уолша обнаружили верховых индейцев - как каменные статуи, они высились на холмах и спокойно наблюдали за ними. Это был верный признак того, что их лагерь находился где-то рядом. Уолш запретил останавливаться, и индейцев вокруг становилось все больше и больше, пока они не окружили крохотный отряд. Однако сиу были настроены миролюбиво.

Перед глазами Уолша раскинулся огромный индейский лагерь. Полицейские придержали лошадей, а группа сиу уже направлялась к ним. Впереди ступал Пятнистый Орел, военный вождь санс-арков - ему хотелось самому поглядеть на тех белых, кто дерзнул приблизиться к стоянке Сидящего Быка столь вызывающе. Уолш попросил устроить ему встречу с Сидящим Быком. Ждать пришлось недолго - вскоре в сопровождении внушительного эскорта показался вождь хункпапа собственной персоной.

Уолш постарался запомнить Сидящего Быка как следует. На вид около сорока лет (известно, что он родился где-то в 1830-х гг., но точная дата не установлена), вождь хункпапа имел около 5 футов 10 дюймов росту и атлетическое телосложение. У него было широкое лицо, отмеченное оспинами, с черными настороженными глазами, большим орлиным носом и узкой линией волевого рта. Две длинные черные косы спускались по плечам. Ходил он вразвалку (сказывалась многолетняя привычка подолгу не слезать с лошади), и заметно прихрамывал.

Полицейские, должно быть, произвели на вождя не меньшее впечатление. Уолш, почти одного с Сидящим Быком роста, жилистый, держался прямо, как палка. Особенно бросались в глаза длинные моржовые усы на обветренном лице.

Сидящий Бык и Уолш обменялись рукопожатием. Настороженность вождя к Красным Курткам постепенно улетучилась. Он проводил гостей в лагерь, на совет, который продолжался весь день. Первым делом Уолш спросил его, почему они пришли в страну Белой Матери - королевы Англии. «Искать мира», - был ответ. Сиу с жаром пустились в объяснения: вот уже много лет не дают им покоя Длинные Ножи, одетые в синие мундиры. Вот уже много лет их вынуждают сражаться за свою землю. А они больше не могут. Они надеются, что Белая Матерь (или Бабушка, как предпочитали говорить сиу) не откажет им в крове. Не по своей воле пересекли мы Священную Черту (границу - сиу еще называли ее Большой Дорогой) - как мы еще могли спасти наших женщин и детей? - добавил Пятнистый Орел. Снова заговорил Сидящий Бык: «Еще вчера я бежал от белого человека, проклиная его, потому что он выгнал меня с моей земли. А сегодня Лобастый Белый Вождь (Уолш) приходит ко мне один и без оружия. Он протягивает мне руку. Что со мной? Возможно ли такое?» (цитата из труда официального историка Королевской конной полиции, Д. Тернера - «Северо-западная конная полиция. 1873-1893». Том 1).

Уолш объяснил, что он пришел с целью узнать о намерениях индейцев и рассказать о законах Белой Матери, которым должен подчиняться каждый - и бледнолицый, и краснокожий. Нельзя воевать с другими племенами, нельзя красть лошадей, убивать людей и совершать тому подобные поступки. Сиу не должны использовать владения Белой Матери как военный лагерь для того, чтобы совершать набеги на Синих Мундиров. А если их что-то не устраивает, они не смогут здесь остаться, закончил Уолш. Сидящий Бык согласился на все и добавил: он зарыл топор войны еще там, на родине.

Вождю хункпапа понравилось все то, что он услышал - особенно идея справедливости для всех, независимо от цвета твоей кожи. Он даже показал Уолшу медаль, которой король Георг III наградил его деда во время Войны 1812 года. Его дед сражался плечом к плечу с Красными Куртками, за «Шаганош» (короля английского). «Красные Куртки были хорошими людьми», - говорил Сидящему Быку дед. - «Если ты захочешь обрести мир и покой, иди на север, в страну Красных Курток».

Вождь сиу спросил, дадут ли индейцам пороху и пуль, чтобы охотиться - ведь все свои боеприпасы они расстреляли на войне с Длинными Ножами. Уолш ответил утвердительно, но еще раз предупредил: только для охоты! Переговоры завершились в столь дружелюбном тоне, что Сидящий Бык предложил Красным Курткам заночевать в его лагере. Уолш принял приглашение.

