МЕСОАМЕРИКА глазами русских первопроходцев

 

 

 

 

 

 


 


 


 

Loading

 

 

 

 

Юго-Восток >

Разгром Дэйда

G.A. McCall, «Letters from the Frontiers» 1868. P. 299-304.; J.K. Mahon, «History of the Second Seminole Wars» 1967. P. 104-107.; перевод Абакумова А.

 

Военный лагерь на р. Сэбин, 1 мая 1836 г. [1]

Отряд майора Дэйда выступил из форта Брук 25 декабря 1835 года. Он имел в своем составе одну роту 2-го артиллерийского полка, и одну роту - 3-го. Первой командовали капитан Дж. У. Гардинер и лейтенанты У. Э. Бессинджер и Р. Хендерсон, а второй - капитан У. С. Фрейзер и лейтенанты Р.Р. Мадж и Дж. Л. Кейе. Всего их было 108 человек, а возглавить экспедицию должен был капитан Гардинер. Однако у него заболела жена, а капитан Дэйд, исполнявший обязанности майора и командовавший частью гарнизона форта Брук, сам вызвался принять командование. Он настоял на том, чтобы Гардинер остался ухаживать за супругой. Тот долго не соглашался, но все же уступил.

В то самое время некий джентльмен с женой собрались ехать в Ки-Вест, а миссис Гардинер выразила горячее желание отправиться вместе с ними. Посему было решено, что она доберется с ними до Ки-Вест, а оттуда поплывет в Нью-Йорк или какой-нибудь другой северный порт. Несмотря на свое самочувствие, она быстро собралась в путь и отбыла в тот же день. Теперь капитана Гардинера уже ничто не удерживало. Но так как он уступил свои полномочия майору Дэйду, то согласился служить под его началом.

И всем им, кроме троих, было суждено «сложить головы, не запятнав себя трусостью». Так написал в своем отчете столичный генерал.

Как я уже писал, наши герои выступили в сочельник и прошли около десяти миль до Литтл-Хиллсборо. Там сделали привал. Ночью к стоянке подошла группа индейцев (числом сорок или пятьдесят). Они пели свои военные песни и выкрикивали угрозы. Ясно было, что семинолы твердо решили драться, если, как обещал агент м-р Томпсон, их попытаются выселить силой. И они верно просчитали, что отряд Дэйда идет на помощь гарнизону форта Кинг, чтобы успеть до того, как угрозу приведут в исполнение. А сейчас позвольте мне заметить, дражайший отец, что эта выходка семинолов (попомните мои слова - она приведет к долгой войне и обойдется в громадные деньги [2]) была вызвана или страшным заблуждением, или прямыми несправедливостями, чинимыми правительственными агентами.

Вот, для примера, договор в Пэйнс-Лэндинг (на реке Сент-Джон, который заключил с индейцами полковник Гадсден, особый правительственный агент, около двух лет назад [3]). Говорилось в нем вот что. Семинолы посылают семь своих вождей в резервацию чероков, а оттуда - дальше на запад. Эти посланцы изучают страну - смотрят, какая там земля, погода, много ли дичи, и так далее. А потом весь народ семинолов собирается на совет, слушает посланцев и уступает свои владения во Флориде взамен новых земель на Западе.

Как и намечалось, посланников выбрали, и они уехали. Когда они добрались до форта Гибсон, его комендант, генерал Арбакл, дал им проводников, и они несколько недель внимательно изучали свою будущую родину. Они не имели права принимать никаких решений без ведома всего племени. Однако, когда они уже возвращались, генерал Арбакл по каким-то соображениям (каким, судить не берусь) подсунул этим вождям бумагу, где семинолы признавали западные земли годными для жилья и соглашались уехать из Флориды. И вожди подписали.

А потом они приехали домой, и семинолы собрались на совет. Посланцы рассказали, что видели. Кое-кто из них заявил, что считает новую землю гораздо худшей, чем та, где семинолы жили сейчас. И совет, после долгих споров, большинством голосов отказался туда ехать.

