МЕСОАМЕРИКА глазами русских первопроходцев

 

 

 

 

 

 


 


 


 

Loading

 

 

 

 

Великие Равнины > Переводы и статьи >

«Ку» - феномен воинской практики индейцев Равнин

Стукалин Ю.В., глава из книги «Путь воина: энциклопедия военных практик индейцев Дикого Запада» (2004)

Одним из наиболее интересных и необычайных явлений в системе подвигов индейцев Равнин был «ку». Термин этот произошел от французского слова «coup» - «удар», что было точным переводом индейского обозначения данного действия, применяемого воинами всех племен. О человеке, дотронувшимся до врага или схватившим его, говорили, что он «посчитал ку», при этом было неважно, убил он его или нет, ударил его рукой, хлыстом или каким-либо другим предметом - даже прутом или палкой. Важен был сам факт прикосновения. Этот подвиг практически у всех племен оценивался наиболее высоко. Сиу, пауни, шайены, кроу и воины других племен нередко мчались к врагу наперегонки и ударяли его, даже не делая попыток убить или ранить.

Обычно для подсчета «ку» индейцы использовали специальные шесты для «ку». По словам Гамилтона, «эти шесты сделаны, в основном, из ивы, и достигают в длину от семи до десяти футов, с диаметром в один дюйм. Кора счищается и дерево раскрашивается красной киноварью… Воины неизменно берут их с собой в бой, и когда противник падает, тот, кто коснется его, засчитывает «ку» - одно храброе деяние… Иногда с полдюжины индейцев ударяют (такими шестами) одного и того же врага и каждый засчитывает «ку»». Шошоны иногда украшали свои шесты скальповыми прядями, бисером и перьями. Бурк упоминал, что шошоны делали шесты для подсчета «ку» из ивы, приблизительно двенадцати футов длинной, и каждый из них имел отличительные знаки - перья, раскраску, меха и т.п. Линдермэн писал, что «воины некоторых племен северо-западной части Великих равнин добавляли по орлиному перу к своему личному шесту за каждый сделанный «ку». Однако кроу, согласно его сведениям, такому обычаю не следовали. Но Роберт Лоуи указывал, что кроу рассказывали ему о существовании такого обычая среди воинов их племени. Кертис сообщал, что три лисьих хвоста, прикрепленные к шесту для «ку» известного лидера кроу Магической Вороны означали, что во время боя он первым коснулся врага. Лоуи писал, что, по словам Серого Быка, на концах некоторых шестов кроу закрепляли металлические наконечники, чтобы в ближнем бою их можно было использовать в качестве пик. Шест мог быть выкрашен в белый или желтый цвет и обернут мехом или материей. У оглала сиу, если воин считал «ку» на теле врага, убитом другим человеком, его шест не имел никаких украшений и подвесок. Если же он сам убил его, к концу шеста прикреплялось орлиное перо, а если он еще снял с трупа скальп, он также привязывался к концу шеста. Воин, сумевший в боях посчитать много «ку», перья закреплялись вдоль всего шеста или его части. Кроме того, шесты иногда использовали в качестве знака победы. Так, после нападения на форт Мэггиннис, где сиу убили и ранили несколько белых, и угнали практически всех солдатских лошадей, кроу обнаружили недалеко от форта несколько шестов для подсчета «ку», воткнутых в землю. Это, по словам кроу, показывало, что сиу считают себя победителями. Шест для «ку» мог даже быть военным талисманом воина. Шайены рассказывали капитану Вильяму Кларку, что «давным-давно» некая старуха в пещере поведала одному из их шаманов, как сделать такой шест, и если воин понесет его в битву, враг не сможет поразить его. «Такие шесты передавались от отца сыну, - писал Кларк, - и сегодня (1881 год) их осталось всего несколько штук. Подскакав к врагу следовало потрясти им и издать определенные звуки, после чего противник становился парализованным от страха перед мистической силой шеста и оказывался во власти его владельца».

Удар, наносимый при подсчете «ку» мог быть достаточно сильным. Много Подвигов вспоминал, как его соплеменник, на всем скаку проносясь мимо врага, ударил его хлыстом по лицу: «Я услышал хлесткий звук - великолепный «ку»!» Зачастую таким ударом выбивали из рук противника оружие, а удар луком или шестом по голове сбивал врага на землю.

