МЕСОАМЕРИКА глазами русских первопроходцев

 

 

 

 

 

 


 


 


 

Loading

 

 

 

 

Народы Северного Вудленда > Лига Ирокезов >

Лига на перепутье:
ирокезы Нью-Йорка в американской революции

Томас Хайнс, перевод Абакумова А.; перевод опубликован в альманахе "Первые Американцы", 2002 №10.

Американская Революция отразила желание колонистов выйти из-под деспотизма британской короны. Они обвинили короля в том, что он попрал их права как английскиих подданных. Однако, когда освободительная война началась, обнаружилось, что не все так считали. По разным причинам многие колонисты сохранили верность короне; их стали называть лоялистами, или тори. И они не были одиноки: англичане смогли найти себе союзников в Новом Свете, и такими союзниками стали индейские племена. В основном добрые отношения с индейцами остались от давних договоров, заключенных еще сто лет назад. Эти союзники были настоящими воинами и на определенных этапах оказали реальную помощь в борьбе с мятежниками. Вместе с тем не только посланцы короля заключали договоры с индейцами: так часто поступали и колонисты и благодаря этому получили возможность отбиваться от англичан с большей эффективностью. Как правило, договоры эти не были прочными: из-за языкового и, что важнее, расоваго барьера они соблюдались только во время войны, когда «бледнолицые» по-настоящему нуждались в индейской помощи. Однако случай с ирокезами Нью-Йорка был исключением: их дружба с англичанами хоть и подвергалась серьезным испытаниям, но оказалась неожиданно прочной.

Ирокезы занимали территорию от Нью-Йорка до северной Пенсильвании, а отдельные поселения находились и дальше к северу, югу и западу, на Великих озерах. Они представляли собой обширный конгломерат племен, связанных общим происхождением. Самым известным был Союз пяти народов - мохоки, кайюга, онондага, сенека и онейда. В середине 1710-х гг. к Союзу присоединился шестой член - племя тускарора, тоже ирокезское, которое в 1712 г. было изгнано из Северной Каролины. Так появилась конфедерация ирокезов, прославленная под именем «Великой Лиги». Другие племена ирокезов включали гуронов, тобакко, нейтральных, венро и эри. Ирокезы часто воевали друг с другом и с соседями и так снискали себе репутацию самых воинственных из всех восточных племен.

Ирокезы были сильным и многочисленным народом, и потому многие из европейских поселенцев искали дружбы с ними. В 1608 г. С. де Шамплен основал одну из первых евро-ирокезских коалиций между французами и гуронами. В конце того же года Шамплен помог в войне с ирокезами алгонкинам, гуронам и монтанье; они хотели прогнать Пять народов от р. Св. Лаврентия. За это он взял с них обещание помогать ему в изучении континента и защищать колонистов и торговцев, которые придут вслед за ним. Какое-то время французы соблюдали договор с гуронами; поэтому они стали врагами ирокезов, а ирокезы нашли союзников в лице англичан.

Когда в 1664 г. британцы отбили у голландцев Олбани, они осознали выгоду союза с ирокезами. Задача установить с Лигой дружеские связи была возгодена на полковника Дж. Картрайта, который добился заключения соответствующего договора уже в конце того же года. Уже тогда самыми преданными соратниками англичан стали мохоки, и они пронесли эту дружбу до самой Революции. В ноябре 1687 г. покровительство короны распространилось уже на весь Союз пяти народов. Этот договор развязал англичанам руки для освоения Новой Англии. Французы мешали обоим союзникам: британцам - сохранить свои колонии, а ирокезам - распространить свою власть над всеми племенами региона. В состоянии войны с французами ирокезы находились еще с 1608 года.

Высшего накала борьба французов с ирокезами достигла в 1689 г., во время Войны короля Вильгельма; тогда индейцы в полном смысле слова не давали врагу передышки. Англичанам, естественно, это играло на руку, однако радовались они недолго: к 1690 г. ирокезы начали уставать от войны, когда как между белыми она продолжалась. Наиболее дальновидные вожди поняли, что англичане и французы остались единственными, кто мог бы тягаться с ними в силе. По этой причине они решили предоставить белым возможность убивать друг друга. С теченим времени англичане становились все могущественнее; ирокезы сохраняли с ними теплые отношения, поскольку верили, что сами от этого только выиграют.