На следующее утро, 8 мая, полицейские уже собрались уезжать, когда в лагерь с юга приехали три ассинибойна и привели с собой пять лошадей. Один из скаутов Уолша опознал в лошадях собственность некоего католического священника с Кипресс-Хиллс. Тогда Уолш приказал задержать ассинибойнов, а их вожака - Белого Пса - арестовать за воровство.

Воины сиу обступили их со всех сторон. Белый Пес держался вызывающе, уверенный, что они не позволят этим васичу, хоть и одетым в красные шкуры, забрать его. Но Уолш настаивал на своем: ассинибойны преступили закон. Поигрывая парой ножных кандалов, Уолш приказал Белому Псу: «Ответь немедленно, где и как ты добыл этих лошадей, и что собирался с ними делать, или я скручу тебя и увезу с собой».

Над лагерем повисла гробовая тишина. Сиу во все глаза смотрели на Красную Куртку и Белого Пса. Решительность бледнолицего их просто ошарашила. Кое-кто готов был вступиться за «краснокожего брата», кто-то стоял в недоумении, а остальные просто наблюдали - интересно, чем все закончится.

Видя на лицах сиу неуверенность, Белый Пес заговорил - точнее, не заговорил, а промямлил. По его словам выходило, что они ехали по прерии к востоку от Кипарисовых Холмов и увидели лошадей, которые просто паслись без всякого присмотра. Поэтому что плохого в том, что он взял их себе? К югу от Священной Черты это было обычным делом. Если бы хозяин лошадей объявился, Белый Пес тут же вернул бы их, а нет - зачем же пропадать добру? Уолш не поверил ассинибойну, но то, что он услышал, заставило его призадуматься. В том, что закон надо соблюдать, никто и не сомневался, но уже столько раз приходилось закрывать глаза на самые разные нарушения... Как писал Р. Маклеод (Университет Альберты, отделение истории) в своей книге «Конная полиция на страже справедливости: 1873-1905», конокрадство стало «своеобразным видом спорта у степных племен, и полиции с трудом удавалось донести до них мысль о том, что это - преступление. Полицейские предпочитали не арестовывать индейцев, а делать им внушение и изымать краденое». Уолш отпустил Белого Пса, но лошадей отобрал, чтобы доставить их в Форт-Уолш (в 110 милях к западу). Затем он прочел ассинибойнам долгую нотацию о том, как важно соблюдать закон в стране Белой Матери.

Так Сидящий Бык и его лакота познакомились с мощью канадского правосудия. Уолш этого и добивался. Он не был одинок - именно так вели дела с собственными индейцами все служащие конной полиции а их было не больше трехсот. Двое-трое полицейских спокойно въезжали в лагеря многочисленных и вооруженных индейцев, вершили правосудие и читали мораль. Показное равнодушие к опасности стало нормой работы конной полиции, и возможно, главным залогом успеха в их работе. Ведь краснокожие люди ценили храбрость - и, пожалуй, даже превыше всего остального. Уолш смог преподать Сидящему Быку ценный урок.

Тысяча сторонников Сидящего Быка была не единственной группой индейцев, бежавших из США в Канаду. В декабре прошлого года Черная Луна, вождь хункпапа и двоюродный брат Сидящего Быка, привел в страну Белой Матери 52 палатки соплеменников-сиу - хункпапа, оглала, миннеконджу, санс-арков и других. В марте 1877 г. дядя Сидящего Быка, Четыре Рога, тоже привел в Канаду большой отряд. А после прихода самого Сидящего Быка число беженцев-сиу возросло до 4 тысяч человек. Все они обязались подчиняться канадскому закону, но мало кто представлял, что на самом деле значило это обещание. А правительство в Оттаве поблажек не давало: беженцы должны были покинуть территорию Канады.