У всех племен на одном враге могли сделать «ку» сразу несколько воинов, но количество допустимых прикосновений у каждого племени было разным - от двух до четырех, но самым престижным был первый «ку». У сиу, ассинибойнов, черноногих, арапахов, кайовов, кроу, хидатсов, манданов, арикаров и банноков обычай позволял посчитать четыре «ку» на одном враге, у шайенов и пауни - три, а у команчей, омахов, понков, ото и, вероятно, миссури всего два. Если врагу удавалось посчитать «ку» на воине, это считалось его неудачей и не делало ему чести. Кеннет Бордо, в чьих жилах текла кровь оглалов и брюле сиу, рассказывал: «Если вы подскакали к противнику и коснулись его шестом или стрелой, это считалось великим подвигом. Если вы смогли приблизиться к вражескому воину и дотронуться до него, после чего вам удалось ускакать и остаться в живых, это говорило о вашей храбрости. Вы действительно совершили нечто стоящее. Но если этот человек был слишком крут для вас и, дотронувшись до него, вам пришлось его прикончить, на вас смотрели как на труса». Сделать «ку» на враге и остаться в живых было действительно очень сложно. Например, кроу Молодой Лохматый Волк за свою жизнь с пятнадцати лет побывал в семидесяти военных походах, но первый свой подвиг совершил только в возрасте около сорока лет. Несомненно, как правило это действительно было сопряжено с огромной опасностью и множество великолепных бойцов заканчивали свою жизнь именно при попытке посчитать «ку». Часто воин в одиночку под шквальным огнем мчался к сотне поджидавших его врагов, врывался в их ряды и ударял шестом или луком одного-двух, считая «ку», после чего разворачивал коня и, уворачиваясь от ударов палиц, томагавков и копий, скакал прочь, осыпаемый вдогонку тучами стрел. Иногда ему удавалось выжить, иногда нет. Посчитать «ку» можно было также на мертвом враге. Во время боя соплеменники погибшего всегда пытались защитить его тело и вокруг него часто разгорались самые жаркие схватки, что также было чрезвычайно опасно. Интересно отметить, что на языке сиу слово «кте» означало и «он убил», и «он посчитал ку».

Но несмотря на утверждения, что это деяние всегда показывало, насколько смел оказался воин, чтобы дотронуться до врага вместо того, чтобы убить его с безопасного расстояния, «ку» на полном сил воине, слабой женщине или беспомощном старике, были равнозначны. Кроме того, «ку» на убитом враге-одиночке, который уже не мог причинить вреда, а поблизости не было его товарищей, готовых сражаться за его тело, ценилось также высоко. Жестких правил, регламентирующих, как, чем и при каких условиях следовало касаться врага, не было. Зачастую индейцы зарабатывали сразу несколько первых «ку», проникая во вражеский лагерь поздно вечером - особенно, когда в нем проводились общественные пляски, и народ беззаботно сновал туда-сюда. Завернувшись в одеяло с головой, воин некоторое время бродил в толпе зевак, касаясь, то одного, то другого человека, а затем спешно покидал лагерь, прихватив при этом какую-нибудь лошадь. В этом случае он, несомненно, подвергался огромной опасности. А кроу Красное Крыло заработал свои первые «ку» благодаря смекалке и, вероятно, большому чувству юмора. Служа разведчиком в американской армии, он однажды сопровождал кавалеристов, преследовавших отряд враждебных сиу. Когда последние сдались, Красное Крыло, подобно белому офицеру, пожал каждому из пленников руку, а затем заявил соплеменникам права на первые «ку», поскольку первым из кроу коснулся врагов. И они были зачтены! Но этот случай не был единственным. Рудольф Курц в октябре 1851 года записал в своем дневнике: «Дабы дать мне представление о том, с какой легкостью индейцы часто зарабатывают свои «ку», мистер Дениг поведал мне, как однажды, в те времена, когда сиу и ассинибойны были в войне друг с другом, отряд из шестидесяти воинов (сиу) вошел в ворота (торгового поста), прежде чем он смог закрыть их. По счастливой случайности кроме замужних женщин (жен белых торговцев), там находился только один ассинибойн - мальчишка, которого он спрятал, заперев на ключ в маленькой комнатке, располагавшейся как-раз над той, которую занимал я. Но секрет сей был вскоре раскрыт. Некая женщина проболталась одному из воинов, который тотчас примчался к мистеру Денигу и предложил ему в дар свое ружье и богато украшенную бизонью накидку, если тот позволит ему хотя бы пожать мальчишке руку. Он обещал не брать с собой оружия и даже желал, чтобы Дениг поприсутствовал при этом. Но последний отказал, сказав, что если он желает посчитать «ку», то ему следует поискать такой возможности в настоящем сражении.» Оба вышеописанных случая, по мнению автора, хорошо иллюстрируют спорность индейских утверждений о том, что совершение «ку» считалось у большинства племен высшим подвигом из-за невероятной опасности, которой подвергался воин.