Настоящей проверкой этого союза на прочность стала Семилетняя (Франко-индейская) война, разразившаяся в 1754 г. Французы первоначально были не только сильны, но и удачливы, нанося точные удары в самые уязвимые места неприятеля. Англичане совершили массу стратегических просчетов, а в начале 1755 г. вообще казалось, что все для них уже потеряно. Тогда потерпел громкое поражение генерал Э. Брэддок, и это стало косвенным подтверждением превосходства индейского стиля войны против британской «линии". Смешанный отряд из французов и индейцев устроил засаду на армию Брэддока, наступавшую на форт Дюкен. Англичане был разбиты налогову и понесли огромные потери. Погиб и сам генерал Брэддок. Тактика засад была великолепна в лесу, где привычные европейцам боевые порядки - линии и колонны - не могли маневрировать, а то и просто построиться должным образом. Для индейцев же подобные методы партизанской войны были обычным явлением. Англичане не сразу усвоили этот урок, но в конце концов привыкли и даже создали для ведения «лесной войны» свои отряды легкой пехоты.

Когда как большинство индейских племен выступило на стороне Франции, англичанам усилиями личного друга ирокезов - полковника У. Джонсона - удалось сохранить их расположение. После поражения Брэддока Джонсон возглавил небольшой отряд ирокезских воинов и динулся вместе с двумя тысячами ополченцев к озеру Георг. Среди ирокезов находились Хендрик, старый вождь мохоков, и Джозеф Брант, тогда еще тринадцатилетний мальчишка. Бой, который прошел на озере Георг, оценить сложно; англичане достигли там немногого, однако отметили это как великую победу. Джонсон получил титул баронета и пост суперинтенданта по индейским делам в северных колониях.

Он стал единственной связующей нитью между английским штабом и индейскими союзниками. Его влияние на ирокезов оказалось столь сильным, что мохоки сохранили верность короне и после его смерти. В той войне Джонсон дослужился до генерал-майора, а когда вышел в отставку, продолжил играть роль английского посла в Лиге. Только ему англичане обязаны тем, что ирокезы поддерживали их в войне до конца.

В 1763 г. Франко-индейская война завершилась, а Новая Франция прекратила свое существование. Ирокезы вместе с англичанами праздновали победу, однако к тому времени они практически остались в одиночестве. Соседние индейские племена сильно разочаровались в англичанах: колонисты продолжали наступать на их владения, и индейцы преисполнились решимости положить этому конец. Под руководством Понтиака, вождя племени оттава, несколько племен в 1763 г. взялись за оружие и атаковали западную границу британских колоний. Они почти полностью очистили ее от белых поселений - устоял только Детройт. Однако Понтиак не смог убедить ирокезов присоединиться к его армии. На уговоры поддались только виандоты - дальние потомки гуронов, а также кое-кто из сенека, которых уже начала тяготить опека короны. Так в Лиге были посеяны семена раскола. Остальная часть Лиги, и в особенности мохоки, сохранили «вечный Великий Мир», а сэр У. Джонсон, прознав о намерениях сенека, устроил встречу с ними на р. Ниагара. Там он произнес пламенную речь, обвиняя сенека в предательстве «английского отца» и мятеже против собственного народа. Ему удалось их убедить. Тем временем генерал Т. Гейдж смог организовать отпор восставшим, и к 1765 г. Понтиак был сломлен.

Урон от этого востания был огромен, и только долина р. Мохок не пострадала, да и то лишь из-за того, что ирокезы в кровопролитии не участвовали. На большом совете в Осуиго в конце 1765 г. Понтиак по настоянию сэра Уильяма согласился заключить мир. Джонсон говорил о том, что его высшая цель - мир со всеми индейцами, и, в частности, с ирокезами, которые считали его своим братом. Договор в Форте-Стенвикс показывает, сколь большую роль Джонсон отводил союзу с Великой Лигой. По условиям договора он смог добиться признания границы владений Лиги и запретил колонистам пересекать ее. На какое-то время соглашение в Форте-Стенвикс успокоило даже сенека.

На укрепление союза между ирокезами и англичанами сэр Джонсон потратил годы; особенно тесные связи он установил с мохоками. Когда его белая жена, Кэтрин, в 1759 г. скончалась, его второй женой стала индианка, Молли Брант. Джозеф, ее брат, впоследствии возглавил сторонников англичан. Сэр Уильям относился к Джозефу как к родному сыну; благодаря ему Джозеф получил европейское образование в школе для индейцев Уилока. Ученик оказался настолько сметливым, что преподобный Уилок признал: из него вышел бы способный миссионер. Джозеф также был посвящен в самые сокровенные планы Джонсона и пришел к мысли, что без помощи англичан Великой Лиге не выжить. По его инициативе каждый член Лиги принес великую клятву не замышлять худого ни против своих собратьев по союзу, ни против короля английского.