По инициативе канадских властей в августе 1877 г. (со времени прибытия Сидящего Быка прошло около трех месяцев), правительство США отправило мирную комиссию для переговоров с сиу. Задача перед ее членами стояла ясная - убедить индейцев вернуться в Соединенные Штаты и сдаться в обмен на «полное прощение». Комиссию возглавил бригадный генерал Альфред Терри, участник прошлогодней войны с сиу. Сперва Сидящий Бык наотрез отказался встречаться с Терри, но Уолш лично убедил вождя прийти в Форт-Уолш и послушать, что скажут Синие Мундиры. Переговоры состоялись 17 октября, а их результаты вполне можно было предвидеть. Вождь беженцев не доверял Терри - ведь именно он бросил на них Кастера - и не собирался возвращаться назад. А так ли нужно было Вашингтону возвращение горстки непокорных индейцев? Биограф Сидящего Быка, Роберт Атли, даже пытался доказать, что правительство США само добивалось от канадских коллег согласия даровать сиу статус «индейцев Ее величества».

Но у Сидящего Быка имелись и другие основания не верить белым вождям: полковник Нельсон Майлс, Медвежий Мундир, только что разгромил племя не-персе. Это произошло две недели назад, в Горах Медвежьей Лапы. Один из вождей не-персе, Белая Птица, с крохотным отрядом (98 мужчин, 50 женщин и примерно столько же детей), чудом ускользнул от Майлса и 8 октября вышел к стоянке сиу.

Еще до начала переговоров в Форте-Уолш, газеты по обеим сторонам границы подняли страшную шумиху вокруг «индейской угрозы». Содержимое газет внимательно изучал канадский историк Г. Макэван (в 1973 г. он издал работу «Сидящий Бык: Годы в Канаде»). 16 августа 1877 г. в газете «Монреаль Уитнесс» появилась статья о том, что Сидящий Бык уже обратился к своим исконным врагам - канадским черноногим - с воззванием «Помогите мне в войне с ненавистными Синими Мундирами, а и помогу вам одолеть Красных Курток». Тему подхватила «Форт-Бентон Рекорд» (Монтана): «Сидящий Бык готовится к весенней кампании с участием ассинибойнов, гро-вантров, кроу и пиеганов». В номере от 25 сентября 1877 г. газета «Торонто Глоб» предостерегала читателей, что Лесистая Гора - община метисов по соседству с лагерем сиу - «вот-вот возьмется за оружие». Репортеры «Глоба», сославшись на источники в Монтане, уверяли: Сидящий Бык готовит восстание всех северных племен против США, и закупает оружие огромными партиями.

После провала мирной конференции поток слухов возрос многократно. «Форт-Бентон Рекорд» от 5 апреля 1878 г. сообщала: состоялась встреча Сидящего Быка с представителями северных черноногих, кри, ассинибойнов, кутене, сарси (словом, всех индейских племен Канады) и гро-вантров. Вождь якобы появился перед собравшимися в одеянии, сшитом из мундиров солдат Кастера, и сказал: вы видите, что я уже разбил солдат, и как будет легко очистить от бледнолицых всю нашу страну. «М-р Т. О`Холлоран из Форта-Белнап (в северной Монтане, у самой границы. - Авт.) считает положение критическим», - заключал автор статьи. Через две недели, в номере той же газеты от 19 апреля, писали о готовящемся нападении мятежных индейцев на Форт-Маклеод и Форт-Уолш.

Канадская полиция проверила эту информацию самым тщательным образом, однако не обнаружила сколько-нибудь серьезных причин для беспокойства. Да, вождь черноногих Воронья Нога подтвердил: он действительно разговаривал с Сидящим Быком. Но это было еще перед разгромом Кастера; да, тогда Сидящий Бык призывал его объединиться против американцев, но Воронья Нога отказался. Они встречались снова летом 1877 г., на бизоньей охоте, но о союзе и тем более о восстании не упоминали вовсе.

Когда Уолш ездил для консультаций в Оттаву по железной дороге через север США (трансканадская дорога - «Канэдиан Пасифик» - была закончена только в ноябре 1885 г.), в январе и мае 1878 г., его часто ловили журналисты. Человек, которого американская пресса заклеймила как «босса Сидящего Быка», постарался развенчать слухи о готовящемся заговоре. Он с симпатией отзывался об эмигрантах-сиу (которых теперь было уже 5 тыс. - недавно пришли оглала из группы вождя Бешеного Коня, убитого 5 сентября 1877 г.), и говорил, что к мятежу они не имеют никакого отношения. По его убеждению, эти слухи разносили торговцы, которые находили благодарных слушателей среди разведчиков армии США - те изнывали от скуки, и им нечего было доносить начальству. Когда в мае 1878 г. репортер из «Чикаго Таймс» спросил его, как он оценивает возможность восстания северных племен, майор ответил: «Верить в то, что сиу объединятся с черноногими - сущий абсурд». Опроверг Уолш и слухи о том, что сиу активно вооружаются. Он сказал, что следит за этим лично - конная полиция получила строгие инструкции не отпускать индейцам боеприпасов больше, чем нужно для охоты, и пресекать деятельность контрабандистов.