Возможно, в ранний период эта военная заслуга регламентировалась более жестко, но к середине XIX века подсчет «ку» стал скорее неким формальным элементом боевых действий, чем реальным проявлением храбрости в наиболее опасной для жизни воина ситуации. Как верно заметил Роберт Лоуи: «Хотя коснувшийся врага первым заслуживал большего признания, чем тот, кто убил его, удача сопутствовала ему благодаря скорости его скакуна, а не его доблести или мастерству». Известен случай, когда опытный воин и мальчишка неожиданно атаковали шайена, отдыхавшего на краю своего лагеря. Отчаянный юнец поскакал за ним в самый центр лагеря - в гущу врагов, надеясь посчитать первый «ку» в начинавшейся битве, но его умудренный опытом соплеменник сделал это первым, ударив кого-то из обитателей крайних палаток. Тем самым, воин удостоился высшей чести, практически не рискуя, а едва выживший мальчишка не заслужил ничего. В другой ситуации воин посчитал «ку» на засевшем в пещере кроу, спустив с вершины хребта веревку, и коснувшись ей ничего не подозревавшего врага. И здесь человек заработал славу, не подвергая себя опасности, в то время как его соплеменники находились под обстрелом. «Ку» можно было посчитать и на мертвом враге, и кто убил его, значения не имело. Два арапахо однажды нашли мертвого юта. Людьми они оказались благородными, и долго спорили, предоставляя друг другу честь посчитать на трупе почетный первый «ку». Когда же они, наконец, договорились, выяснилось, что труп уже давно разложился, а потому «ку», к их величайшему сожалению, засчитан быть не мог. Эти и другие подобные случаи, хорошо показывают двойственность, существовавшую в индейском восприятии и понимании подвига - постоянные высказывания о невероятной опасности, которой подвергался воин, совершая определенный подвиг - с одной стороны, и многочисленные пути, при помощи которых он эти опасности обходил - с другой. Внимательный анализ индейских военных рассказов показывает, что реальной опасности во время боевых действий чаще подвергали себя стремившиеся приобрести известность молодые и малоопытные воины, в то время как люди среднего возраста были более осмотрительны.

Практически во всех работах, посвященных воинской практике индейцев Великих равнин, проводится равенство между «ку» и другими подвигами, что абсолютно неправомочно. До конца XIX века - времени окончания войн с белыми и краснокожими противниками, индеец никогда не говорил, что совершил столько-то «ку». Наоборот, он четко разграничивал прикосновение к врагу, то есть собственно «ку», и прочие, совершенные им воинские деяния. Перечисляя свои подвиги, он мог сказать, например, что убил двух врагов, увел пять привязанных у палаток лошадей, и посчитал на врагах три «ку», но никак не то, что совершил десять «ку». К сожалению, даже многие авторитетные исследователи, рассказывая, к примеру, о некой церемонии, в которой воин перечислял совершенные им подвиги, пишут, что он начинал «считать ку». В данном случае происходит смещение понятий, что приводит к возникновению путаницы. Поэтому, автору данной работы кажется важным понимание того, что «ку» являлось отдельным, совершенно конкретным воинским деянием, а не обозначением всей системы подвигов индейцев Равнин.