Скоро Джозеф осознал все трудности, с которыми пришлось иметь дело сэру Джонсону. Когда индейцы узнали о брожениях среди колонистов, Лига оказалась ввергнутой в смущение. Кое-кто восстал против того, что англичане уже больше ста лет навязывали ирокезам свою волю, а взамен индейцы получали лишь несправедливости, чинимые от имени короля. Часть Лиги надеялась с помощью колонистов сбросить английское ярмо. Расколу немало способствовали и сами мятежники, благодаря проповедям своих агентов и миссионеров.

Одним из этих миссионеров был Сэмюэль Киркленд. В 1764 г. по указанию сэра Джонсона он отправился проповедовать к сенека, а через два года перебрался к онейда. Его симпатии находились на стороне колонистов, и он превратился в энергичного критика Джонсона и его окружения в Индейском департаменте. Когда в 1776 г. революционное движение усилилось, онейда и тускарора выступили на стороне поселенцев; это произошло по настоянию их «бледнолицего брата» Киркленда. Так два члена Лиги фактически вышли из ее состава и стали врагами Джозефа Бранта, который вместе с пасынком сэра Уильяма (и его преемником) Гаем Джонсоном всеми силами пытался сохранить союз. Но безуспешно.

Великая Лига раскололась, и брат выступил против брата. Брант опасался, что вот-вот из Лиги выйдут сенека; в 1775 г. они еще оставались нейтральными, но затем их принялись тянуть на себя оба враждующих лагеря. Формально к началу открытой войны между англичанами и колонистами, в 1775 г., нейтральной оставалась вся Лига. Однако уже скоро стало ясно, что остаться в стороне не выйдет. В начале 1776 г. онейда начали уходить к американцам и при этом звать с собой индейцев тускарора и кайюга. Джонсон несколько раз обращался к мятежникам с призывом одуматься, но тщетно; к середине года онейда и тускарора приняли окончательное решение, и Брант едва смог спасти Лигу от полного развала. Он понял, что нейтралитету пришел конец, и ему ничего больше не оставалось, кроме как сплотить вокруг себя сторонников короны. Он отправился в Англию и получил чин капитана британской армии и командующего индейскими союзниками короля. В начале 1777 г. он вернулся в Нью-Йорк через Канаду и мобилизовал значительное количество ирокезских воинов.

Первое большое сражение революционной войны с участием ирокезов состоялось 6 августа 1777 г. у Орискани, в пяти милях к юго-востоку от форта Стенвикс (сейчас Рим, Нью-Йорк). Форт захватили американцы и переименовали его в форт Шайлер. Тем временем английское командование разработало план вторжения в Нью-Йорк - победив, они смогли бы отрезать Новую Англию от остальных мятежных колоний. Захват форта Стеквикс являлся важной частью этого плана. Осуществить ее было поручено генерал-майору Б. Сент-Легеру. Он получил приказ выступить из Осуиго, спуститься в долину Мохок, а оттуда идти на соединение с главными силами англичан для решающего сражения.

В армии Сент-Легера находилось около трехсот мохоков во главе с капитаном Брантом и шестьсот тори полковника Клауса. Во время марша генерал получил сообщение, что Форт-Стенвикс удерживают всего 600 мятежников, и, надеясь на легкую победу, отдал приказ окружить форт. 2 августа Сент-Легер потребовал от гарнизона немедленной и безоговорочной капитуляции и выпустил воззвание к окрестным поселенцам. Он обещал им амнистию, если они присоединятся к нему, и предупреждал, что в противном случае он «не ручается за своих индейских бойцов». Однако комендант форта - полковник П. Гейнсвурт - отказался сдаваться, демонстративно спустил британский флаг и поднял звездно-полосатый.

Сент-Легер, мягко говоря, был удивлен. Затем все стало ясно - по слухам, форт со дня на день ждал подмоги. Пора было действовать; генерал решил перехватить подкрепление, устроив по примеру индейцев засаду. Некоторые историки полагают, что эту идею подсказали ему сопровождавшие армию воины-сенека. Формально сенека оставались нейтральными, но пришли сюда по приглашению Бранта - посмотреть на мощь английского оружия. Им предложили устроиться поудобнее, раскурить трубки и наслаждаться зрелищем.

Американский генерал-майор Н. Херкимер, двигавшийся из Форта-Дейтон, имел при себе восемьсот ополченцев и маленький отряд союзников-онейда. Сент-Легер ждал его в двух милях к западу от Орискани-Крик. Битва началась утром 6 августа. Половина отряда колонистов попала в окружение, на них ринулась ударная группа могикан, задние ряды американцев дрогнули и побежали. Воины Джозефа Бранта с томагавками и копьями бросились их преследовать. Бой достиг такого накала, что за оружие пришлось взяться и гостям-сенека. Затем началась гроза и наступил краткий перерыв, во время которого Херкимер вывел своих людей из леса и закрепился на близлежащем холме. Когда дождь перестал, стало очевидно, что военная удача изменила Сент-Легеру. Штурмовать холм по колено в грязи оказалось бессмысленным: несколько атак мятежники отразили, после чего индейцы и тори утратили всякий интерес к происходящему и начали уходить с поля битвы. Армия Сент-Легера фактически перестала существовать. Однако он с оставшимися людьми еще около двух недель держал форт Стенвикс в осаде, пока не узнал, что на подходе свежие силы мятежников под началом Б. Арнольда. Только тогда он отдал приказ отступать. Таким образом, несмотря на большие потери, битву при Орискани выиграли американцы.