Однако куда более серьезная причина для беспокойства крылась даже не в индейцах и фантастическом союзе северных племен. Отнюдь не индеец, а метис - Луи Риль, предводитель восстания метисов в Манитобе в 1869-70 гг. - открыто говорил о реванше и сеял семена мятежа. В 1878 г. Риль (в то время он жил в изгнании в Монтане) на самом деле попытался создать союз всех «индейской крови... между Саскачеваном и Миссури», чтобы «изгнать белых и вернуть земли, принадлежащие краснокожим по праву». Хотя о истинных намерениях Риля сложно говорить с уверенностью. Скорее всего, он просто хотел сыграть на недовольстве индейцев переменами в образе жизни и истреблением бизоньих стад, чтобы их руками добиться совсем другого - захватить контроль над северо-западными территориями Канады. Посему проблемы жителей Соединенных Штатов волновали его мало. Лишний раз это подтверждает участие Риля в очередном мятеже метисов в Саскачеване (1885 г.). Индейцы по большей части отнеслись к восстанию равнодушно.

Первыми, до кого добрались агенты Риля, оказались ассинибойны Монтаны. Как только Уолш узнал об этом, он немедленно отправился в Вулф-Пойнт на р. Миссури - там находилось большое селение ассинибойнов. Он долго убеждал их не связывать свои жизни с авантюристом, затем вернулся в Канаду и направился прямиком к Сидящему Быку и другим вождям сиу. Майор напомнил им об обещании хранить мир и уважать законы Белой Матери; он хорошо изучил индейцев и знал, что от данного однажды слова они уже не откажутся. Наконец, Уолш послал письма индейским агентам в Монтане - туда, где по его данным могли находиться посланцы и союзники Риля. Агенты, в свою очередь, проинформировали Департамент внутренних дел в Вашингтоне, те подняли на ноги работников Военного департамента, и армия получила приказ «принять меры». Прежде чем на северные равнины лег снег, солдаты, блюстители порядка и таможенники коршунами налетели на резервации Монтаны, арестовывая метисов, захватывая их оружие и боеприпасы, отправляя канадских граждан на север, а «своих» - на юг от границы. Так план Риля оказался сорванным.

Осенью 1878 г. Сидящий Бык известил Уолша о том, что в Канаду скоро прибудет группа шайеннов. Год назад он так же предупредил руководство конной полиции о беженцах из не-персе. Но сейчас он ошибся: американская армия не пустила шайеннов на север. Хотя Сидящий Бык, конечно, мог мечтать о создании северной конфедерации и возвращении былого индейского величия, сейчас он мечтал лишь о том, чтобы Белая Матерь дала его народу резервацию в Канаде. И сиу наконец смогли обрести покой - как в свое время участники восстания в Миннесоте 1862 г.

Присутствие в Канаде 5 тысяч сиу сильно сократило популяцию бизона - основного источника пищи - и с каждым годом охотиться становилось все труднее. Канадское правительство в 1876 г. подсчитало, что «своим» индейцам бизоньего мяса хватит еще на 5 лет, но прихода такого количества беженцев не мог предугадать никто. Канадские племена начали выражать недовольство тем, что чужаки бьют «их» бизонов. В воздухе завис призрак кровавой межплеменной войной, и у конной полиции прибавилось работы. Само правительство в Оттаве не собиралось обременять себя заботами о прокорме сиу, политический курс остался без изменений. Сиу подталкивали к единственному удобному выходу - «возвратиться на родину».

И Сидящему Быку становилось все труднее сдерживать своих молодых воинов - если им не дадут пищи и крова, они сами возьмут все, что нужно, заявляли горячие головы. Скоро у метисов, что жили по соседству с лагерем сиу - у Белой Горы - стали пропадать лошади. А полицейские Уолша начали терять терпение - ведь им приходилось проводить в седле целые дни, патрулируя окрестности.