Тем временем агент Томпсон вызвал Миканопи, который стал верховным вождем после смерти Джона Хикса (или, как его называли семинолы, Туко-си-матла), и приказал ему готовить свой народ к переезду в назначенный срок. Семинолы должны были собраться в Тампе, погрузиться на корабли и отбыть в Новый Орлеан. И тогда агент впервые услышал о решении индейского совета. Семинолы никуда не собирались ехать.

Эта новость поразила Томпсона, как громом. Не веря своим ушам, он велел вождю пойти отоспаться, подумать, а завтра вернуться и поговорить еще. Миканопи тихо удалился, а следующим утром пришел, как и сказали. И агент велел переводчику - негру Абрахаму, который раньше был рабом у доктора Сьерры из Пенсаколы, но сам говорил, что служит только Миканопи, - спросить вождя, что он имеет сказать насчет переселения.

Ответ негра был такой: «Вождь говорит сегодня то же, что и вчера. Его народ решил отклонить предложение правительства Соединенных Штатов». Именно так мне передал эти слова майор Уильям Грэм, который присутствовал при разговоре.

Тот негр, Абрахам, имел на своего хозяина сильное влияние. Он был очень сметливым и расчетливым парнем. Отлично сложенный, высоколобый (что нехарактерно для его расы), с горделивой осанкой и приятными манерами, он производил в целом хорошее впечатление - не считая того, что сильно косил на правый глаз. Я думаю, что Абрахаму, при его дьявольской хитрости и уме, было нетрудно убедить Миканопи (который был человеком мягким) стойко стоять на своем.

Тогда Томпсон повторил свою угрозу: если индейцы не подчинятся, он вызовет войска. В принципе, так он и сделал, и именно по его просьбе майор Дэйд сейчас шел в форт Кинг.

А дальше я изложу голые факты, которые смог узнать из самых надежных источников. Ночью 25 декабря и два последующих дня индейцы постоянно беспокоили солдат своими боевыми кличами и пальбой из ружей. На рассвете 28-го большой отряд воинов собрался там, где дорога из Окаумпи (города Миканопи) пересекает военную дорогу [4]. И они решили напасть на Дэйда раньше, чем он соединится с гарнизоном форта Кинг. Миканопи колебался до последнего. Его соплеменники начали терять терпение, и когда уже показались солдаты, прямо сказали: решай, с нами ты или против нас [5]. Поняв, что сама его жизнь висит на волоске, вождь сказал: «Я вам покажу», и занял позицию за сосной в тридцати ярдах от дороги. Остальные воины залегли в траве, которая, несмотря на сушь, отросла высоко.

Майор Дэйд с восемью солдатами охранения (командовал ими капитан Фрейзер) поехал вперед и оторвался от основных сил ярдов на двести. Верхом ехал только он один. Ничего не подозревающие, чересчур самоуверенные, солдаты не приняли никаких мер предосторожности. Когда майор поравнялся с тем местом, где засел Миканопи, вожль поднял ружье, тщательно прицелился и выстрелил. Дэйд свалился с коня замертво; пуля попала в область сердца (я сам видел, когда вместе с отрядом генерала Гейнса побывал на поле битвы два месяца спустя).

Что было дальше, мне рассказал рядовой Кларк - один из трех солдат Дэйда, кому посчастливилось спасти свою жизнь; он бежал, и после немыслимых мук и лишений ухитрился добраться до форта Брук. Когда Дэйд упал, индейцы поднялись из травы и дали залп по капитану Фрейзеру и его людям. Все девятеро были убиты на месте.

Капитан Гардинер понял, что случилось, когда лошадь Дэйда прискакала назад без всадника. У отважного офицера почти не оставалось времени, чтобы выстроить солдат в линию и подготовить свою шестифунтовку [6]. Враг быстро наступал, стреляя на ходу, но не показываясь из укрытий. Индейцы рассыпались по нашим флангам, образовав круг шириной в дистанцию прицельного выстрела. Наши открыли ответный огонь, шестифунтовка осыпала неприятеля картечью. Перестрелка продолжалась около часа, и индейцы были вынуждены отойти. Они собрались на совет неподалеку от наших славных ребят, и они ясно слышали голоса вождей, обращавшихся к своим воинам. Посовещавшись, семинолы решили возобновить бой.