Ни у одного из племен не было жестко определенной градации подвигов по значимости, и все перечни являют собой лишь грубую попытку введения такой градации. Так, по словам Юэрса, некоторые черноногие настаивали, что убийство врага надо ставить перед снятием скальпа, но другие вообще не упоминали убийства. Разногласия по поводу градаций возникали и среди кроу. Несомненно, основную роль играла ситуация, в которой был совершен тот или иной подвиг - чем опаснее она была для жизни воина, тем выше была значимость совершенного им деяния. Кроме того, сам воин, перечисляя свои подвиги, решал в каком порядке о них говорить, и это указывает на то, что значимость того или иного деяния, в какой-то мере, все же была делом личным.

Убить врага, как правило, было проще, чем сделать на нем «ку», но многие воины были готовы совершать самые смелые, а порой и просто безрассудные поступки, лишь бы заработать «ку». Как-то раз кроу атаковали засевших за завалом черноногих. Один из кроу, рискуя жизнью под огнем противника, пробрался к стенам завала и затаился. Прямо над его головой развевались перья прислоненного к завалу вражеского шеста для подсчета «ку». Немного передохнув, он вскинул руки, схватил его и дернул на себя. Владелец шеста вцепился в него, но кроу вырвал шест и со всего размаха ударил им по лицу незадачливого черноногого. Это был великолепный «ку» на враге, да еще и его собственным шестом!

Воин мог совершить сразу несколько подвигов на одном враге. Например, в бою с шошонами «предводитель сиу выстрелил в ближайшего шошона. Когда тот навалился на шею своего коня, сиу ударил его копьем, сбив с лошади и посчитав первый «ку». Затем он ударил лошадь шошона, обозначая, что теперь она принадлежит ему. После этого, он вернулся к убитому врагу и скальпировал его». Таким образом, он убил врага, сделал первый «ку», захватил его лошадь и скальп! Кроу Магическая Ворона в одном из боев посчитал первый «ку» на неперсе, затем выхватил из его рук ружье, после чего убил - ему было засчитано три подвига.

Члены каждого племени объединенного военного отряда считали на одном враге «ку» независимо от членов других племен, участвующих в той же схватке. Так, в бою, где с одной стороны участвовали шайены и арапахо, на одном враге могли посчитать семь «ку» (три «ку» шайены и четыре «ку» арапахо). В битве у реки Рио-Гранде-дель-Норте, где объединенный отряд шайенов, арапахов, команчей, кайовов и кайова-апачей разгромил ютов, подсчеты «ку» воинов этих племен вызывали невероятную сумятицу. Если во время бегства вражеского отряда на преследуемом воине считали «ку», после чего ему удавалось скрыться и присоединиться к своим, а спустя некоторое время он опять сталкивался с преследователями - на нем снова могли считать «ку» в установленном племенем порядке. В 1838 году, во время знаменитой Битвы на Волчьем ручье между шайенами и арапахо с одной стороны и команчами, кайовами и кайова-апачами с другой, на воине кайовов Спящем Медведе «ку» было посчитано шайенами девять раз! Во время атаки на кайовский лагерь, Спящий Медведь сражался пешим, и на нем посчитали «ку» три раза. Затем он добрался до своего лагеря, вскочил на лошадь и вернулся к месту сражения. Там на нем снова посчитали три «ку». Потом, когда под ним была убита лошадь, и он сломал ногу, Спящий Медведь продолжал храбро биться с врагами сидя на земле и стреляя из лука. На нем снова посчитали три «ку», после чего убили. Все эти девять «ку» были засчитаны сделавшими их воинам. В другом случае, девять «ку» были посчитаны на воине пауни, которому, в итоге, удалось избежать гибели.

Если воин нагонял двух врагов, скачущих на одной лошади, то одним ударом он мог посчитать сразу два первых «ку» на обоих противниках.

Очень значимым подвигом у многих племен, например, у кроу и шайенов, считался самый первый «ку», сделанный в ходе конкретного боя. В Битве на Волчьем ручье честь первых «ку», сделанных шайенами в большом сражении, завоевали изгои Дикобраза-Медведя, но поскольку они были людьми, изгнанными из племени, этот подвиг не был им засчитан, и чести первого «ку» спустя пару часов удостоился другой человек. Однако, все знали о деянии молодых воинов Дикобраза-Медведя. Как и с обычными «ку», каждое племя в отдельности засчитывало самое первое касание, сделанное в битве с участием нескольких племен. То есть в бою, в котором с одной стороны выступали арапахо и сиу, первый арапахский «ку» засчитывался воину, даже если кто-то из сиу уже давно заслужил эту честь. Причем значимость его при этом меньше не становилась.