В начале лета 1879 г. отряд молодых сиу угнал табун в 50 лошадей, принадлежавший некоему метису по имени Пуатре. Тот пришел в индейский лагерь и потребовал вернуть свою собственность. Сиу только высмеяли его - и ему еще повезло, что только высмеяли. Тогда Пуатре поехал на пост конной полиции у Белой Горы (Уолш переместил туда свой штаб, чтобы быть поближе к сиу) и заявил о случившемся. Уолш, взяв с собой одного полицейского и разведчика-полукровку, лично отправился разбираться. Майор вызвал Сидящего Быка и без обиняков выпалил: или лошади - или он позовет Нельсона Майлса (которого, кстати, Уолш высоко ценил), и сиу под ружьем вышлют из страны Белой Матери. Уловка сработала: вождь понял, что ставка слишком высока для того, чтобы выгораживать неразумную молодежь. Инцидент был замят.

«Через пару недель», - пишет Д. Тернер, - «Сидящий Бык вернулся в поселение Белая Гора с большим эскортом, включая вождей Четыре Рога и Черную Луну». Охота не ладилась, и костлявая лапа голода цепко ухватила сиу. Они подъехали к жилищу Уолша - одной из нескольких бревенчатых хижин, которые и составляли пост конной полиции; спешившись, вожди вошли в дом и церемонно обменялись рукопожатиями с офицером. Уолш послал за своим переводчиком (им был метис Кажу Морин). Поговорив с индейцами, Морин повернулся к Уолшу: «Майор, они просят провиант - особенно чаю и табаку». Сидящему Быку было больше нечего добавить. Он посетовал на равнодушие Белой Матери, канадское правительство, которому будет все равно, если сиу вымрут от голода (полицейские давно уже выдавали индейцам еду из собственных запасов и по личной инициативе). В его речах Уолш уловил явную угрозу: вождь не ручался за своих людей, если их поставят в безвыходное положение.

Это было уже слишком для Уолша, который славился своей прямотой и искренностью. «Как вы думаете, кто вы такие? Или вы забыли, что вы - всего лишь индейцы? У вас вообще нет никаких прав находиться здесь, в Канаде - а вы здесь, и в придачу доставляете нам, стражам порядка, сплошные неприятности. Воруете лошадей. Черт возьми, до чего же вы нам надоели! Что, думаете, все белые боятся вас? Тогда вынужден вас огорчить. Чтобы кормить вас, есть купцы - у них просите вашу чертову еду. А если не утихомиритесь - всех, к чертовой матери, упеку в тюрьму!».

«Потише, Вахонкеза (индейское имя Уолша)», - ответил Сидящий Бык. - «Ты говоришь с вождем великого народа Сиу».

«Я знаю, с кем говорю. Все, что я сказал, и тебя касается. Будете красть лошадей - и тебя закую в цепи!».

Этого вождь уже вынести не смог. Уставив палец в Уолша, он выкрикнул: «Никто не смеет со мною так разговаривать!». Его рука метнулась к револьверу на поясе, но Уолш сгреб вождя в охапку и вышвырнул из хижины. Сидящий Бык свалился наземь; когда он попытался подняться, Уолш ударил его ногой.

С трудом поднявшись, Сидящий Бык снова потянулся к револьверу, но тут уже вождь из его свиты скрутил его. Сидящему Быку не удалось вырваться, и он беспомощно осел на землю. Только тогда его отпустили. Затем вождь хункпапа поднялся и побрел прочь.

А Уолш бросился к казармам. «К оружию!» - кричал он. - «Оно может понадобиться». Полицейские высыпали из казарм с винтовками наизготовку и выстроились в линию позади своего командира. Немного поодаль собралась толпа индейцев; через несколько минут они двинулись вперед, а Сидящий Бык на своем кремовом пони вел их. Уолш приказал переводчику взять два длинных шеста и положить их наземь перед постом. «Скажи им, что первый, кто переступит через эти шесты, пожалеет». Когда сиу приблизились, Морин прокричал им предостережение начальника.

Пылающие глаза Сидящего Быка были устремлены на Уолша. Тот оставался невозмутимым. Затем, у самых шестов, вождь резко натянул поводья, и его пони замер как вкопанный. Метнув в Уолша последний испепеляющий взгляд, Сидящий Бык повернул пони и поскакал прочь. За ним потянулись другие индейцы - сиу возвращались в свой лагерь.