За этот час наши успели соорудить бруствер из поваленных сосен. Гардинер выслал маленький отряд туда, где обстреляли Дэйда, - помочь раненым. Но помогать было уже некому - два блестящих офицера и восемь солдат отдали жизнь за свою страну, и поднять их мог только Господь Бог на Страшном суде. Затем индейцы пошли во вторую атаку, которая была еще яростнее первой. Их боевые кличи, эхом разносившиеся меж деревьями, треск их ружей слились в одну ужасную музыку - словно зловещий колокольный звон. Наши отвечали стрельбой из мушкетов и пушки. Семинолы неотвратимо приближались - они превосходили наших примерно двадцать к одному (мы точно знаем, что индейцев было около двух тысяч) [7].

Мы сами убедились в том, как хорошо дрались наши: деревья, за которыми во время боя прятались индейцы, были просто изрыты крупнокалиберными пулями из наших мушкетов. Но так же изрешечен был и бруствер - правда, у индейских ружей калибр был меньше. Я внимательно осмотрел тела погибших товарищей. Многих из них смерть настигала, когда они, стоя на коленях или лежа за бревнами, неосторожно высовывали голову. Пули поражали их в лоб или в шею. Вид этих храбрецов в своей голубой форме, которая почти не пострадала за два месяца, мне никогда не изгладить из памяти. Погода стояла сухая, и мертвецов еще можно было узнать.

Дэйда и Гардинера я знал лично. Первый одно время был капитаном в моем полку, а второй готовил в Уэст-Пойнте бомбардиров, минеров и саперов, когда я поступил туда кадетом.

Все павшие в этом жестоком, неравном бою, кроме троих-четверых, лежали внутри своего маленького форта - словно игрушечные солдатики, рассыпанные ребенком. Их тела с ужасающей правильностью образовывали параллельные прямые. В центре лежал Гардинер; без сомнения, его убили, когда он пытался руководить обороной. Когда первая атака индейцев была отбита, он даже мысли не мог допустить о том, чтобы уйти и бросить раненых на расправу дикарям [8]. И солдаты последовали за своим благородным командиром, и сражались, как герои, пока у них не кончились патроны. Они дрались насмерть, до последнего. Такого примера самопожертвования во имя родины история войн не знает.

Обо всем этом мне рассказал рядовой Кларк, который пережил этот страшный бой. Он получил три тяжелые раны. Когда стрельба прекратилась, и индейцы вступили в форт, чтобы безжалостно прирезать тех, в ком огонек жизни еще теплился, Кларк притворился мертвым. Ему пришлось ждать, пока дикари не утолят свою дьявольскую жажду мести [9]. И только когда на поле битвы опустилась милосердная тьма, он выбрался наружу. Сил подняться у него не было, и, обливаясь кровью, он пополз по военной дороге назад, в форт Брук. Как он вообще выжил, непонятно. Однако его простой, искренний рассказ мог убедить любого, самого недоверчивого слушателя.

Вдобавок, когда мы прибыли в форт Кинг, то обнаружили там нескольких индейцев и негров - они пришли сдаваться. Среди них оказался мой старый знакомый, негр по имени Август. Он всегда был надежным и честным парнем.

Мы несколько раз встречались и разговаривали с ним, и он подтвердил историю Кларка во всех деталях. Август рассказал, что сам был на поле боя, но только наблюдал. Когда стрельба утихла, и индейцы пошли добивать раненых, он отправился с ними. Навстречу им вышел молодой офицер - единственный, кто еще был на ногах. Он протянул им свою саблю, умоляя о пощаде. Однако человек, к которому он обратился, был, без сомнения, наихудшим из всех дикарей. Он поднял свое ружье и застрелил офицера в упор. Тут голос Августа задрожал. «Когда я увидел, что этот мальчик упал мертвым, то заплакал, как ребенок», - закончил он свой рассказ [10].

По описанию Августа в этом несчастном узнали лейтенанта Бессингера. Этот юноша обещал стать блестящим офицером и верным слугой своей страны. Однако его жизнь безвременно оборвалась - правда, как и свои товарищи, умер он героем…[11]

 

Комментарии

[1] Из письма отцу. Новость о разгроме Дэйда застала Макколла в Мемфисе, когда он готовился отбыть в действующую армию во Флориду.