«Ку» можно было заработать и после боя. В одном из боев, в котором сиу перебили шошонов, победители после битвы проехали по полю боя и дотрагивались до павших врагов, деля между собой «ку». Почти каждому воину досталось по первому «ку».

«Ку» засчитывалось не только при прикосновении к врагу, но и при прикосновении к вражескому укреплению, например, к краю оврага, где засели враги, завалу, брустверу или военной хижине, которые сооружали члены вражеского отряда, чтобы переждать непогоду или переночевать. Воину, сумевшему во время атаки ударить вражеское типи, также засчитывалось «ку». Говорили, что таким образом он «захватил» типи, за что получал право воспроизвести его детальный орнамент на своем следующем новом типи, которое будет изготовлено для нужд его семьи.

Среди ряда племен существовало такое понятие, как «честный ку», что, однако, вовсе не говорит о том, что все остальные считались «нечестными». Если, например, в бою один из врагов сидел на земле со сломанной ногой и не мог подняться, но был вооружен ружьем, воин, решивший посчитать на нем «ку», мчался к нему, соскакивал с лошади и откидывал прочь свое ружье, чтобы его «ку» был честным, поскольку враг не мог сдвинуться с места из-за тяжелой травмы. За свое безрассудство, такие бойцы порой платили жизнью.

Индейцы различали несколько видов «ку» - прикосновение к врагу, к вражеской палатке или укреплению, сбивание врага своим скакуном, сбрасывание не раненного врага с лошади рывком за волосы и т.п. Кроу Подстреленный в Руку семь раз касался врагов, когда те стреляли в него. После окончания межплеменных войн, великий вождь оглала сиу Красное Облако, имевший на своем счету четыре таких подвига, послал вызов кроу с вопросом, может ли их племя выставить против него равного в этом деянии. Было названо имя Подстреленного в Руку и вождь сиу оказался посрамлен.

Во время набегов за лошадьми индейцы редко делали «ку», потому что цели отряда были иными и его участники старались избежать встречи с врагами. В действительности, подсчет «ку» часто ограничивался схватками, где возможность заполучить добычу исключалась. Именно бои давали возможность показать свою храбрость, захватить ружье, щит или военный головной убор. И, хотя кража привязанной у палатки лошади считалась военным подвигом высокой степени, она, например, у черноногих, не шла в сравнение с выхватыванием ружья из рук врага. Однако в более поздние годы, престиж, достигнутый в результате выполнения этих деяний и церемониального перечисления своих подвигов, затмевался престижем имеющегося богатства.

К сожалению, приходится признать, что индейцы Равнин, несмотря на несколько десятилетий войн с таким жестоким противником, как армия США, до конца свободных дней так и не смогли осознать всей порочности практики подсчета «ку». Возможно, она и находила некое оправдание в межплеменных столкновениях, где противоборствующие стороны вели бой в крайне жесткой, но все же, некоторым образом, игровой манере. Здесь бой велся по одинаковым для обеих сторон правилам, и главной целью было не столько физическое уничтожение противника, как доказательство собственной удали, и потери, как правило, были небольшими. С другой стороны, в схватках с солдатами, основной целью которых было полное истребление врага, эта практика от боя к бою приводила к большим потерям и гибели наиболее храбрых воинов. Удивительно, но мысль об отказе от столь безрассудной практики индейцам практически не приходила, и воины, раз за разом продолжали кидаться под пули врагов и погибать, проигрывая сражения там, где были все условия для их победы. Более того, те немногие, кто пытался убедить своих воинов начать воевать по-другому, натыкались на всеобщее непонимание. Даже такой признанный и пользовавшийся огромным авторитетом лидер сиу, как Бешеный Конь, призывавший к отказу от подсчета «ку», так и не смог добиться от своих воинов практических результатов.

 

«« назад