Лишь титаническим усилием воли вождь хункпапа подавил в себе желание «напоить свой кинжал кровью Красных Курток». Сидящий Бык взял себя в руки - он знал, что просто не может дать волю своему гневу. Ведь Уолш был единственным белым, который не устрашился его, которому он мог доверять и на которого мог положиться.

Время от времени сиу все же возвращались назад через границу - не воевать с американцами, а охотиться на бизонов. 17 июля 1879 г. отряд солдат Медвежьего Мундира Майлса и разведчиков-кроу перехватил на Молочной реке группу охотников во главе с самим Сидящим Быком. Завязалась перестрелка; говорили, что один из кроу вызвал Сидящего Быка на поединок - и пал от его руки. В конце концов огонь из гаубиц отбросил индейцев, и им пришлось вернуться в Канаду. Эта стычка с солдатами только укрепила вождя хункпапа в желании не сдаваться солдатам. Он был уверен, что они только и ждут этого, чтобы отомстить за поражение Кастера.

Но урчание в пустых желудках все чаще обращало взоры сиу на юг. В начале августа Сидящий Бык сказал Уолшу, что поведет своих воинов назад и разобьет солдат Майлса - прибавив, что ни одного не выпустит живым. Уолш не принял это всерьез, но разговор поддержал и заметил, что вождь придумал не самый лучший план: ведь в конце концов индейцев все равно вернут на родину, а американцы не простят новых жертв среди своих солдат.

Продолжающееся истребление бизоньих стад - как белыми, так и индейцами - привело к тому, что к 1878 г. большие стада уже исчезли совсем. Только крохотные группы животных переходили канадскую границу. Перед угрозой голода оказались не только сиу, но и канадские племена индейцев. «Своих» официальная Оттава по старым договорам еще обязывалась кормить, перед «чужими» же у нее не было никаких обязательств. Чтобы не вымереть от голода, маленькие группы индейцев (в 200-300 палаток) сами пошли назад через Священную Черту. В июле 1879 г. они сдались военным властям в Форте-Кеог, в устье р. Язык в Йеллоустоне. 25 ноября к ним присоединилось еще 25 палаток. Остальные решили переждать и последовать их примеру, когда они убедятся, что с их братьями обращаются хорошо. К лету 1880 г. приблизительно 3700 сиу вернулись на родину. А Сидящий Бык все еще отказывался верить американцам.

Премьер-министр Канады сэр Д. Макдональд, который основал в 1873 г. конную полицию и играл важную роль в освоении канадского Запада, пришел к мысли, что Уолш чрезмерно симпатизирует Сидящему Быку, и именно это держит вождя в Канаде. Согласно Р. Маклеоду, министр считал: «Уолш намеренно не дает сиу покинуть Канаду, потому что связь с Сидящим Быком делает его популярным». В ноябре 1879 г. Макдональд известил о своих подозрениях генерал-губернатора, а годом позже Уолша перевели в Форт-Куаппель, старый пост Компании Гудзонова залива в 160 милях к северо-востоку от лагеря Сидящего Быка. Вождь был потрясен этим известием. На прощание он подарил Уолшу свой военный убор из орлиных перьев, со словами: «Возьми это, брат мой, ибо я надеюсь, что больше оно мне не понадобится. Каждое перо - это дань отваги и геройству в те времена, когда лакота были сильны». Уолш был тронут до глубины души: несмотря ни на что, они по-настоящему сдружились с вождем сиу.

Провожая своего бледнолицего друга (Уолш уехал из Белой Горы в июле 1880 г.), Сидящий Бык все же попросил его походатайствовать перед Белой Матерью, чтобы она позволила ему и его народу остаться в Канаде. Уолш честно ответил, что его усилия не помогут, если «наверху» уже решили: «Бык» должен вернуться в Штаты. Тогда, спросил вождь, может ли Уолш поехать в Вашингтон и поговорить с президентом? Поколебавшись, майор ответил: если премьер-министр его отпустит, он сделает это непременно - все равно его ждал отпуск, и он мог съездить в Штаты. Сидящий Бык хотел получить гарантии того, что сиу спокойно вернутся в США, и им не будут мстить за поражение при Литтл-Биг-Хорне.