[2] Вторая Семинольская война продолжалась семь лет (1835-42 гг.). По разным оценкам, она обошлась США примерно в 30 миллионов долларов и унесла жизни полутора тысяч солдат (основная часть погибла от тропических болезней). В общей сложности против 5 тысяч флоридских семинолов воевало порядка 50-60 тысяч солдат и ополченцев. В итоге большая часть племени была истреблена или переселена на запад. Однако, как заметил один историк, «за каждых двух переселенных семинолов правительство запладило жизнью одного своего солдата», нескольким сотням семинолов (не более шестисот) было позволено остаться во Флориде - до Третьей Семинольской войны (1855-58 гг.).

[3] В соответствии с программой переселения индейских племен за Миссисипи (Закон о переселении индейцев 1830 г.), правительство заключило с семинолами два договора - в Пэйнс-Лэндинг (1832 г.) и в форте Гибсон (1833 г.). Часть племени приняла условия американцев и уехала из Флориды на Индейскую территорию.

[4] Форт Кинг стоял на северной границе владений семинолов, форт Брук - на западной. В 1828 г. их соединила военная дорога. Это был едва ли не единственный способ пройти по густому лесу, других (исключая узкие тропинки) просто не было. Тем не менее, Дэйд все же взял с собой проводника - раба по имени Луис Пачеко. Впоследствии проводника подозревали в предательстве, но, поскольку маршрут следования колонны был очевиден, выдавать его кому-либо было бессмысленно. Индейцев могло интересовать только время выхода колонны и численность солдат, и с этим Пачеко вполне мог им помочь. С началом боя он перебежал к семинолам. (Mahon, p. 104).

[5] Из вождей семинолов в бою участвовали Аллигатор, Холата (Джампер) и другие. Ждали Оцеолу, но он в это время руководил нападением на агентство у форта Кинг (агент Томпсон и пятеро его сослуживцев были расстреляны 28 декабря 1835 г.). Воины, устроившие засаду на колонну Дэйда, расценили ситуацию утром 28 декабря как «слишком благоприятную, чтобы ждать дольше», и начали без Оцеолы». (Ibid.).

[6] «Аллигатор, один из вождей семинолов, вспоминал: «Это был маленький человечек, но великий воин. Ругаясь и размахивая саблей, он заставлял своих солдат держаться и стрелять в нас. Ни одна пуля не могла поразить его». Низенький и тучный, Гардинер был ростом не выше пяти футов» (Ibid., p. 105).

[7] Эта цифра преувеличена почти в десять раз (что неудивительно - чудом уцелевшему рядовому Кларку она могла показаться и больше). Мэхоун оценивает численность отряда семинолов в 180 человек (Ibid., p. 106).

[8] «Скорее всего, Гардинер просто не знал, что семинолы редко пытали пленных». (Ibid.).

[9] Бой окончился около 4 часов пополудни.

[10] «Индейцы не скальпировали и не грабили мертвых. Они забрали провизию, оружие, кое-что из одежды, но ничего больше. Когда же они ушли, появилась толпа негров-мародеров. Именно они убили лейтенанта Бессингера. Негры заметили, что рядовой Рэнсом Кларк еще жив, но решили оставить его медленно умирать от ран». «Рэнсом Кларк был единственным из трех уцелевших в бою, который смог о нем рассказать. Второго индейцы перехватили и убили по дороге в форт Брук. Третий добрался до форта, но умер несколько месяцев спустя, не оставив воспоминаний». (Mahon, p. 106).

[11] «После истребления отряда Дэйда гарнизон форта Брук провел несколько дней в напряженном ожидании индейской атаки. Но ее не последовало. Семинолам казалось, что они одержали великую победу, и в ночь после боя они устроили большой праздник. На нем присутствовал и Оцеола. Однако, как оказалось в дальнейшем, семинолы этой победой практически ничего не добились. Напротив, они начали долгую, безнадежную войну». (Mahon, p. 107).

 

«« назад