Важным ее следствием стало то, что наконец со своей позицией определились сенека. Они загорелись жаждой мести за своих соплеменников, погибших в битве от рук колонистов. «Личные мотивы» появились и у главного друга англичан, Джозефа Бранта: в бою погибло много воинов-мохоков, и с ними - его племянник, Уильям Джонсон. Брант ответил на поражение целой серией набегов на поселения американцев. Индейцы мстили за своих павших и за то, что неумолимое наступление белых они были не в силах сдержать…

Брант заставил американцев содрогаться при одном упоминании его имени. Он снискал себе мрачное прозвище «Брант-чудовище» за беспощадность своих воинов. Особенно широкую известность получили рейды в Долину Вишен (Черри-Уолли) и в Вайоминг; участие в них принимали главным образом мохоки и сенека. Кровавые дела ирокезских мстителей прочно закрепили в массовом сознании образ «краснокожего дикаря», и это серьезно сказалось на всей дальнейшей истории американо-индейских отношений.

Эта война до основания расшатала Лигу ирокезов. Мохоки и сенека сражались с онейда и тускарора; все - и лоялисты, и мятежники - испытали на себе боль войны. Многие индейцы, терпя поражения, вынуждены были уходить с родных земель. Когда же война закончилась, ни Англия, ни американцы не вспомнили о своих индейских союзниках - даже таких, как Джозеф Брант. А земли, которые ирокезы получили по договору в форте Стенвикс в 1768 г., король передал Соединенным Штатам.

Конгресс США оставил онейда и тускарора часть их земель за прошлые заслуги; участки в Нью-Йорке получили также онондага и кайюга, поскольку они официально не воевали. Мохоки и сенека, естественно, стали исключением. Они не нашли с онейда общего языка и пришли к заключению, что единственный выход - уходить в Канаду, где король обещал им пристанище. Вскоре после этого многие племена индейцев восстали против власти Соединенных Штатов. Войны эти оказались короткими, но их участники остались в памяти индейцев героями. Они прошли мимо Джозефа Бранта. В середине 1790-х годов он увел мохоков в Канаду. Сенека все-таки получили от Конгресса участок земли на западе Нью-Йорка, но владели им недолго. Когда началась Гражданская война, его отобрали, и сенека воссоединились со своими родичами в Канаде.

Как показала история, дружба с белыми не принесла Союзу шести народов ничего, кроме горя. Хотя «Великая Лига» и поныне существует в Канаде, ей далеко от прежнего величия. Американская Революция разделила ее народы и повернула их друг против друга. Джозеф Брант был одним из главных сторонников англичан, однако выиграли от этого только англичане. Они не связывали себя условиями союзного договора, Брант же не отступал от них ни на шаг. Уже на исходе жизни он написал: «Я всегда хотел только мира», но именно его стремление к миру вызвало распад прежней Лиги. Когда-то он думал, что Англия поможет ей выжить - на самом же деле она помогла ее разрушить. Но мечта Джозефа Бранта о мире помогла ирокезам зажить новой жизнью в Канаде, и так «Великий Мир» действительно оказался вечным.

 

Краткая библиография

William Brandon. Indians. Boston: Houghton Mifflin Company, 1987.
Robert A. Goldstein, French-Iroquois Diplomatic and Military Relations 1609-1701. Paris: Mouton, 1969.
Allen W. Trelease, Indian Affairs in Colonial New York: The Seventeenth Century. New York: Cornell University Press, 1960.
Arthur C. Parker, The History of the Seneca Indians. New York: Ira J. Friedman, 1967.
T. Wood Clarke, The Bloody Mohawk. New York: Ira J. Friedman, Inc., 1968.
Isabel Thompson Kelsay, Joseph Brant 1743-1807: Man of Two Worlds. New York: Syracuse University Press, 1984.
Barbara Graymont, The Iroquois in the American Revolution. New York: Syracuse University Press, 1972.
Thomas S. Alder, ed., Chainbreaker: The Revolutionary War Memoirs of Governor Blacksnake; as told to Benjamin Williams. Lincoln: University of Nebraska Press, 1989.

 

«« назад