Уолш сдержал свое обещание. Отметившись в Форте-Куаппель, он отправился домой в Онтарио, а путь его лежал через Виннипег, Сен-Поль и Чикаго. Его родной город, Броквилль, находился недалеко от столицы, и Уолш смог добиться аудиенции у премьер-министра Макдональда. Известно, что они говорили о «деле Сидящего Быка», но разрешения съездить в Вашингтон Уолш не получил.

В Белой Горе Уолша сменил инспектор Лиф «Пэдди» Крозье, который получил предписание убедить вождя сиу вернуться на родину. Без сомнения, Крозье был опытным и способным офицером, но несдержанным и высокомерным в общении с индейцами. Поэтому ему не удалось завоевать расположение Сидящего Быка. К тому же вождь до последнего ждал весточки от старого друга, веря в то, что ему, может, и не придется уезжать. В конце апреля 1881 г. он сам поехал искать Уолша в Форт-Куаппель, взяв с собой всех, кто еще оставался с ним - а их не набиралось и полутысячи. Макдональд предвидел что-то подобное, и он продлил для Уолша отпуск, чтобы задержать его в Онтарио.

Он запретил Уолшу ехать в Вашингтон, но о Чикаго разговора не было. А там у Уолша был приятель - высокопоставленный чиновник Бюро по делам индейцев, хорошо знакомый с положением сиу. Майор повидался с ним и получил обещание «нажать на нужные пружины в Вашингтоне», чтобы решить проблему Сидящего Быка.

«Уолш решил послать Сидящему Быку весть», - писал Г. Макэван. - «но так, чтобы избежать огласки по официальным каналам». Посыльным он выбрал надежного метиса, Луи Дэниэлса, который служил у него разведчиком. «Дэниэлс точно выполнил поручение», - продолжает Макэван, - «Это разрешило колебания Сидящего Быка, и он решился отвести своих сторонников в Форт-Бафорд, в Дакоте».

Жан-Луи Легаре, торговец, работавший в Белой Горе, подружился со многими сиу. Он уже много раз помогал им с припасами, а теперь отправился проводить их в Форт-Бафорд (в устье р. Йеллоустон, Миссури). Легаре и инспектор конной полиции А. Макдоннелл присутствовали при сдаче Сидящего Быка. Это произошло 19 июля 1881 г., после чего вождь хункпапа - как военнопленный - был переведен в Форт-Рэндалл (терр. Дакота). В мае 1883 г. его перевели снова - на этот раз в агентство Стоящий Камень у Форта-Ятс на р. Миссури (совр. Сев. Дакота). Годом позже он обрел пристанище на Большой реке (совр. Южн. Дакота). Оно стало для него последним... 15 декабря 1890 г. знаменитого вождя племени сиу - да и одного из самых знаменитых индейцев - убили его же соплеменники, из резервационной полиции.

Согласно Г. Макэвану, майор Уолш через день после гибели Сидящего Быка написал: «Наконец-то его оставили все невзгоды и печали - горестно, правда, что таким ужасным путем. Человек, который владел такой властью, как он, - властью короля - и такой внутренней энергией, как он, никак не мог примириться с тем, что стало уделом его народа - голод, нищета, рабство... И только смерть могла стать избавлением... Бык остался непонятым. Он нисколько не похож на того кровожадного злодея, каким его стараются показать. Все, чего он хотел - справедливость. Он был добросердечным, порядочным, честным, на его слово можно было смело положиться. Он любил свой народ и был рад пожать руку тому, кто был добр с ним».

Дальнейшая жизнь майора Джеймса Уолша сложилась так. «К 1881 г. Макдональд окончательно убедил себя в том, что во всех проблемах с сиу повинен один Уолш», - писал Р. Маклеод. - «Премьер-министр нашел себе козла отпущения, и в 1883 г. отправил его в отставку». Уйдя из полиции, Уолш устроился работать в угледобывающей компании и помогал открывать шахты в округе Сурис в Манитобе. Умер Уолш в родном Броквилле 25 июля 1905 г., в возрасте 62 лет.

 

Австралийский историк Иан Андерсон служил в Королевской конной полиции 14 лет. При написании статьи использовал следующие работы:

Sitting Bull: The Years in Canada, by Grant MacEwan;

White Sioux, by Iris Allan;

The Lance and the Shield: The Life and Times of Sitting Bull, by Robert M. Utley.

 

«« назад